http://iratta.com/ ru iratta.com : Осетия - Алания и Осетины - Аланы http://iratta.com/yandexlogo.gif http://iratta.com/ DataLife Engine http://iratta.com/materials/novaya/2607-juvelirnoe-delo-v-osetii.html Ювелирное дело в Осетии имеет богатую многовековую историю. Высоким исполнительским уровнем отличаются украшения, обнаруженные в археологических памятниках Осетии, уже в эпоху бронзы, во II-I тыс. до н. э. Мировую известность получили изделия скифо-сарматского звериного стиля и пластика кобанской культуры. В I в. н. э. аланы принесли с собой в Европу из Центральной Азии бактрийский «бирюзово-золотой» ювелирный стиль. По мнению ряда специалистов, они же являются одними из создателей «гранатово-золотого» стиля клуазонне, популярного в раннесредневековой Европе. Новая история 00mN1ck Mon, 14 Apr 2008 19:37:28 +0400 Ювелирное дело в Осетии имеет богатую многовековую историю. Высоким исполнительским уровнем отличаются украшения, обнаруженные в археологических памятниках Осетии, уже в эпоху бронзы, во II-I тыс. до н. э. Мировую известность получили изделия скифо-сарматского звериного стиля и пластика кобанской культуры. В I в. н. э. аланы принесли с собой в Европу из Центральной Азии бактрийский «бирюзово-золотой» ювелирный стиль. По мнению ряда специалистов, они же являются одними из создателей «гранатово-золотого» стиля клуазонне, популярного в раннесредневековой Европе. Средневековые аланские кинжалы, украшения, женские нагрудные крючки, гарнитуры мужских поясов оказали мощное влияние на форму и декор соответствующих категорий вещей кавказских соседей в новое время. Еще в начале ХХ в. широко были распространены мужские наборные пояса и женские нагрудные застежки, прямым прообразом которых являются ювелирные изделия из аланских катакомбных могильников и позднесредневековых осетинских склепов. До пер. пол. XIX в. на осетинских серебряных изделиях преобладала характерная техника черни на гладком поле, которая позднее начинает сочетаться с глубокой вторичной гравировкой. Распространение последней – заслуга работавших во Владикавказе дагестанских мастеров-отходников. Разнообразие технических приемов (литье, золотая и серебряная насечка по металлу и кости, гравировка, чернение, позолота, филигрань и зернь) и богатая осетинская ювелирная терминология свидетельствуют о широком распространении ювелирного промысла и его давних традициях. Мужские вещи, украшенные ювелирной работой, это, главным образом, предметы вооружения или всаднические атрибуты. Комплекс женских вещей представлен разнотипными женскими серебряными поясами и нагрудными застежками различной формы. Славились осетинские мастера также отделанными серебряной и золотой оправой турьими рогами. Среди наиболее известных ювелиров Осетии династии Марзагановых, Гаппоевых, Кокаевых, Борсиевых, Т. Цгоев, М.К. Агкацев, Н.Ф. Джадтиев, М.М. Цуциев. Начало ХХ в. было сложным периодом для осетинских ювелиров-кустарей. Магазины и лавки в Ростове, Владикавказе, городах Кавминвод, где сбывали свои изделия лучшие мастера, стали заполняться привозными из России фабричными штампованными подделками, украшенными надписью «Кавказъ». Рассчитанные на отдыхающих, далекие от традиций и низкие по качеству вещи, составили, благодаря своей дешевизне, серьезную конкуренцию великолепным, но дорогим изделиям настоящих художников-горцев. Последние, оказавшись на грани выживания, были вынуждены уступать в цене, уступая в качестве. Не менее трагичными были первые десятилетия советской власти – запрет на ношение оружия, переход от национальной одежды к европейскому костюму, деятельность Торгсина по конфискации и вывозу шашек, кинжалов и т.п. сделали ювелирные изделия семейными реликвиями и музейными экспонатами.В современном ювелирном искусстве Осетии выделяются работы фирмы «Гуриати» (А.