поиск в интернете
расширенный поиск
Иу лæг – æфсад у, дыууæ – уæлахиз. Сделать стартовойНаписать письмо Добавить в избранное
 
Регистрация   Забыли пароль?
  Главная Библиотека Регистрация Добавить новость Новое на сайте Статистика Форум Контакты Реклама на сайте О сайте
 
  Строим РЮО 
Политика
Религия
Ир-асский язык
Образование
Искусство
Экономика
  Навигация
Авторские статьи
Общество
Литература
Осетинские сказки
Музыка
Фото
Видео
  Книги
История Осетии
История Алан
Аристократия Алан
История Южной Осетии
Исторический атлас
Осетинский аул
Традиции и обычаи
Три Слезы Бога
Религиозное мировоззрение
Фамилии и имена
Песни далеких лет
Нарты-Арии
Ир-Ас-Аланское Единобожие
Ингушско-Осетинские
Ирон æгъдæуттæ
  Интересные материалы
Древность
Скифы
Сарматы
Аланы
Новая История
Современность
Личности
Гербы и Флаги
  Духовный мир
Святые места
Древние учения
Нартский эпос
Культура
Религия
Теософия и теология
  Реклама
 
 
02. МАССАГЕТЫ И АСИИ
Автор: 00mN1ck / 25 мая 2007 / Категория: История Алан
Глава II
МАССАГЕТЫ И АСИИ


02. МАССАГЕТЫ И АСИИВосточнее и юго-восточнее сарматов-аорсов жили другие ираноязычные племена и народы. Большая часть Средней Азии в древности была занята ими. Во второй половине I тыс. до н.э. основными племенными объединениями древних иранцев здесь были объединения массагетов и саков (некоторые ученые полагают, что массагеты были составной частью сакского племенного объединения). Саки и массагеты были хорошо знакомы писателям древности и сыграли видную роль в древней истории СССР.

Сако-массагетские племена Средней Азии были соседями сарматов, и в эпоху активных сарматских передвижений часть их была втянута в далекие миграции. Оказавшись в ходе этих перемещений на Северном Кавказе, ираноязычные выходцы из Средней Азии приняли активное участие в сложении средневековой народности алан, в которую они вошли в качестве одного из активных компонентов.

Коротко о массагетах. Это — донесенное до нас античными писателями обобщенное наименование группы родственных племен, обитавших восточнее Каспийского моря, главным образом в междуречье Амударьи и Сырдарьи, юго-восточнее сарматов-аорсов. Яркими археологическими памятниками, вероятно, оставленными сако-массагетами VII-V вв. до н.э., являются курганные могильники Тагискен и Уйгарак в низовьях Сырдарьи, обнаруживающие в погребальном обряде и инвентаре связи с савроматской культурой Приуралья и с культурой южных земледельческих районов Средней Азии (1, с. 197—208; 2).

В последующем массагеты были соседями аорсов, и часть аорсов, оче-видно, входила в массагетское объединение племен. Это тем более вероятно, что с глубокой древности (с эпохи бронзы) прослеживается заметное сход­ство в культуре обитателей Поволжско-Приуральских и Среднеазиатских областей. Особенно наглядно этнокультурная близость прослеживается во второй половине I тыс. до н.э. Массагеты и саки, жившие восточнее мас­сагетов,— ближайшие сородичи савромато-сарматов, и эта общность про­исхождения и языка осознавалась теми и другими. Далекие воспоминания о былой общности происхождения всех ираноязычных народов сохранились и древнем мифе о герое-родоначальнике Траэтаоне, поделившем мир между своими сыновьями: Туром (прародитель туранцев), Сайрима (прародитель сарматов) и Арья (прародитель ариев).

Подобно аорсам массагеты в основном были кочевниками, хотя Страбон к массагетам причисляет и обитателей приаральских болот и островов: «Одни из них обитают в горах, другие — на равнинах, третьи — на болотах, которые образуют реки, четвертые — на островах в болотах» (3, с. 485). Четкого представления о массагетах у Страбона не было, и мы можем в его характеристике, приведенной выше, усматривать свидетельство их культур­но-хозяйственной (вероятно, и племенной) неоднородности.

