поиск в интернете
расширенный поиск
Иу лæг – æфсад у, дыууæ – уæлахиз. Сделать стартовойНаписать письмо Добавить в избранное
 
Регистрация   Забыли пароль?
  Главная Библиотека Регистрация Добавить новость Новое на сайте Статистика Форум Контакты Реклама на сайте О сайте
 
  Строим РЮО 
Политика
Религия
Ир-асский язык
Образование
Искусство
Экономика
  Навигация
Авторские статьи
Общество
Литература
Осетинские сказки
Музыка
Фото
Видео
  Книги
История Осетии
История Алан
Аристократия Алан
История Южной Осетии
Исторический атлас
Осетинский аул
Традиции и обычаи
Три Слезы Бога
Религиозное мировоззрение
Фамилии и имена
Песни далеких лет
Нарты-Арии
Ир-Ас-Аланское Единобожие
Ингушско-Осетинские
Ирон æгъдæуттæ
  Интересные материалы
Древность
Скифы
Сарматы
Аланы
Новая История
Современность
Личности
Гербы и Флаги
  Духовный мир
Святые места
Древние учения
Нартский эпос
Культура
Религия
Теософия и теология
  Реклама
 
 
Аланы в эпоху «Великого переселения народов». Часть 1.
Автор: 00mN1ck / 24 сентября 2007 / Категория: Аристократия Алан
I

Конец IV в. стал важной вехой в истории не только алан, но и всей Европы. В этот период началось так называемое «Великое переселение народов», вызванное передвижением гуннских пле­мен с Востока на Запад. По свидетельству Аммиана Марцеллина, гунны «не знают над собой строгой царской власти и доволь­ствуются предводительством кого-нибудь из своих старейшин». Аланы в это же время проживали на огромной территории При­азовья, Подонья и Предкавказья. Племена их возглавляли родоплеменные вожди («скептухи» античных авторов). К IV в. существенно усилилась роль военной аристократии («багатары», «военные чины»). Аммиан Марцеллин оставил интересное опи­сание быта алан. Часть племен вела оседлый образ жизни, питаясь «полевыми плодами; все остальные, кочующие по обшир­ным степям, никогда не испытывавшим ни сохи, ни посевов... питаются отвратительным образом по-звериному. Все их иму­щество, жилища и бедная утварь сложены на покрытых корой кибитках; они беспрепятственно переезжают, когда вздумает­ся, перевозя, куда заблагорассудится, свои повозки».

В III—IV вв. сарматские племена Северного Причерноморья вступили в контакт с готами. В середине IV в. здесь сложился остготский союз племен во главе с Германарихом. Часть сармато-алан входила в состав этого союза. Готы, как и аланы, на­ходились на стадии военной демократии. Но у готов очень вели­ка была роль жреческого сословия. По свидетельству Диона Златоуста, из среды жрецов «поставлялись короли». Самым почитаемым божеством у готов был бог войны Марс. «Этого Мар­са готы постоянно ублажали жесточайшим культом (жертвою ему было умерщвление пленных), полагая, что возглавителя войн пристойно умилостивить пролитием человеческой крови. Ему посвящалась первая добыча, в его честь подвешивали на ство­лах деревьев трофеи». Божество войны весьма почиталось и аланами. Поданным Аммиана Марцеллина, аланы поклонялись мечу, воткнутому в землю.

В 372 г. огромные орды гуннов форсировали Волгу и втор­глись в земли алан. Главный удар гунны нанесли по аланам При­азовья и их союзникам — готам. Гунны многих алан «перебили и ограбили, а остальных присоединили к себе по условиям мир­ного договора». По свидетельству Иордана, гунны подчинили часть алан, «обессилив их частыми стычками». С их помощью они напали на готов Германариха и одержали победу. После этого гунно-аланский союз двинулся в Западную Европу, а часть готов и алан — в Константинополь. В Византии гото-аланские дружины играли важную роль, их предводители (в первую оче­редь аланские «багатары») фактически определяли развитие событий в Восточноримской империи. Так, например, одно аланское семейство военных аристократов (три поколения) на про­тяжении полувека — во время правления императоров Феодосия II, Маркиана и Льва—удерживало господствующее положе­ние в Константинополе.