Л. Гуриев). Это собственные художественные находки, реплики изделий Фаберже и Болина. Высококачественные эмали гильоше, великолепная техника обработки камня и художественного литья принесли фирме заслуженную славу на российском ювелирном Олимпе.Литература:Маргграф О.В. Очерки кустарных промыслов Серного Кавказа. М., 1882.Габуева О.А. Из истории ювелирного промысла Северной Осетии во вт. пол. XIX – нач. XX вв. // Вопросы осетинской археологии и этнографии. Вып. 2. Орджоникидзе, 1982.Аствацатурян Э.Г. Оружие народов Кавказа. История оружия. М. – Нальчик, 1995.А.А. Цуциевпри использовании материалов сайта, гиперссылка обязательна http://iratta.com/materials/novaya/2356-istoricheskiy-ocherk-1.html Осетия была окончательно завоевана царизмом в конце первой половины XIX века. С целью закрепления царского владычества в Осетии, великодержавные и националистические историки создали легенду о ее, якобы, «добровольном» присоединении к царской России потому, что Осетия, якобы, угрожали «звери» кабардинцы, что русские феодалы явились избавителями Осетии от кабардинского игра. Историческая правда говорит совершенно другое: в борьбе против царизма кабардинский и осетинский народы помогали друг другу. Завоевание Осетии Россией не принесло ей избавления от чужого ига, а, наоборот, установило его, в виде господства русских помещиков и царской бюрократии. Новая история 00mN1ck Mon, 21 Jan 2008 14:57:18 +0300 «Царская Россия была очагом всякого рода гнета – и капиталистического, и колониального, и военного, - взятого в его, наиболее бесчеловечной и варварской форме»…«Царизм был средоточием наиболее отрицательных сторон империализма, возведенных в квадрат». Иосиф СталинЦарскую Россию Ленин называл «тюрьмой народов». В ней свыше половины населения составляли угнетенные национальности. В царской России трудящиеся жили в тяжелых условиях, беспощадно эксплуатировались, но особенно трудной была жизнь нерусских национальностей.Осетинский народ является одним из тех небольших народов нашей необъятной Великой Родины, которые были возрождены Великой Октябрьской революцией. Октябрьская революция разбила «тюрьму народов», уничтожила национальный гнет и открыла ранее угнетенным, бесправным народам широкий и светлый путь политического, хозяйственного и культурного возрождения.Осетия была окончательно завоевана царизмом в конце первой половины XIX века. С целью закрепления царского владычества в Осетии, великодержавные и националистические историки создали легенду о ее, якобы, «добровольном» присоединении к царской России потому, что Осетия, якобы, угрожали «звери» кабардинцы, что русские феодалы явились избавителями Осетии от кабардинского игра. Историческая правда говорит совершенно другое: в борьбе против царизма кабардинский и осетинский народы помогали друг другу. Завоевание Осетии Россией не принесло ей избавления от чужого ига, а, наоборот, установило его, в виде господства русских помещиков и царской бюрократии.Тов. Сталин указывает, что царизм «намеренно культивировал на окраинах патриархально-феодальный гнет для того, чтобы держать массы в рабстве и невежестве. Царизм намеренно заселил лучшие уголки окраин колонизаторскими элементами для того, чтобы оттеснить туземцев в худшие районы и усилить национальную рознь. Царизм стеснял, а иногда просто упразднял местную школу, театр, просветительные учреждения для того, чтобы держать массы в темноте. Царизм пресекал всякую инициативу лучших людей местного населения. Наконец, царизм убивал всякую активность народных масс окраин». (Сталин, «Марксизм и национально-колониальный вопрос», стр. 61. Москва, 1934г.)Мотивы легенды о добровольном присоединении Осетии совершенно ясны. Царизм действовал по принципу древних римских рабовладельцев – divide et impera – разделяй и властвуй. Кстати сказать, это принцип всех эксплуататоров в их завоевании чужих земель и угнетении трудящихся. Царизм старался вбить клин между народами Кавказа, старался раздуть вражду между ними с целью ослабления и подчинения тех и других. Царский сатрап кн. Потемкин открыто придерживался политики: «поддерживать между горцами постоянные распри, - писал он, - помогая слабым, не давать усиливаться тем, которые могли быть для нас опасными». В инструкции, данной генералу Де-Медем в 1771 году, Екатерина II писала: «Распри между горцами облегчат наше предприятие, на это денег не жалеть».