Интересные сведения о массагетах сообщает Геродот. «Эти массагеты, как говорят, многочисленное и храброе племя. Живут они на востоке по направлению к восходу солнца за рекой Араксом (р. Амударья.— В. К.), напротив исседонов. Иные считают их также скифским племенем» (4, с. 75; 5, с. 329). Далее следуют красочные картины жизни и быта массагетов: «Массагеты носят одежду, подобную скифской, и ведут похожий образ жизни. Сражаются они на конях и в пешем строю (и так и этак). Есть у них обычно также луки, копья и боевые секиры. Из золота и меди у них все вещи... Если кто у них доживет до глубокой старости, то все родственники собираются и закалывают старика в жертву... Так умереть — для них величайшее блаженство... Хлеба массагеты не сеют, но живут скотовод­ством и рыбной ловлей (в реке Аракс чрезвычайное обилие рыбы), а также пьют молоко. Единственный бог, которого они почитают, это — солнце. Солнцу они приносят в жертву коней, полагая смысл этого жертвоприно­шения в том, что самому быстрому богу нужно приносить в жертву самое быстрое существо на свете» (4, с. 79).

Рассказ Геродота отчасти повторяют и подтверждают Страбон и другие, более поздние античные писатели. «Богом они почитают одно только солнце и ему приносят в жертву коней... Людей, умирающих от болезней, они выбрасывают как нечестивцев... Они прекрасные наездники и пешие воины; вооружены луками, мечами, панцирями и бронзовыми боевыми топорами; в сражениях они носят золотые пояса и головные повязки..., одежде они придают пеструю раскраску, применяя не теряющие свежести краски... У всех такого рода племен находим и некий общий образ жизни, о чем я нередко упоминаю: их погребальные обряды, обычаи и весь быт схожи; это люди самобытные, дикие и воинственные, однако при деловом общении честные и не обманщики»,— пишет о массагетах Страбон (3, с. 485). Римский писа­тель I в. Сенека указывает, что массагеты смешивают в чашах молоко с кровью (6, с. 267) (то же о сарматах сообщал Плиний). Евсевий Иероним и Руфий Авиен называют массагетов (как и сарматов) «свирепыми» (7, с. 228; 8, с. 241). Очевидно, под этим определением следует видеть неустра­шимость и беспощадность в бою: не случайно автор V в. Присциан, явно повторяя более ранние сочинения, говорит о жестокости массагетов ко всем пришельцам и их свирепости на войне (9, с. 302).

Жестокое — с нашей точки зрения — отношение массагетов к врагам и своим престарелым сородичам — вполне обычное явление в социальной жизни племен и народов, находящихся на архаичной стадии исторического и культурного развития. Сходные обычаи зафиксированы современной этнографией у отсталых племен Старого и Нового Света. Во всяком случае достоверность основных сведений Геродота не вызывает особых сомнений, ибо источником информации Геродота были эллинские и скифские купцы Ольвии, которую «отец истории» посетил между 454—444 г. до н.э. (10, с. 53, 67; 11, с. 53—57).

02. МАССАГЕТЫ И АСИИ


В период наибольшего могущества массагетское племенное объедине­ние столкнулось с ахеменидской Персией. Эти события 530 г. до н.э. под­робно описывает Геродот. Желая присоединить к своей державе земли за Лраксом (о смешении Геродотом р. Аракс на Кавказе с Амударьей см.: 10, с. 66; 12, с. 36—41), населенные массагетами и названные Геродотом «без­граничной необозримой равниной», царь Персии Кир посватался к царице массагетов Томирис. Томирис поняла истинные цели сватовства и отказала Киру. Тогда Кир пошел войной на массагетов. Через Аракс были наведены понтонные мосты, и армия Кира переправилась в страну массагетов. За­манив хитростью часть массагетов в засаду, персы перебили их и захватили к плен сына Томирис Спаргаписа. В плену Спаргапис покончил с собой.

Вскоре состоялось решительное сражение. Геродот дал ему такую оценку: «Эта битва, как я считаю, была самой жестокой из всех битв между варварами» (4, с. 78—79). Массагеты победили, почти все персидское войско пало, погиб и царь Кир, правивший Персией 29 лет. Средневековый историк Павел Оросий указывает даже количество убитых персов, конечно, преувеличенное — 200 тысяч, причем « в живых не остался ни один, кто мог бы быть вестником столь великого поражения» (13, с. 269).

