В Северной Осетии в живописном горном селении Даргавс прошел чемпионат России по скайраннингу. Соревнования по этому экстремальному виду спорта в нашей республике проводились впервые, однако, несмотря на это, они, по признанию самих участников, прошли на высоком организационном уровне.

Единичные миграции осетин в страны Ближнего Востока имели место еще в аланскую эпоху и осуществлялись главным образом по веками налаженным каналам черноморской работорговли. Известно, например, что среди черкесских мамлюков в средневековом Египте было несколько лиц явно аланского происхождения. Можно предполагать, что и в более поздние эпохи отдельные представители осетинского этноса попадали в качестве рабов или наемных солдат в Османскую империю, Иран и арабские страны, не выделяясь, однако, из общей массы северокавказцев, именуемых со-бирательным термином «черкесы».
    Сравнительно массовое переселение осетин на Ближний Восток, положившее начало формированию осетинской диаспоры, произошло лишь на заключительном этапе Кавказской войны и представляло собой одно из звеньев гораздо более масштабного явления — исхода (частью добровольного, но в основном вынужденного и насильственного) горцев Северного Кавказа в Османскую империю, так называемого мухаджирства (от арабского мухаджир «переселенец»).
    Причины и конкретные обстоятельства миграции осетин известны в своих основных чертах. В отличие от Северо-Западного Кавказа, в Осетии мухаджирство не было результатом официальной политики выдавливания или изгнания коренного населения. Переселение скорее явилось здесь формой реакции части традиционного осетинского социума на форсированное утверждение в регионе военно-колониального режима, принявшего особенно выраженные черты после окончательного покорения Восточного Кавказа и пленения имама Шамиля в 1859 г. Несомненно, в какой-то степени уход в османскую Турцию можно рассматривать как отклонение отдельными группами осетинского общества навязываемого им имперского варианта социальной модернизации.

Выбор топонимики, и, в частности, ее места и роли в языке художественной литературы не случаен и связан с тем, что уже первые наблюдения над функциями топонимов в публицистике К. Л. Хетагурова показали широкие семантико-стилистические возможности этих языковых средств в локальной контекстуальной ситуации, в создании глубоких по смыслу подтекстов и повышении степени эмоционального накала каждого из топонимов, включенного автором в тот или иной художественный текст.
Такое своеобразие проявления топонимов характерно для произведений различных жанров у К. Хетагурова, и особенно в языке поэзии.
Так, в стихотворении «Владикавказ» топоним Терек, окруженный в конкретном малом контексте языковыми единицами, представляющими собой художественно-образные средства ражения, превращается в яркий изобразительный компонент.

О метафоре и ее проявлениях существует в лингвистике достаточно большое количество не только отдельных статей, но и крупных монографических работ, как общетеоретического характера, так и практической реализации в различных языках.
В нашей статье речь пойдет о метафорических процессах, происходящих в осетинском языке (в контексте общей теоретической мысли) и их роли в создании новых семантико-стилистических новообразований, которые в свою очередь закрепляются в языке в виде новых коннотативных смыслов существующих лексем или новых фразеологических оборотов.

Ярким и радостным останется в памяти детей, которые отдохнут в Фиагдоне в оздоровительном лагере «Металлург» завода «Электроцинк», лето-2011. Три потока лагерного отдыха уже позади, остался последний, четвертый поток, который примет 205 детей.