Несколько аланских племен в составе гуннских орд в 376 г. появились на Нижнем Дунае и с этого времени неоднократно совершали набеги на Римскую империю. В одном из писем Иероним отметил, что варвары, среди которых названы и аланы, рас­пространились между Константинополем и Альпами; всюду здесь «уже более двадцати лет проливается римская кровь. ...Опусто­шают, присваивают, хищнически захватывают готов, сарматов, квадов, алан, гуннов, вандалов, маркоманнов». Но и наиболее опасными врагами Римской империи источники считают готов, гуннов и алан. Эти объединенные силы в 378 г. нанесли страш­ной силы удар по Римской империи; в битве под Андрианополем было убито 40 тысяч лучших римских легионеров во главе с императором Валентом. По оценке видного советского истори­ка Н. А. Машкина, «битва при Андрианополе имела огромное всемирно-историческое значение», ибо в результате ее импе­рии был нанесен удар, от которого Рим уже не смог оправиться. В этой битве аланская конница, согласно Аммиану Марцеллину, сыграла решающую роль.

Римские императоры стали привлекать «варварские» племе­на на военную службу, поселяя их за жалованье и земельные наделы вдоль границ Рима. При императоре Грациане (375— 383 гг.) аланы включаются в состав римской армии. В 380 г. во­ждями гото-аланских дружин, расположенных в Паннонии, были Алафей и Сафрак. По данным Л. Варади, алан в войске Сафрака было 20 тысяч воинов. Интересно отметить, что император Грациан перед войсками появлялся в аланском вооружении.

Заслуживает упоминания история западно-римского импе­ратора Максимина, наследника Грациана. Отцом Максимина был гот, мать аланка. Максимин обладал незаурядными способностями, поступил на службу в римскую кавалерию в Британии. Поддержанный римскими войсками в Галлии, он после гибели Грациана захватил престол и стал первым императором «варварского» происхождения.

В V в. аланы продолжали играть важную роль в политической жизни Европы. Иордан отметил алан во главе с Сангибаном, Григорий Турский — алан с их вождем Реслендиалом; аланы под предводительством Гоара, направленные патриацием Аэцием в Арморику, и аланы Беорга, напавшие на Северную Италию — все они отделились от той группы, которая вместе с вандала­ми перешла Рейн в последний день 406 г. и расселилась в Гал­лии. Часть их осела возле Луары, другая группа разместилась на Роне и по ее притоку Изеру; третья — остановилась около Гаронны. Некоторая часть алан продолжала сопровождать ван­далов и перешла с ними в Испанию в 409 г. Гейзерих (428—477 гг.) перед отправкой в Северную Африку в 429 г. распределил свое войско по отрядам, состоявших из вандалов и алан. Число воинов достигало 50 тысяч. Вероятно, аланы слились с вандалами. В «Хронике» Идация (умер около 470 г.) имеется сведение, что в 418 г. погиб последний аланский «король Аудак... и унич­тожилось» аланское королевство, т. к. много алан погибло в во­йне с вестготами. После этого аланы подчинились вождю ванда­лов Гунтариху, предшественнику Гейзериха.

Незадолго до этого некоторые аланские дружины вместе с вес­тготами Алариха двинулись в Южную Галлию. Они захватили Нарбонну, Тулузу и Бордо, но в Базасе были остановлены. Граф Павлин из Пеллы рискнул выбраться из осажденного города для переговоров с вождем алан. За спасение своей семьи граф поо­бещал аланам земли для расселения. Разработав детальный план, вождь алан в качестве заложников отправил в Базас свою жену и любимого сына. Графу разрешили вернуться в город, а аланы раз­вернули свои войска кольцом вокруг крепости. Вестготы вынуж­дены были снять осаду. В соответствии с соглашением, аланы получили землю между Тулузой и Средиземным морем, причем они могли держать под контролем дороги, связывавшие Галлию с Испанией.

Такова в самом кратком виде история алан, ушедших с гунна­ми в Европу.