Начало распада среднеазиатского массагетского племенного объедине­ния относится к концу V в. до н. э., что, по В. И. Пьянкову, было связано с новым массовым передвижением степных кочевников (10, с. 69). Непосред­ственными преемниками массагетов явились дахи, в IV в. до н. э. вытеснив­шие массагетов из занимаемых ими областей и также бывшие ираноязыч­ными. Результатом этих перемещений было появление массагетских групп, форсировавших Волгу, на Северо-Восточном Кавказе в первых веках н. э. (10, с. 69). Во всяком случае источниками массагеты зафиксированы в это время в Приморском Дагестане и Северном Азербайджане. Одним из первых их упоминает армянский писатель конца IV в. Фавст Бузанд, называющий массагетов мазкутами. Кавказские массагеты-мазкуты обитали севернее и южнее устья Самура на территории Чор с центром в Дербенте (14, с. 192). Отсюда они в союзе с местными горными племенами, преимущественно дагестанскими, совершили в 30-х годах IV в. вторжение в Армению. Во главе этого похода стоял царь мазкутов Санесан (или Санатрук), поддер­живаемый царем Персии Шапуром II (309—379 гг.)

Другой армянский историк Агафангел, писавший в V в., сообщает об области «Масаха-гуннов». Так сказано в греческом переводе труда Агафангела «История Армении». В армянском же оригинале вместо «Масаха-гунны» стоит «Мазкуты» (14, с. 193). Следует думать, что в области «Масаха» нужно видеть уже упоминавшуюся область мазкутов близ границы Дагестана и Азербайджана. Данная локализация области мазкутов-массагетов, между прочим, подтверждается еще одним источником IV—V вв.— Анонимом Равеннским, упоминающим patria Albania и patria Massageton рядом (15, с. 57).

Мазкуты играли активную роль в политических событиях Северо-Вос­точного Кавказа и Закавказья, особенно Албании (совр. Азербайджан) и Армении, в IV—V вв. Археологически они представлены катакомбным могильником IV—V вв. на возвышенности Паласа-сырт южнее Дербента и в 2 км западнее с. Рубас (16, с. 154—156; 17, с. 268—269). Погребальный обряд и инвентарь этого могильника не местный, но очень близкий аланской культуре Северного Кавказа, что указывает на тесное родство мазкутов и алан. Эти археологические факты находят прямое подтверждение в письменных источниках: в IV в. римский писатель Аммиан Марцеллин, описывая поход знаменитого полководца Гнея Помпея в Закавказье, сооб­щает, что Помпей достиг албанов и массагетов, которых называют аланами (18 , с. 291). На Северном Кавказе Помпей не был, и речь здесь может идти только о мазкутах — массагетах, живших в Южном Дагестане — Северном Азербайджане. Свидетельство Аммиана одновременно дает указание и на время появления массагетов на Кавказе — не позже I в. н.э.
Следы мазкутов в Южном Дагестане сохранялись еще в X в. Арабские писатели в это время отмечают в восточной части Кавказа 11 «царей гор», среди которых значится и Маскат, явно соответствующий стране мазкутов (19, с. 227; 20, с. 110). Наиболее поздние упоминания мазкуто-массагетов в восточной части Кавказа относятся к XI—XIII вв. (15, с. 54—55; 20, с. 137).

К сожалению, источники ничего не говорят о проникновении среднеазиатских массагетов в центральные районы Северного Кавказа, что исторически вполне вероятно.Инфильтрация массагетов в эти районы могла происходить одновременно с их продвижением на Восточный Кавказ — с первых веков н. э. Кажется, указанием на это может служить племенное название «Масака», упоминаемое Плинием (у Агафангела «Масаха», см. выше) в его перечне народов, обитающих от Меотиды до Керавнских гор (21, с. 295, прим. 4). Заметим, что этноним «масака» тождествен названию города Массака, который был центром области Ассакена в Средней Азии и через который прошел на пути из Средней Азии в Индию Александр Македонский (22, с. 130). Тождество этих названий еще раз указывает на среднеазиатские истоки. Если в масаках Плиния видеть массагетов, факт их расселения и в других районах Северного Кавказа получает письменное подтверждение.

