СТАТЬЯ ИРОНА (М. ГУРИЕВА) «ПРОТИВ АРАКИ»

Кому хоть немного приходится прикасаться по служебной ли обязанности, или по личному интересу, к вопросу о курении и потреблении араки осетинами, кому приходится быть свидетелем, какая масса протоколов, и чинами акцизного ведомства и полицией всех категорий, составляется за курение, хранение, провоз или другой вид промысла аракой — со всеми штрафами, конфискациями, наказаниями и другими разорительными последствиями, кому приходится видеть, с каким безобразным азартом потянулась осетинская молодежь к потреблению араки и, вообще, спиртных напитков, во что превратились светложизнерадостные осетинские праздники — «кувд» или свадьба, «хистхарнаг» или поминки, до какого унижения дошла и без того униженная осетинка всех возрастов в процессе изготовления и, главное, промысла аракой, словом, кто видит, как разносторонне и притом прогрессивно деморализующе действует арака на жизнь и характер осетин, тот поймет, какое зло эта арака для осетин, тот не только не сможет остаться равнодушным зрителем, но и обязан принять деятельное участие в серьезном деле искоренения курения и потребления араки осетинами.
Не нужно быть чиновником и ходить за статистикой по осетинским селениям, простой подсчет, здравый смысл подскажет, какой вред причиняет теперь курение араки не пьянствующей уже, а даже промышляющей ею семье осетина. Если еще в то время, когда араку гнали еще из лесных, дикорастущих фруктов, куколя и других хлебных отбросов, когда за пуд или меру кукурузы не давали более 20, 25 коп., и топлива было вдоволь, а рабочих рук некуда было девать, пьяных в осетинском селении нельзя было встретить, и оскорбление «ты пьян» — смывалось кровью оскорбителя, и со стороны властей не было никакого запрета — если даже тогда было материально не экономно и нравственно предосудительно гнать араку, то теперь, когда цена кукурузы поднялась в два, три раза выше, топливо и рабочие руки вздорожали неимоверно, за аракой потянулись чуть не младенческие руки, когда из-за араки репрессии увеличиваются ежечасно, когда исковерканная, расшатанная наша жизньи без того подвергается всевозможным искусам и испытаниям,, когда н без того покидают осетина целомудрие в теле и мыслях, на араку, еще больше унижающую и без того достаточно-порабощенную осетинку, надо бы посмотреть, как на народное зло, с которым надо начать борьбу, как с народным бедствием.
История богата примерами как назывались целые народы и отдельные личности, которые злоупотребляли спиртными напитками. Гегемония умственно духовная и материально-стратегическая до тех пор находилась в руках персов, афинян, римлян, пока они не знали спирта и виноградное вино смешивал» с водой. Все законодатели и мыслители осудили его, как таящий в себе опасный яд для тела и души. Пророк Магомет проклял вино как тягчайший грех: «Если капнуть вином на хлебг то уже десятый (хлеб) под ним не пригоден для еды».
Во время завоеваний Транс-Атлантических краев европейская водка сыграла и продолжает до сих пор играть самую губительную роль там, где огонь н меч оказывались недостаточно разрушительным орудием. На наших глазах краса и гордость Кавказских наций, доблестный и благородный кабардинский народ начал было вступать на путь чувствительного падения, соединенного, быть может, с выражением с того именно момента, когда он, дедовский напиток, махсыме, заменил казенной монополкой и осетинской аракой. И чуткие кабардинцы и осетины, думается, поняли, что нелогично упускать чрезвычайно благоприятного момента, когда волна всеобщего движения за великую идею: «Долой спиртные напитки!» — докатилось и до нас, когда с высоты престола государь, с кафедры Таврического дворца лучшие представители народа, в приказах и циркулярах министры, управляющие акцизными сборами громко, неумолчно и без обиняков призывают граждан к отрезвлению, и когда на арачников надо бы посмотреть отныне, не только как на покусителей на казенные интересы, но что не менее важно, как на покусителей на нравственное и умственное благополучие сограждан... Лучшие представители медицины, великие мыслители и реформаторы всех стран и веков признают спирт-алкоголь ядом и потребление его вредным в физиологическом, психическом, религиозном, нравственном, общественном и во всех других отношениях. Потребление спиртных напитков можно бы теперь назвать матерью всех пороков и преступлений. Если курение араки кто и пытался оправдать грошевыми соображениями о выгодах ее промысла, которое скорее похоже было на оправдание развратника и грабителя, то уже питье, современное потребление араки ни с какой стороны нельзя оправдывать.
В брошюре «Богу или маммоне» Л. Н. Толстого приведен интересный рассказ о том, как инок поспорил с дьяволом, что он его не впустит в свою келью, если же впустит, то исполнит то, что предпишет ему дьявол. Рассказывается, будто дьявол принял вид раненого ворона с повисшим правым крылом и жалобно прыгал у двери кельи. Инок пожалел и взял его в свою келью, и тогда дьявол, войдя в келью, предложил иноку выбрать одно из трех преступлений: убийство, прелюбодеяние или опьянение. Монах выбрал опьянение, думая, что, напившись, он сделает вред только самому себе. Но когда он выпил, то потерял разум, пошел в село и там, поддавшись соблазну жены, совершил прелюбодеяние, а потом и убийство, защищаясь от возвратившегося и набросившегося на него мужа. Так описываются, продолжает великий философ, последствия употребления спиртных напитков. Редкий вор, убийца совершает свое дело в трезвом состоянии. По записям в судах видно, что девять десятых преступлений совершается в пьяном состоянии. В некоторых штатах Америки, где совсем запрещено вино, ввоз и продажа всяких пьяных напитков, преступления почти прекратились: нет ни воровства, ни грабежей, ни убийств, и тюрьмы стоят пустые. Министр Маклаков констатирует: опыт закрытия казенных лавок показал, что беспорядки тесно связаны с продажей водки. По железнодорожному, военному и другим ведомствам изданы строгие приказы о мерах борьбы против потребления спиртных напитков. Словом, всюду идет «великая борьба за великую благую идею: «Долой спиртные напитки!» и отрадно, что кавказские горцы и в этом не отстают от остальной империи, прибавив к этому лозунгу: «Да будет проклята арака!» Во многих селениях плоскостной Осетии даже на больших общественных пирах-кувдах уже отсутствует традиционная, родная было, арака. По кабардинским селениям составлены даже общественные приговоры об избрании комитетов трезвости, обязанных следить за недопущением ввоза, приготовления или потребления спиртных напитков.
В добрый час. Не это ли чрезвычайно отрадное явление порукой, что с победой над вековечным, народным, внутренним врагом — победа над врагом внешним будет легче, и почти наполовину обеспечена