В 1807 году наместник Кавказа генералу Гудович, направляя против чеченцев военную экспедицию во главе с генералом Булгаковым, предлагал последнему взять в экспедицию кабардинцев, мотивируя это следующим: «Главная цель моего предложения пригласить также и кабардинцев в сию экспедицию единственна та, дабы сии два народа поссорить между собой и привести их в совершенную вражду, на тот конец, что продолжившиеся между ними раздоры могли бы их совсем ослабить и следовательно со временем сделать их более покорными, не употребляя явно против них силы нашей. (Акты Кав. Арх. Ком., том III).Нечего и говорить, что легенда о «добровольном» присоединении Осетии к царской России является сплошной выдумкой и клеветой на осетинский народ. Осетинский народ весьма упорно отстаивал свою национальную независимость. Каждый шаг территории Осетии царским войскам приходилось брать с бою.История царской России – это непрерывное расширение территории крепостнической эксплуатации, захват земель малых народов и их порабощение.К богатейшим кавказским землям русские феодалы и купцы давно протягивали свои грязные лапы. Еще в XVI веке, после создания русского централизованного феодального государства при первых русских царях, делаются попытки захвата некоторых областей Северного Кавказа. После завоевания Казани в 1552 году и Астрахани в 1556 году, царизм ставит целью захватить побережье Каспийского моря. В 1567 году по приказу Ивана Грозного в устье Терека была заложена крепость Терки. Последняя должна была служить опорой кавказских народов. В 1559 году делает попытку завоевания Крыма. В конце XVI и начале XVII веков организуется два похода для захвата Дагестана, но они оказались неудачными. Таким образом, первое нападение русских феодалов было отбито. Только при Петре I в первой четверти XVIII века снова начинается наступление на кавказские народы. В это время русское феодальное государство стало империей. Петр выдвинул и частично осуществил широкую завоевательную программу. Он поставил цель прежде всего укрепиться на берегах морей — Балтийском, Каспийском, Азовском и Черном. Ему удалось «прорубить окно в Европу» — захватить часть берегов Балтийского моря, а также он захватил все западное побережье Каспийского моря. Последующие русские цари методически, шаг за шагом выполняли петровскую программу. Правда, при русской царице Анне Ивановне от петровских завоеваний по Каспийскому побережью пришлось отказаться. По договору в Реште (1732 г.) и Гандже (1735 г.) устья Терека вновь стали границей вла­дений России. Но при той же Анне Ивановне сде­лан был первый шаг к захвату Кабарды. Последняя считалась вассальным владением Турции. После I русско-турецкой войны в 1735—39 годах был за­ключен Белградский мирный договор в 1739 году. По этому договору Кабарда считалась независимой от Турции и от России, признавалась барьером меж­ду обеими империями. Независимость Кабарды от Турции означала начало ее зависимости от России.Военная тактика царизма в завоевании Кавказа была несложная. Создавалась система укрепленных пунктов, так называемых, кордонных линий, и, опи­раясь на них, царизм оттеснял горцев с плоскости, прижимал их к подошве Кавказского хребта, а за­тем загонял в горы. Тов. Сталин указывает, что зем­ли горского населения «служили до последнего времени объектом колонизации со стороны русских переселенцев, успевших уже перехватить у них лучшие пахотные участки и систематически выте­сняющих их в бесплодные пустыни. Политика ца­ризма, политика помещиков и буржуазии состояла в том, чтобы насадить в этих районах побольше кулацких элементов из русских крестьян и казаков, превратив этих последних в надежную опору вели­кодержавных стремлений». (Сталин, там же, стр. 71).