Среднеазиатские массагеты, на рубеже н. э. расселившиеся на Северном Кавказе, сыграли важную роль в формировании и этнической истории алан. Есть основания говорить о том, что аланское племенное объединение Кавказа сложилось на основе двух ираноязычных групп — сармато-аорсов Поволжья — Южного Приуралья и массагетов Средней Азии. Несомненно, не без оснований Аммиан Марцеллин и Дион Кассий ставили знак равен­ства между массагетами и аланами (18, с. 291, 303; 22, с. 277, прим. 1).

Однако роль среднеазиатских племен в этнической истории алан мас­сагетами не ограничивается. Здесь мы должны кратко коснуться еще одного ираноязычного племени — асианов или асиев.

Этноним асии стал широко известным в Средней Азии в античное время. Описывая «скифские» племена Средней Азии, Страбон отмечает, что у каждого из них «есть свое особое имя. Все они в общей массе кочевники. Из этих кочевников в особенности получили известность те, которые от­няли у греков Бактриану, именно асии, пасианы, тохары и сакаравлы...» (3, с. 483). Далее Страбон упоминает также апасиаков. Пасиаки и апасиаки — видимо, одно и то же, что, по С. П. Толстову, означает «водные саки» (23, с. 99, 104). Вопроса о тохарах мы коснемся ниже. Что представляли собой асии?

Древнее иранское племя асиев входило в состав массагетского союза племен (24, с. 80—81; 25, с. 244, 245). Многие ученые считают также, что асии-асы идентичны усуням китайских источников (25, с. 245, прим. 2), а по мнению А. Н. Бернштама (которое не всеми разделяется), асии — это древние исседоны, восточная ветвь массагетов (26, с. 43—45). История асиев нам почти не известна, древние писатели о них лишь весьма скупо упоми­нают, что после Страбона мы обнаруживаем у Птолемея, Стефана Византий­ского, Помпония Мелы, Юлия Солина, сообщающих различные вариации этого этнонима. Во всех этих вариациях корень этнонима один: асы (27, с. 78). Тюркское «ас», «асы», по разъяснению Э. В. Севортяна (28, с. 115—119); не имеет этнонимического содержания.
Отметив древнейшее местопребывание асиев-асов в Средней Азии в составе массагетского племенного объединения, обратимся к Кавказу.

Когда асии появились в пределах Кавказа, мы достоверно не знаем. Чрезвычайно интересно сообщение Арриана о хорезмийском продвижении но главе с Фарасманом до границ колхов и амазонок в IV в. до н. э. (29, с. 277).

Вполне вероятно, что в свидетельстве Арриана сохранился отзвук реальных исторических событий, связанных с экспансией сармато-массагетов на запад, в том числе и на Кавказ, в IV—III вв. до н.э. Быть может, в числе этих первых среднеазиатских переселенцев были и массагеты, и асы. Но это, конечно, не более чем догадка.

Первое по времени документальное указание на асов кавказских находим в замечательном по своей осведомленности источнике — «Армянской гео­графии» VII в. В новом списке этой географии рядом с аланами упомянуто племя аштигор (30, с. 30). В литературе давно отмечено что этноним аштигор является составным и заключает в себе два элемента: аш ас и тигор дигор (31, с. 445) (дигорцы — современная этнографическая группа осетинского народа, имеющая языковое отличие от другой и более многочислен­ной группы осетинского народа — иронцев). Тем самым дигорская группа осетин автором «Армянской географии» (им считают Анания Ширакаци) как бы ставится в генетическую связь с племенем асов — среднеазиатских асиев.

Начиная, с IX—X вв., наименование «асы» все чаще появляется в пись­менных источниках (32, с. 469) обычно рядом с аланами. Постоянное со­седство асов и алан на страницах исторических хроник следует оценивать как осознание средневековыми авторами этнической близости тех и других при наличии определенной разницы между ними. Последнее особенно ясно видно из письма неизвестного хазарского еврея X в. В письме говорится, что царь хазар заключил союз с царем алан, так как царство алан было силь­нее других народов. Когда «народы поднялись на хазар и пришел воевать царь Асии и турок» (33, с. 116), аланы пришли на помощь хазарам и раз­громили их врагов. Как видим, асы и аланы здесь не только противопостав­лены друг другу, но и ведут между собой борьбу.

