Все это бы еще ничего — терпимо. Можешь заплатить 1000 руб., наслаждайся счастьем семейной жизни, а не мо­жешь— живи холостяком. Но вот что возмущает до глубины души и оскорбляет нравственное чувство — это тот возмути­тельно ужасный характер, который принял калым нашего вре­мени. Он обратился теперь в открытое мелкое гнусное торга­шество. Это открытый аукцион, устраиваемый родителями, на котором девица достается тому, кто предложит на 5 руб. дороже. Этот возмутительный рыночный торг высокими, святыми чувствами, вносит разврат. Что за жена и помощница будет мужу та девица, чувства которой оценены и проданы мужу за 5 руб? Какая она будет мать детям, если ради 5 руб. принуж­дена выйти замуж за нелюбимого ею?... Наконец, где же до­стать осетину 500, 1000 руб., от которых зависит все его сча­стье семейное? Право, есть над чем задуматься ему, когда все его хозяйство с домом подчас не стоит таких денег, и чем же жить ему самому с женою, если все продать и отдать в калым? Вот и рождается роковой вопрос: где и как добыть средства для уплаты калыма. Путь один, известный, традиционный, ко­торым ходили и ходят даже люди более обеспеченные, люди солидные, воспитанные: жених начинает воровать... Воровство главным образом есть следствие неправильной постановки воп­роса о калыме...

Молодому человеку нравится девица, которая в свою оче­редь симпатизирует ему, он предлагает за нее 500 руб., т. е. все, что имеет и может, от него же требуют 700 руб. Таким образом ее выдают за того, кто предложит 700 руб. С этой ми­нуты неизбежно должна существовать месть, по коренному обычаю осетин, к родителям ее, а в особенности к счастливому сопернику своему — месть, которая должна быть непременно удовлетворена, и вот она по временам и проявляется такими преступлениями. Словом, с какой бы стороны ни посмотреть, а современный характер калыма для Осетии есть величайшее зло и в экономическом, и в нравственном отношении, такое грандиозное зло, которое грозит развиться до того, что в самом непродолжительном времени разорит дотла народное хозяй­ство, если не принять против него своевременно мер. Админи­страция должна прийти на помощь населению и ускорить реше­ние этого вопроса, потому что и ей он причиняет массу беспо­койства, возбуждает массу каверзных дел, понуждая вести гро­мадную и совершенно бесполезную переписку. Меры должны заключаться в дополнении статьи приговора о калыме. Поло­жим, этою статьею вопрос о калыме решен прекрасно теорети­чески, но необходимо дать ему и практику осуществления, что при данных условиях недостижимо. Пока только в этом и заключается вся задача: установить более разумный практи­ческий удобоисполнительный контроль согласно приговора 1881 года относительно его нарушителей. Да не пора ли даже совершенно уничтожить калым? По-моему, осетины давно уже вышли из такого состояния дикости, чтобы это казалось им странным и непонятным, тем более, что до появления даже приговора 1881 г. Татари Саламов и Хатахцо Ходов (теперь покойные), передовые осетины, показали пример, как относить­ся к этому вопросу. Покойные выдали своих дочерей без всяких калымов, — это известно всей Осетии. Поэтому г. г. передовые и интеллигентные осетины, которых народ считает виновными нынешнего порядка вещей, на вашей обязанности лежит и по­правление его, чтобы народные вопли и проклятия заменить чувством благодарности, довольства. Это ваш долг как старших братьев! Весьма удобно было бы воспользоваться какими-либо свободными праздничными днями, чтобы собраться где-нибудь для обсуждения столь важного и настоятельного вопроса и для окончательного его решения. Подарок для народа к новому 1887 году был бы, право, недурен, он спас бы народ от многих бедствий и несчастий и поистине заслужил бы громкую бла­годарность.

* В начале статьи С. Кокиев говорит об усилении воровства. Заглянув в причины, породившие это социальное зло, автор заострил внимание на одной из них — обычае взимать калым, как способствующий воровству фак­тор. Общественный приговор 1881 года установил максимальный размер ка­лыма в сумме 100 руб., такая же сумма должна была взиматься с тех, кто нарушит приговор. Однако в результате попустительства уполномоченных по­этому приговору, размеры калыма подскочили до 500—1000 руб. — Прим. сост.