В конце 30 годов XVIII века была создана Кизлярская кордонная линия. В 1736 году был заложен Кизляр, в том же году — станица Бороздинская, в 1735 —станица Карталинская. Опорным пунктом царизма в этом районе был город Кизляр, который входил в Астраханскую губернию и подчинялся астраханскому губернатору.После Белградского договора, признавая Кабарду за барьер между Российской и Турецкой империями, царизм старался захватить, прежде всего, осетинские земли. В завоевании Кавказа Осетия имела для царизма большое стратегическое значе­ние, ибо она расположена на главном пути, связы­вающим Закавказье с Северным Кавказом, кото­рый ныне называется Военно-Грузинской дорогой. Этот путь был известен еще в глубокой древно­сти. Он был воротами из Малой Азии в восточную Европу. По нему проходили военные экспедиции, торговые караваны, толпы переселенцев. Нужно еще отметить, что Осетия расположена в самом сердце — центре Кавказских гор, это имело также большое значение для царизма. Завоевывая ее, царская Россия не только становилась прочной но­гой на пути соединяющим Кавказ и Закавказье, но и раскалывала горские народы на 2 части, не допуская их объединения в борьбе против царизма. Маркс так характеризует значение Военно-Грузин­ской дороги: «Кавказские горы отделяют южную Россию от роскошных провинций Грузии, Мингрелии, Имеретии и Гурии, отторгнутых московитянами от мусульман. Этим ноги гигантской империи отрезаны от туловища. Единственная военная до­рога, заслуживающая это название, вьется от Моз­дока к Тифлису через узкое Дарьяльское ущелье: она защищена непрерывной цепью укреплений и подвергается с обеих сторон беспрестанным нападениям враждебных кавказских племен». (Соч. Маркса и Энгельса, том IX, стр. 533).Нужно также отметить, что не только стратеги­ческое значение Осетии было причиной ее завоевания, и в экономическом отношении она была ла­комым куском для царизма. Горные, лесные и зе­мельные богатства Осетии также были предметом давних вожделений русских феодалов и промыш­ленников.В завоевании Осетии царизм применял старинную тактику, «испытанную» всеми завоевателями чужих народов. Обычно в начале посылается поп с кре­стом, затем купец с рублем и, наконец, солдат с ружьем. Прежде всего царизм делает попытку христианизации осетинского населения. Вскоре после заключения Белградского мирного договора, в 1745 году была создана комиссия во главе с архи­мандритом Пахомием для распространения христи­анства в Осетии. В 1747 году около Кизлярской крепости было создано первое осетинское подворье. Руководство миссионерской деятельно­стью находилось в руках царских военных властей, а именно: кизлярского коменданта и астраханского губернатора. Это говорит об истинной цели мисси­онерской деятельности русских попов. Она была лишь прикрытием завоевательных планов царизма. Из-под поповской рясы ясно вырисовывалась зве­риная морда завоевателя. В донесении коллегии иностранных дел синоду говорится: «Распоряжение поселенцев и проповедь в Осетии один и тот же вид имеет, чтоб тамошние народы привесть в по­знание христианства и приобресть некоторых из них в здешнюю сторону я, следовательно, оба дела так между собой соединены, что совокупно об них и пещись надлежит». (См. Кокиев Г. «Материалы по истории Осетии»).