Приток новых археологических материалов в последние десятилетия существенно укрепил позиции «миграционистов», считающих алан выходцами из Азии (см., например, работы А.С.Скрипкина, Ф.Х.Гутнова, Т.А.Габуева, С.А.Яценко, Н.Е.Берлизова и др). Вместе с тем, нельзя не отметить слабой разработанности проблемы аланского наследства в культурах различных среднеазиатских этнических групп. Одним из перспективных методов выявления аланского наследия в Средней Азии может быть сопоставление пережитков домусульманских культов, верований, обрядов среднеазиатских народов с материалами традиционной этнографии осетин.

Великая Степь раскинулась широким поясом от Северного Причерноморья на западе до Алтая и Монголии на востоке, охватывая значительную часть Южной Сибири и Центральной Азии. Более трех тысяч лет назад на этих безбрежных просторах начал формироваться чрезвычайно оригинальный тип кочевого хозяйства, пришедший на смену скотоводческо-земледельческому оседлому быту. Эти важные перемены были вызваны целым рядом причин: изменение климата привело к высыханию степи, была освоена верховая езда на лошади, изменился состав стад (в них стали преобладать овцы и лошади, способные зимой добывать подножный корм). Эпоха ранних кочевников совпала со временем, когда человечеством был сделан важнейший исторический шаг – началось использование железа как основного материала для изготовления оружия и орудий труда.

В 1930 г. в журнале «Туркменоведение», издававшемся в Ашхабаде совсем недолго и совсем небольшим тиражом была опубликована статья этнографа А.Бахтиарова «Осколки «исчезнувших» аланов». Сегодня, спустя 78 лет после выхода, работа стала библиографической редкостью и отчасти утратила свою научную ценность, однако, она интересна историографически, как одна из первых в отечественной науке публикаций, посвященных участию алан в этногенезе туркмен.

В «Арбельской хронике», принадлежащей перу сирийского монаха VI в., указывается, что в правление парфянского царя Вологеса II (105/6-147 гг. н. э.) около 135 г. н. э. произошло массированное вторжение каких-то северных кочевников на территорию Адиабены -одной из наиболее процветающих провинций Парфянской империи.

В начале новой эры образ жизни аланских племен соответствовал описанию Лукиана (род. ок. 125 г. н.э.): “У нас ведутся постоянные войны, мы или сами нападаем на других, или выдерживаем нападение, или вступаем в схватки из-за пастбищ и добычи”(19, с.65). Действительно, кочевой образ жизни (термин "кочевой" здесь очень условен, поскольку уже в I-II в.в. у алан имелись города (13, с.39- 40)) определял главные принципы аланской стратегии этого периода.

Аланы - одно из сарматских племен, зафиксированное впервые письменными источниками середины I в. н. э. По словам историка IV в. н. э. Аммиана Марцеллина, "...они мало-помалу постоянными победами изнурили соседние народы и распространили на них название своей народности". К III в. н. э. аланами именуют многие ираноязычные племена, жившие на юге Восточной Европы и на Северном Кавказе.

Проблема появления на исторической арене ранних алан долгое время остается в центре внимания специалистов. К настоящему моменту представлено несколько как взаимосвязанных, так и резко противостоящих друг другу гипотез. Одним из наиболее старых и популярных является предположение о вызревании алан в сарматской, а, точнее, в аорской среде. Однако, при ближайшем рассмотрении, приводимые доказательства не представляются достаточно убедительными.

Примерно в середине III в. н.э. в степях Восточной Европы и Северного Кавказа от Урала до Дуная разразилась настоящая катастрофа, приведшая к полной перекройке этнополитической карты огромного региона. Благодаря археологическим исследованиям последних десятилетий ее картина становится все более и более впечатляющей. Аргументированного объяснения этим переменам в литературе пока не дано. Запустели многие ранее наиболее заселенные кочевниками регионы - верховье и правобережье низовьев Дона, Прикубанье, Центральная Украина, Молдавская Лесостепь. Остатки прежних кочевников отчасти бегут на север - в Поволжскую Лесостепь (Матюхин, 1992: 155), в Башкирию (Скрипкин, 1984: 106-107). Напротив, в Крыму и под Одессой обосновываются новые группировки, вытесненные с востока. Сильно уменьшилось население Южного Приуралья (где во II-III вв. существовала мощная группировка, культурно тесно связанная с Хорезмом и Кангюем). Можно было бы подумать, что все это тесно связано с изменениями климата (свидетельство Аммиака о том, что группировки "аланов" в III-IV вв. н.э. кочевали на больших расстояниях друг от друга: Amm. Marc. Res Gestae, XXXI,2, 17). Однако этому противоречит тот факт, что во многих случаях запустели именно самые плодородные во все времена пастбищные угодья.