Вместе с тем в ряде других источников между асами и аланами ставится знак равенства, понятия «аланы» и «асы» становятся эквивалентными. Так, Ибн-Русте (X в.) свидетельствует, что кавказские аланы делятся на четыре племени, из которых почет и власть принадлежат племени Дуксас (34, с. 51). В. Ф. Минорский остроумно исправил «Дуксас» на «Рухсас», что означает «светлые асы» (31, с. 445). (Ср. роксоланы — «светлые аланы»). Следовательно, асы не только входят в состав аланского объединения, но и возглавляют его. Приведем еще сообщение довольно позднего (XV в.) авто­ра — генуэзца Иосафата Барбаро, побывавшего на Дону и в Предкавказье и заставшего свежую память об аланах: «Название Алания произошло от племен, именуемых аланами, которые на их собственном языке называются «ас» (35, с. 137). Согласно Барбаро, «ас» — самоназвание алан.

Нам представляется, что аланы и асы были двумя близкородственными этническими подразделениями, почти одновременно расселившимися на Северном Кавказе и составлявшими значительную часть населения извест­ной по письменным источникам средневековья Алании. Намечается и при­близительное территориальное размещение тех и других в рамках Алании: асы (аштигор «Армянской географии») в Западной Алании в верховьях Кубани и части Кабардино-Балкарии, аланы в Восточной Алании, соответ­ствующей части современной Кабардино-Балкарии, Северной Осетии и равнине Чечено-Ингушетии (36, с. 127; 37, с. 55).

Итак, и аланы, и асы по истокам своего происхождения уходят не только и сарматскую, но и в древнюю иранскую среднеазиатскую среду, с которой связаны истинно кровными узами. Среднеазиатские массагеты и асии, види­мо, формировании раннесредневековой аланской народности сыграли роль не меньшую, нежели сарматы, сираки и аорсы. С конца I тыс. до н. э. в Сре­дней Азии появляется большое число подбойных и катакомбных погребений, предположительно связываемых с племенами юечжи и усуней (38, с. 97— 117; 39, с. 77). Связанные с данным погребальным обрядом могильники из­вестны более чем в 140 пунктах, число изученных курганов с подбоями и катакомбами достигает 1500, причем хронологически эти могильники дохо­дят до V в.— эпохи «великого переселения народов» (40, с. 27—31). При­знано, что подбойно-катакомбный обряд захоронения в Среднюю Азию привнесен извне и скорее всего связан генетически с сарматами (40, с. 34).

Среднеазиатские связи алан и их пребывание в глубинах Средней Азии фиксируются не только в античную эпоху, но и в средневековье. Так, С. П. Толстое описывает средневековую крепость Алан-кала в песках Средней Азии, стоящую на большом караванном пути из Хорезма в Восточную Евро­пу и идущем через безводное плато Устюрт. Название крепости он связывает с названием народа алан. Там же С. П. Толстое пишет о роли алан в этно­генезе хорезмийцев (23, с. 47, 49). Известно также, что аланы приняли участие в этногенезе туркмен (41, с. 39—40; 42, с. 54). Одно из этнографиче ских подразделений туркмен — «олам» — исследователями прямо связывается с древним аланским ядром (43, с. 334), оламский диалект отличается свое­образными особенностями от диалектов и говоров туркменского языка (43, с.341). Аналогично участие средневековых ираноязычных асов-азов отмече­но и применительно к этногенезу современных узбеков (44, с. 9—10), атакже каракалпаков (45, с. 99—100). Видимо, прав был С. П. Толстов, считавший, что основой этногенеза тюркских народов Средней Азии — туркмен, узбеков, каракалпаков, казахов — являются древние сако-массагетские племена, вы­ступавшие под именами алан, арсиев (аорсов) или асов (46, с. 100).