Ввиду того, что осетины никак не хотели быть христианами, русские попы в широкой мере применяли подкуп верхушки населения, а также ста­рались соблазнить осетинские низы некоторыми ма­териальными выгодами. Обращенные в христианство получали холст на рубашки, ножницы, иголки, гребни, а иногда и несколько рублей денег. Осети­ны, крестившиеся в Кизляре, получали по 20 руб­лей. «Кои будут креститься в Кизляре,—говорится в одном историческом документе, — давать ив 20 рублей, а кои в Осетии, — тем по их (духовен­ства) рассмотрению». (См. там же).25 мая 1771 года комендант Кизлярской крепо­сти Паркер писал астраханскому губернатору Бекетову: «В Ингушах, Куртатах и в Нарах с при­надлежащими к ним местами тамошние жители почти все желание объявили принять святое кре­щение и быть желают христианами, из коих не мало число и крещено, да и теперь бы крещение производилось, только за недостатком холста пере­стало». Этот документ говорит о том, что все дело христианизации осетинского населения, очевидно, держалось на раздаче холста. Некоторые «любители» христианства крестились по нескольку раз, лишь бы получить лишнюю рубашку и 1—2 рубля. Все же, несмотря на ухищрения царизма, дело христиа­низации осетинского населения продвигалось сла­бо. Если в 1747 году было крещено 40 человек, то в 1749 году только 2 человека. По сведениям ду­ховного ведомства всего было крещено горцев по преимуществу осетин, ингушей: в 1745 году — 320 человек, в 1746 году — 359 человек, 1747 году — 155 человек, в 1748 году — 132 человека, в 1749 году (по 20 сентября)—53 человека.Неудачу распространения христианства в Осетии между осетинским населением глава миссионерской комиссии архимандрит Пахомий объяснял тем, что: «оный народ, вольный и грубый стал быть и к крещению не склонен». (См. Гардавов Б. «Завоевание Осетии» (рукопись).Ярким фактом, характеризующим отношение осетин к христианству, является разрушение ими в 1769 году первого православного монастыря, по­строенного около выхода из Куртатинского ущелья.Данные о количестве крестившихся горцев явля­ются опровержением великодержавной и националистической теории, о «добровольном» присоеди­нении Осетии к царской России и о том. что пра­вославные попы играли культуртрегерскую роль в Осетии.В распространении христианства, а, следователь­но, и в подготовке завоевания Осетии, царизм на­ходил верных помощников в верхушке осетинского населения. К этому времени в Осетии уже суще­ствовали классы. Широкие массы населения нахо­дились в подчинении родовой и феодальной вер­хушки. Это был период формирования феодальных отношений. Феодально-родовая верхушка была со­юзником царизма в завоевании осетинских земель и в закабалении осетинского народа. Осетинские и русские помещики выступали единым фронтом про­тив трудящихся Осетии и России.В одном историческом документе, характеризую­щим деятельность миссионерской комиссии, говорится: «а в тех их архимандрита Пахомия с бра­тию доношениям пред'является, первое, что помя­нутого осетинского, тагоурского народа старшины 4 человека в 1755 году в марте месяце, при нем, архимандрите Пахомии, приезжали в Кизлярскую крепость и тамошнему коменданту подали на вы­сочайшее Его Императорского Величества имя про­шение о том, что они желают быть под протек­цией Е. И. В. и выселиться из гор в степи на удоб­ное место... А он, архимандрит Пахомий, с бра­тией при том со своей стороны представляет, что такое их, осетинцов, намерение к распространению православия весьма способно, ибо, когда они из гор выселятся, и будут жить обще, то вскоре их, окрестить и в том утвердить можно, а потом их. и ближе к России переселять будет легче, а коман­диром бы определить к ним, находящегося в Киз­ляре генерала майора князь Эль-Мурзы Черкас­ского сына, Девлет-Гирея Черкасского». Архиман­дриту Пахомию удалось снарядить в Петербург посольство, состоящее из осетинских феодалов для переговоров о переходе осетинской феодально-родовой верхушки под покровительство царской России. О том, что в составе посольства были представители эксплуататорской верхушки населе­ния говорят такие факты: «Зураб Егорович Эльканов (член посольства) «послушных» (зависимых); имел 3 тыс. человек. Елисей Лукич Хатагов «пос­лушных» имел до 2 тыс. человек. Мурза Курат имел также 1500 человек «послушных». (Гарданов Б., там же).