Сильное влияние гуннское нашествие оказало и на алан, ос­тавшихся на Северном Кавказе. Армянские источники указыва­ют, что в середине V в. гунны сохраняли свои позиции на Север­ном Кавказе, располагаясь в непосредственной близости к ущель­ям, отделявшим их от Албании. На рубеже V—VI вв. в область по­литического господства алан не входил стратегически важный Дарьяльский проход. По сведениям Прокопия Кесарийского, при императоре Анастасии (491—518 гг.) проходом владел «гунн Амбазук», имя которого указывает на его связь с аланской элитой. В 507 или 508 г. персидский царь Кавад прогнал детей Амбазука и захватил проход. Согласно хронике Захария Ритора, Кавад на­стойчиво спрашивал с византийцев сумму в 5 кентинариев золотом, которое он получал в качестве платы за содержание персид­ского гарнизона, оберегавшего Дарьяльский проход от гуннов.

Эти события конца IV—начала VI вв. затронули группы алан, проживавших на равнине и в предгорьях Северного Кавказа. В их среде активно шел процесс выделения сословия профессиональных воинов —дружинников. Отрыву военной аристократии от ря­довой массы населения в I половине I тысячелетия способствова­ло и освоение аланами новых территорий на равнине и в ущельях Центрального Кавказа. Смешение с коренными жителями приве­ло к замене родового принципа организации поселений и форми­рования воинских контингентов на территориальный. Этот про­цесс еще более усилился после гуннского нашествия, которое коренным образом изменило относительно стабильную этнополи­тическую обстановку в Предкавказье, привело к перемещению больших масс населения, установлению доминации кочевых пле­мен. Археологических памятников алан V в. — столетия, полного крупных потрясений — исследовано пока мало. На территории Северной Осетии можно отметить могильники у с. Брут и с. Ок­тябрьское, крупное городище в районе с. Зилга. Это памятники алан, живших здесь оседло еще в догуннское время. В их среде, судя по погребальному обряду, уже имела место социальная диф­ференциация. Рядовое население хоронили в грунтовых ямах, тогда как знать погребали в глубоких, тщательно высеченных в глине катакомбах. Принадлежность катакомб социальным верхам подтверждается наличием в них обломков железных мечей и кинжалов, золотых вещей и т. д.

Сложные миграционные процессы и изменения этнополитической обстановки в регионе на рубеже IV—V вв. привели к необходи­мости реорганизации управления у алан. Потребность в этом дик­товалась как необходимостью регулирования отношений с мест­ным населением, так и защиты своей территории от давления извне. Говоря словами Ф. Энгельса, новое условие подрывало родовой строй двояким образом: «Во-первых, оно создавало пуб­личную власть, которая уже не совпадала просто-напросто с сово­купностью вооруженного народа; во-вторых, оно впервые разделяло народ для общественных целей не по родственным группам, а по проживанию на одной территории». Важнейшие дела все чаще стали решаться «царями» и их окружением — советом. Ин­тересное описание совета грузинского «царя» Вахтанга (сер. V в.) оставил Джуаншер: Вахтанг созвал «знатных картлийцев и собрал их всех в городе. И устроившись в одном из зданий, воссел на высоком престоле. На престоле же восседал спаспет Джуаншер и оба его епископа, а все прочие эриставы расселись по креслам, а тысячники и сотники и прочие воины тут же стояли навытяжку».

Союзы этнотерриториальных групп алан возглавляли «цари». Источники указывают на «соцарствующих» архонтов — совет, в котором каждый знал свое место. Аланский военачальник Барлах, отправленный в Армению за бывшим аланским военачальни­ком Баракадом, уговаривал его вернуться на родину: «Согласись со мной и вновь удостоишься прежнего положения и возляжешь на втором месте (после царя)».

Армянские источники V в. к элите аланского общества, поми­мо «царей», «дворцовых и военных чинов», причисляли и «нахараров». Последний термин иранского происхождения. Его этимологическое значение — «областной правитель». Как показал А. П. Новосельцев, в начале н.э. прежние армянские наместничества превратились в полусамостоятельные княжества, владельцы ко­торых известны как нахарары. У них в ту пору были свои замки, дружины и определенная территория.

Судя по армянским источникам, военной аристократии при­надлежало видное место в аланском обществе середины I тыся­челетия. Вместе с тем, те же источники отделяют «военные чины» от «нахараров», т. е. военную аристократию названные источники отделяют от родовой знати. И тот и другой тип знати далеко от­стоял от рядового населения. Разделение всего народа на «благородных» и «неблагородных» — важный шаг к разрушению родо­вого строя. Такое разделение «раскрывает перед нами новые, незаметно развившиеся общественные элементы. Оно показывает, что вошедшее в обычай замещение родовых должностей чле­нами определенных семей превратилось уже в мало оспаривае­мое право этих семей на занятие общественных должностей; что эти семьи ...начали складываться вне своих родов в особый при­вилегированный класс и что эти их притязания были освещены только еще зарождавшимся государством».