Здесь кстати сказать и о тохарах. Тохары — кочевой народ индоевропей­ского происхождения, около середины I тыс. до н. э. переселившийся из Восточной Европы в Среднюю Азию. В 130 г. до н. э. в союзе с некоторыми посточноиранскими племенами тохары разгромили Греко-Бактрийское цар­ство и вторглись в Парфию, но были отбиты. На рубеже нашей эры тохары объединились под властью династии кушан и образовали Кушанское царство. С этих пор тохары более известны в истории как кушаны. Китайцам тохары были известны под именем юэчжи (47, с. 118).

Тохары говорили на языке иранской группы и, несомненно, находились в длительном контакте с сако-массагетскими племенами. Существует даже вполне вероятное предположение о вхождении тохаров в массагетский союз племен (24, с. 81; 25, с. 244). Это позволяет поставить вопрос об участии и тохарских элементов в формировании средневековых алан. В пользу такого не слишком смелого предположения свидетельствуют обнаруженные в осетинском (древнем аланском) языке точные соответствия тохарскому (48, с. 137). Этнические и языковые связи между тохарами и сако-массагетами, отразившиеся в осетинском языке, скорее всего были установлены еще на среднеазиатской почве, хотя имеются следы пребывания тохаров и на Кавка­зе (они отложились в топонимике Армении; 49, с. 441, 452).

02. МАССАГЕТЫ И АСИИ


С другой стороны, небезынтересно отметить, что в некоторых источниках тохары обозначались и как тагоры, тагуры (50, с. 143). Думается, что можно поставить в качестве рабочей гипотезы вопрос об определенной связи этно­нима «тохары» в последней из приведенных транскрипций с этнонимом «та-куйры», упомянутым в новом списке «Армянской географии» VII в. (30, с. 30). В таком случае племя такуйры «Армянской географии» — это какая-то тохарская группа, оказавшаяся в раннем средневековье в горах Кавказа. Положение такуйров в этноплеменном списке «Армянской географии» не оставляет в этом сомнений. Можно думать, что с. этнонимом тагуров связана восточная часть Северной Осетии — Тагаурия, но в таком отождествлении кроется много неясностей. Кроме того, в этнонимике Средней Азии за­фиксирован дотюркский этноним дюгеры — тохары (51, с. 140), что чисто фо­нетически ставит вопрос о возможной связи тохаров с дигорской группой осетинского народа. Вопрос нуждается в специальной проработке.

Из всего сказанного выше относительно происхождения алан можно заключить следующее. Раннесредневековые кавказские аланы, которые в дальнейшем будут основным объектом нашего рассмотрения, сложились из различных древних ираноязычных элементов: аорсов, сираков, массагетов и асиев-асов, а также, возможно, какой-то тохарской группы. Представляется, что ведущая роль в формировании кавказских алан принадлежала аорсам и массагетам; есть основания говорить и о значительной роли асов.

Другой аспект рассматриваемого вопроса связан с этнонимом «аланы», и устах античных и средневековых писателей с I в. н. э. покрывшим ирано-язычное население обширного пояса степей от Средней Азии до Дуная. Факты свидетельствуют о том, что аланы в первых веках нашей эры всюду появляются там, где до этого находились сарматские или близкие им северо­иранские племена. Следовательно (и независимо от того, было ли конкретное племя аланы или не было), уже в I в. н.э. этноним «аланы» становится собирательным, общим для всех или для большинства сарматских и род­ственных им североиранских племен.

В связи со сказанным у нас нет никаких оснований рассматривать план как некий этнический монолит, занимавший многотысячекилометровые пространства Европы и Азии. Процесс этнической консолидации и тен­денция к формированию аланской народности наметились во второй половине I тыс. лишь на Северном Кавказе. Активную и всевозрастающую роль и этом играли аборигенные племена Кавказа, говорившие на иберийско-кавказских языках.

Проникновение массагетских групп на территорию Южного Дагестана в первой половине I тыс. н.э. археологически засвидетельствовано распро­странением здесь подбойных и катакомбных захоронений, четко отличаю­щихся от местных погребений в каменных погребальных сооружениях (52, с. 52—53). Начинается процесс этнического и культурного взаимо­действия и сближения между кочевниками и местным аборигенным насе­лением (53, с. 50) — процесс очень важный для дальнейшей этнической истории края и формирования современных народов Северного Кавказа.

