…Концепция социальных функций жива еще сегодня у осетин - не в реальной жизни, а в круге народно-эпических преданий, которые называют для краткости «сказаниями о Нартах» или «нартовскими сказаниями».

Этот народный эпос ныне распространился далеко за пределами Осетии в сильно различающихся по букве и по духу вариантах. Однако по множеству недвусмысленных

Подводя итоги полувековой дискуссии о родине нартовского эпоса, один из лучших его исследователей французский ученый Ж. Дюмезиль писал: «Именно у осетин и, конечно, отчасти уже у их далеких предков сформировалось ядро нартовского эпоса и наметились его главные герои» [Дюмезиль 1976: 161]. Нет необходимости излагать все существующие точки зрения по этому вопросу, основательно разобранные в монографии Ю. С. Гаглойти [Гаглойти 1977: 9–94]. Остановимся лишь на тех аргументах, свидетельствующих в пользу скифо-сарматского происхождения ядра нартиады, которые связаны с ономастикой эпоса.

Три функциональных рода у северных осетин

В то время как в других национальных циклах герои происходят из разных родов, здесь различаются три основных рода, которые, по правде говоря, оставляют на долю других мало героев.
Эти три рода – Алагата, Ахсартагката и Бората. Они составляют то, что в сказаниях часто называется ærtæ Narty «три группы Нартов», по существу, все общество в целом [1]. Все они живут на одном горном склоне – Ахсартагката вверху, Алагата посередине, Бората внизу, составляя три квартала или три села, постоянно связанные друг с другом, – «Верхние Нарты», «Средние Нарты», «Нижние Нарты» (Uællag Nart, Astsæukkag Nart, Dællag Nart) [2]. Остальные живут в другом месте, в отдалении: например, чтобы попасть от Ахсартагката во «Внешнюю деревню», где живут Ацата, нужен проводник [3].