В прошении осетинских старшин кизлярскому коменданту Потапову от 10 марта 1766 года говорится, что они, старшины, христианское учение «с великой радостью приняли» и что несколько «старшин и подбой народ наш святым крещением просветились». Как видим, феодально-родовая вер­хушка не только сама принимала христианство, но принуждала это делать своих рабов и крепост­ных—«подлый народ». «Царское правительство щедро награждало своих верных помощников. Старшинам раздавались земли, деньги, чины, ор­дена. Алдар Курман Кубатиев, крестившийся в Херсоне в 1781 году, был произведен после кре­щения в секунд-майоры, его восприемницей была сама Екатерина II. Айтек Туганов и Петр Цаликов за переход в христианство были произведены в капитаны; Соломон Гуриев и Кайтук Дударов —- в поручики.Верхушка осетинского населения отдавала своих детей в русские церковные школы, где подготовля­лись новые кадры попов, дьяконов и т. п. тунеяд­цев.Перед первой турецкой войной, при Екатерине II, царизм делает новый шаг для завоевания Осетии и установления связи с Закавказьем. В 1763 году был заложен город Моздок, который вскоре становится центром колонизаторской деятельности царизма. В 1764 году в Моздоке была создана церковная школа, в которой обучались только старшинские дети. Местное начальство должно было выяснить «подлинно ли они старшинские дети и подлинно ли их отцы знатные в своих местах. Много ли у себя имеют подвластных народов или собственных кре­стьян». (См. Скитский, Б. В. «Роль православия в колониальной политике царизма»).Горцев (по преимуществу осетин и ингушей), при­нявших христианство, царское правительство при­зывало переселиться в район города Моздока, что­бы создать заслон против Кабарды, подготовить ее захват. Но сколько-нибудь заметных результатов эти попытки не дали. Горцы не желали доброволь­но креститься и быть орудием в руках царизма. Царские власти надеялись, что «осетины, будучи в горах стеснены, во всем недостаточны и от сосед­ства своего напаствуемы, будут переходить множе­ством на Моздок по недальнему расстоянию». Но вынуждены были признать «сего однако же вопре­ки самого верного ожидания не воспоследовало».Попы и монахи не только распространяли хри­стианство в Осетии, отупляли народ религиозным дурманом, но и были разведчиками и шпионами царского правительства. Они доносили последнему с внутреннем состоянии Осетии, о ее естественных горно-рудных богатствах. В результате этих доно­сов в Осетию была снаряжена в 1768 году геолого­разведочная экспедиция под руководством «рудознаца» (специалиста по горному делу) Степана Вонявина. Перед экспедицией также были поставлены и шпионские цели. Вонявин должен был выяснить характер кабардино-осетинских отношений, взаимо­отношений между самими осетинами и возможность переселения горцев в район города Моздока и т. п.Вонявин писал: «Между приискиваниями же мною показанных металлов, уведомился я от осетинцов, которые довольно из'являли свое желание, что они давно желают, по склонности своей к хри­стианскому закону, быть под протекциею россий­ского двора, и чтоб оных вывесть на степь под­ле осетинских Кавказских гор Малой Кабарды. И их осетинцов числом будет около 10 тыс. человек И притом никому не зависящих».Вонявин открыл серебряные, свинцовые руды, нефть, составил карту местности и даже выдвинул проект постройки 2 «плавильных» заводов на бере­гах рек Фиаг-Дона и Ардона. Для обеспечения ра­бочей силой этих заводов он предлагал переселить в район расположения заводов ингушей и осетин. Проект Вонявииа был принят к сведению, но его осуществление было отложено до «щастливой» войны с Турцией, ибо турецкое влияние на Север­ном Кавказе еще не было сломлено и царское пра­вительство опасалось протеста Турции.В разведывании рудных месторождений указан­ной экспедиции осетинские старшины ей деятельно помогали.В 1771 году была направлена вторая геолого­разведочная экспедиция, которая обследовала Куртатинское и Алагирское ущелья. Все эти факты го­ворят, что царское правительство, ставя целью завоевание Осетии, преследовало не только стра­тегические, но и экономические, интересы.