ЛИТЕРАТУРА

1. Вишневская О. А., И тина М.А. Ранние саки Приаралья. В кн.: Проблемы скифской археологии. М., 1971.
2. Вишневская О. А. Культура сакских племен низовьев Сырдарьи в VII - V вв. до н.э. М., 1973.
3. Страбон. География в 17 книгах. Перев. Г. А. Стратановского. Л., «Наука», 1964.
4. Геродот. История. Перев. Г. А. Стратановского. Л., «Наука», 1972.
5. Латышев В. В. Известия древних писателей о Скифии и Кавказе. ВДИ, 1949, 2.
6, Сенека Луций Анней. Трагедии. Латышев В. В. Известия..., ВДИ, 1949, 1.
7. Иероним Евсевий. Письма. Латышев В. В. Известия..., ВДИ, 1949, 4.
8, Авиен Руфий Фе ст. Описание земного круга. Там же.
9. Присциан. Землеописание. Латышев В. В. Известия..., ВДИ, 1949, 4. 10. П ь я н к о в И. В. Массагеты Геродота. ВДИ, 1975, 2.
11. Пьянков И. В. Массагеты, соседи индийцев. В кн.: Средняя Азия в древности и средне­вековье (история и культура). М., 1977.
12. Куклина И. В. Араке Геродота. История вопроса. Археологический сборник Гос. Эрми­тажа, вып. 23, 1983.
13. Оросий Павел. Историй против язычников 7 книг. Латышев В. В. Известия..., ВДИ, 1949, 4.
14. Тревер К. В. Очерки по истории и культуре Кавказской Албании. М.— Л., 1959.
15. Еремян СТ. Страна «Махелония» надписи Каба-и-Зардушт. ВДИ, 1967, 4.
16.. Котович В. Г. Новые археологические памятники Южного Дагестана. МАД, т. 1. Махачкала, 1959.
17. Кузнецов В. А. Аланы и раннесредневековый Дагестан. МАД, т. II. Махачкала, 1961.
18. Марцеллин Аммиан. История. Латышев В. В. Известия..., ВДИ, 1949, 3.
19. Артамонов М. И. История хазар. Л., 1962.
20. Минорекий В. Ф. История Ширвана и Дербенда X—XI веков. М., 1963.
21. Плиний Секунд. Естественная история. Латыш ев В. В. Известия..., ВДИ, 1949, 2.
22. Кассий Дион. Римская история. Латышев В. В. Известия..., ВДИ, 1948, 2.
23. Толстов С.П. По следам древнехорезмийской цивилизации. М.— Л., 1948.
24. Tarn W. W. The Greeks in Bactria and Jndia. Cambridge, 1.938.
25. Толстов С. П. Древний Хорезм. М., 1948.
26. Бернштам А. Н. К вопросу об усунь кушан и тохарах. СЭ, 1947,3.
27. Гаглойти Ю. С. Этногенез осетин по данным письменных источников. В кн.: Происхож­дение осетинского народа. Орджоникидзе, 1967.
28. Севортян Э. В. Тюркские ас, аскыр, аст, асы и др. В кн.: Тюркологический сборник. М., 1966.
29. Арриан. Поход Александра Великого. Латышев В. В. Известия..., ВДИ, 1948, 1.
30. Из нового списка географии, приписываемой Моисею Хоренскому. Перев. К. Патканова. ЖМНП. ч. CCXXVI, СПб., 1883.
31. Н u d u d а 1 A I a m. Translated and explained by V. Minorsky. London, 1937.
32. Minns E.N. Alani. Encyclopaedia Britannica, t. I, London, 1911.
33. Коковцев П. К. Еврейско-хазарская переписка в X веке. Л., 1932.
34. Караулов Н. А. Сведения арабских географов IX и X вв. по Р. хр. о Кавказе, Армении и итало-русских связей в XV в. Перев. Е. Ч. Скржинской. Л., 1971.
35. Иосафат Барбар о. Путешествие в Тану. Барбаро и Контарини о России. К истории Азербайджана. СМОМПК, вып. XXXII. Тифлис, 1903.
36. Кузнецов В. А. Аланские племена Северного Кавказа. МИА СССР,№ 106, М., 1962.
37. Кузнецов В. А. Некоторые вопросы этногенеза осетин по данным средневековой археологии. В кн.: Происхождение осетинского народа. Орджоникидзе, 1967.
38. Сорокине. С. Среднеазиатские подбойные и катакомбные захоронения. СА, XXVI, 1956. 39. Кожомбердиев И. Катакомбные памятники Таласской долины. В кн.: Археологиче­ские памятники Таласской долины. Фрунзе, 1963.
40. 3аднепровский Ю. А. Об этнической принадлежности памятников кочевников Семиречья усуньского периода II в. до н. э.— V в. н. э. В кн.: Страны и народы Востока, вып. X. М., 1971.
41. Бахтиаров А. Осколки «исчезнувших» аланов. Туркменоведение, 1930, №8—9.
42. Якубовский А. Ю. Вопросы этногенеза туркмен в VIII—X вв. СЭ, 1947, 3.
43. ВинниковЯ. Р. К истории формирования и расселения туркмен — хатаб, мукры, кура-. ма и олам, В кн.: История, археология и этнография Средней Азии. М., 1968.
44. ШаниязовК. Древние элементы в этногенезе узбеков. IX Междун. конгресс антро­пологических и этнографических наук (Чикаго, 1973). Доклады советской делегации. М., 1973.
45. Жданко Т. А. Очерки исторической этнографии каракалпаков. Труды ИЭ АН СССР, т. IX. М.—Л., 1950.
46. Толстов С.П. Города гузов. СЭ, 1947, 3.
47. Рерих Ю. Н. Тохарская проблема. В кн.: Народы Азии и Африки. М., 1963.
48. Абаев В. И. Скифо-европейские изоглоссы. На стыке Востока и Запада. М., 1965.
49. Капанцян Г. Историко-лингвистические работы. К начальной истории армян. Ереван, 1956.
50. Десятчиков Ю. М. Сатархи. ВДИ, 1973, 1.
51. Еремеев Д. Е. К семантике тюркской этнонимики. Сб. «Этнонимы». М., 1970.
52. Гмыря Л. Б. Некоторые особенности погребального обряда населения Восточного Предкавказья в IV—VII вв. н.э. XV Крупновские чтения по археологии Северного Кавказа. Тезисы докладов. Махачкала, 1988.
53. Кудрявцев А. А., Гаджиев М. С. Дагестан и сармато-аланский мир. XV Крупновские чтения по археологии Северного Кавказа. Тезисы докладов. Махачкала, 1988.