За последние десятилетии усилиями социоантропологов существенно изменено и расширено представление о месте торговли в экономическом и социальном развитии ранних обществ и особенно обществ, переживающих переход от первобытнообщинного строя к государственному. Среди выводов, наиболее важных для раннесредневековых образований Восточной Европы, надо отметить следующие: 1) В доклассовом обществе экономический эффект незначителен: престижные обмен и торговля обслуживают лишь небольшую часть общества — формирующуюся знать и практически не затрагивают более широкие слои населения. Поэтому обмен и торговля, в первую очередь стимулируют социальное, а не экономическое развитие, прежде всего социальную стратификацию; 2) Обмен и торговля позволяют концентрировать богатства в руках тех его представителей, которые осуществляют контроль над торговлей, укрепляют их статус и, консолидируя правящий слой, оказывают влияние на политическое устройство общества.

Гаглойти Ю. С.

О том, насколько интенсивным было проникновение сарматов в горы Центрального Кавказа в последних веках до н.э. — рубеже н.э. можно судить по тому, что к этому времени часть сарматских племен обосновалась и на южных склонах Главного Кавказского хребта. В описании Иберии Страбон сообщает, что ее горную часть «занимают простолюдины и войны, живущие по обычаям скифов и сарматов, соседями и родственниками которых они являются; однако они занимаются также земледелием»

Одна территория, два народа (этноса) с одной судьбой — в этом историческом факте кроется разгадка общности исторических судеб индоевропейских народов, алан и русских. Находясь на протяжении более двух тысячелетий в серединном положении на евразийском континенте, аланы (осетины) и их предки — скифы — являлись носителями арийской культуры. Эту культуру они несли другим народам мира1.

Вторая половина I тысячелетия в истории народов Старого Света стала временем важных социально-экономических и культурных перемен. В Средиземноморье, на Ближнем Востоке, на Кавказе, на просторах Евразии формируется новый феодальный способ производства и устанавливаются новые общественные отношения. Политическое и экономическое сближение племенных и территориальных объединений привело к их лингвистической и этноструктурной интеграции. В результате образовался ряд раннефеодальных народностей, ставших в дальнейшем основой формирования современных народов и наций.

Долгое время половцы воевали с монголами на рубеже Яика, удерживая при помощи башкир монгольские войска за Эмбой и Иргизом. Степная война обычно состоит из набегов и стычек, вследствие чего она, как правило, безрезультатна. Но тут у монголов появилась возможность ударить по половцам с тыла. Разбив в 1219-1221 гг. хорезмшаха Мухаммеда, владевшего всем Ираном, монголы вышли на Кавказ, нанесли поражение грузинам, и в 1222 г. в обход неприступного Дербента три тумэна [1] прошли на степные просторы Северного Кавказа, населенные в то время аланами.

После разгрома Алании ордами Тимур-ленга и чумы, охватившей не только Аланию, но и всю Европу, территория Центрального Кавказа обезлюдела. После этого времени история умалчивает о событиях, происходивших на данной территории. Происходит провал в хронике передачи сведений об аланах, будто они исчезают бесследно.
Но если история умалчивает о том, что происходило на Центральном Кавказе после нашествия Тимур-ленга, то этот пробел могут восполнить исторические предания дигорцев. Несмотря на вариативность этих преданий, в деталях они совпадают.

В 2004 году на экранах кинотеатров появилась новая голливудская версия истории о знаменитом короле бриттов Артуре. Режиссер фильма Антуан Фукуа потряс публику новым видением этого канонического легендарного сюжета. По версии, изложенной в фильме, король Артур и рыцари Круглого стола, были римскими союзниками, этаким спецназом, охранявшим границы римской провинции Британия от набегов саксов. При этом сам Артур и его соратники – наемные варвары – сармато-аланы из степей Северного Причерноморья.