Начало второй половины I тысячелетия на Кавказе ознамено­валось крупными политическими потрясениями—столкновением Византии с Ираном. В этот конфликт были втянуты практически все народы региона. Участие алан в войнах между Византией и Ираном оказало серьезное воздействие на социальные процес­сы, способствуя дальнейшему отрыву элиты и особенно военной аристократии от массы рядовых соплеменников. В середине I ты­сячелетия обособилась социальная группа знатных профессио­нальных конных воинов. Причем, военно-служилая знать алан была неоднородной. Дружины возглавляли вожди-полководцы («вторые цари» по терминологии Мовсеса Хоренаци). Сами дружинники раз­делялись на отдельные социальные слои. Это деление нашло от­ражение в языке. Высший слой дружинников назывался «багатарами». Следующая прослойка служилой знати обозначалась од­ним из ранних полувоенных-полусословных терминов — «алдар». Он восходит к периоду военной демократии и первоначально обоз­начал не более как «военный предводитель». Интересно, что в венгерском слове, заимствованном у алан, оно означает «началь­ник охраны», «начальник сотни». Наконец, существовала прослойка конных воинов, живших, главным образом, крестьянским трудом и почти ничем не отличавшихся от рядовых общинников. По су­ществу, это та «молодшая дружина», которая известна по Киевс­кой Руси.

VI в. стал временем «демографического взрыва для того насе­ления северокавказских гор и предгорий, которое принято ото­ждествлять с аланами» (В. Б. Ковалевская). На увеличение плотности населения степных и горных районов Северного Кавказа указывают материалы могильников Гиляч, Тамгацык, у Вольного аула, с. Брут, с. Октябрьское, с. Мартан-Чу, на р. Березовке, у г. Майского, г. Пятигорска и др.

Демографический взрыв VI в. и увеличение плотности аланского населения имели большие социальные последствия. Назван­ные факторы вынуждают к более тесному сплочению как внутри, так и по отношению к внешнему миру. Союз родственных пле­мен (конфедерация) становится необходимостью, а вскоре становится необходимым слияние отдельных племенных кня­жений в общую территорию всего народа.

На первые роли в аланской среде выходила новая, воен­ная по происхождению, аристократия.


"Аристократия Алан" Ф.Х. Гутнов. Владикавказ "ИР" 1995.

при использовании материалов сайта, гиперссылка обязательна
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
  Информация

Идея герба производна из идеологии Нартиады: высшая сфера УÆЛÆ представляет мировой разум МОН самой чашей уацамонгæ. Сама чаша и есть воплощение идеи перехода от разума МОН к его информационному выражению – к вести УАЦ. Далее...

  Опрос
Отдельный сайт
В разделе на этом сайте
В разделе на этом сайте с другим дизайном
На поддомене с другим дизайном


  Популярное
  • Участники форума «Машук-2017» обменялись 13 Тб информации по сетям «Ростелекома»
  • Королева
  • «Ростелеком» выступил телекоммуникационным партнером Всероссийского форума профессиональной навигации «ПроеКТОриЯ»
  • Осетины
  • Фиагдонские мосты
  • "Ночь кино-2017" приглашает…
  • Раскрасить Фиагдон
  • "Я счастлив, что мою музыку поют, играют, любят…"
  • «Ростелеком» построил оптическую сеть в Ирафском районе Северной Осетии
  • "Не хочу в школу!"
  •   Архив
    Сентябрь 2017 (41)
    Август 2017 (33)
    Июль 2017 (29)
    Июнь 2017 (44)
    Май 2017 (36)
    Апрель 2017 (40)
      Друзья

    Патриоты Осетии

    Осетия и Осетины

    ИА ОСинформ

    Ирон Фæндаг

    Ирон Адæм

    Ацæтæ

    Осетинский язык

    Список партнеров

      Реклама
     liex
     
      © 2006—2017 iratta.com — история и культура Осетии
    все права защищены
    Рейтинг@Mail.ru