Материал взят из книги В.А. Кузнецова "Очерки истории алан". Владикавказ "ИР" 1992 год.

при использовании материалов сайта, гиперссылка обязательна
  Информация

Идея герба производна из идеологии Нартиады: высшая сфера УÆЛÆ представляет мировой разум МОН самой чашей уацамонгæ. Сама чаша и есть воплощение идеи перехода от разума МОН к его информационному выражению – к вести УАЦ. Далее...

  Опрос
Отдельный сайт
В разделе на этом сайте
В разделе на этом сайте с другим дизайном
На поддомене с другим дизайном


  Популярное
  • Лаборатория голоса
  • Творить сердцем
  • 400 тысяч фильмов посмотрели абоненты «Интерактивного ТВ» «Ростелекома» в 2016 г. на Юге в сервисе «Видеопрокат»
  • Еще одна ученица дирижера Тамерлана Хосроева удивила Москву
  • Аспар
  • Парижские тайны Владикавказа
  • Сказка о горячем сердце
  • Северная Осетия значительно переплатила за госзакупки в сфере здравоохранения
  • Большой бизнес не спешит в Северную Осетию
  • Сказка о красках
  •   Архив
    Март 2017 (53)
    Февраль 2017 (51)
    Январь 2017 (63)
    Декабрь 2016 (65)
    Ноябрь 2016 (23)
    Октябрь 2016 (31)
      Друзья

    Патриоты Осетии

    Осетия и Осетины

    ИА ОСинформ

    Ирон Фæндаг

    Ирон Адæм

    Ацæтæ

    Осетинский язык

    Список партнеров

      Реклама
     liex
     
      © 2006—2017 iratta.com — история и культура Осетии
    все права защищены
    Рейтинг@Mail.ru