Великодержавные и националистические историки всячески старались замазать экономическую заинтересованность в завоевании Осетии с целью затушевывания и закрепления колониального гнета ее трудящихся масс царизмом.Переломным моментом в завоевании Осетии и Северного Кавказа была турецкая война в 1768-74 годах. По Кучук-Кайнарджийскому договору 1774 года, которым заканчивается эта война, Большая и Малая Кабарда были присоединены к царской России. Белградский мирный договор был аннулирован, это давало возможность царизму открыто приступить к завоеванию Осетии.Теперь царские власти считали Осетию несвободной, не назависимой, как раньше, а вассальной по отношению к Кабарде и поэтому-же она вместе с последней стала владением царской России. Астраханский губернатор Петр Кречетников писал Екатерине II: «По заключению славнаго нынешнего мира Большая и Малая Кабарды осталися в точном подданстве Вашего И.В. А как последняя из них осетинский народ, у коих те руды найдены, почитают своими подвластными, то и оный с ней соединенный надлежит к здешней стороне». (См. Кокиев Г. указ. работу).Но одно дело на бумаге признать Осетию принадлежащей России, а другое осуществить это в жизни. Прошло еще больше половины века, прежде чем царизму удалось окончательно сломать сопротивление осетинского народа и превратить его в объект феодальной эксплуатации.За годы, прошедшие со времени заключения Бел­градского мирного договора до Кучук-Кайнарджийского мира, царизм провел подготовку к захвату Осетии. Лазутчики в рясах узнали внутреннюю жизнь народа. Был установлен контакт с феодально-родовой верхушкой, была продолжена до Моздока кордонная линия по Тереку. Карты «рудознаца» Вонявина имели не только экономическое, но и воен­ное значение, ибо царское правительство использо­вало их для посылки военных экспедиций в Осетию.После заключения Кучук-Кайнарджийского мир­ного договора кордонная линия была- продолжена дальше, до реки Кубани. В 1777 году были зало­жены—Георгиевск, Екатериноград, Ставрополь. Та­ким образом, с севера была создана сплошная ли­ния укреплений по линии рек Терека и Кубани.Став прочной ногой на Кубани, царизм имел воз­можность усилить свое наступление на кавказские народы. Недаром бессмертный поэт осетинского на­рода Коста Хетагуров в своем знаменитом произве­дении «Плачущая скала» писал:Везде гнетущую тревогу Вселяла весть о том, что враг Поставил за Кубанью ногу И силится пробить дорогу К Дариалу в девственных лесах.Разгром турок в 1768—1774 годах создал пред­посылки для присоединения Грузии. В 1783 году по договору в Георгиевске Грузия признала над собой протекторат царской России. В следующем 1784 го­ду, с целью закрепления связи с Закавказьем и под­готовки к завоеванию всего Кавказа, был сооружен по течению реки Терека ряд крепостей: Григориополис, Кумбелей, Потемкинское и при входе в Дарьяльское ущелье — Владикавказ. Но, как известно, Грузия была окончательно присоединена только в 1801 году.После присоединения к России Грузия преврати­лась в царскую провинцию. В нее были введены царские войска.В суды, административные учреждения были по­сажены царские чиновники. Царское правительство стало проводить подлую руссификаторскую по­литику. В учреждениях работа велась на русском языке. Но нужно отметить,—присоединение к России для Грузии было «наименьшим злом», ибо стра­не угрожало полное разорение и падение ее древ­ней культуры от набегов иранских и турецких феодалов. Присоединение Грузии давало возмож­ность царизму усилить наступление на другие горские народы и против Ирана и Турции. Дей­ствительно, в начале XIX века была захвачена западная часть Каспийского моря. Границей с Ира­ном, по Гюлистанскому мирному договору в 1813 году, стала река Араке и город Астара. Завое­вание Грузии требовало укрепления связи Закав­казья с Северным Кавказом и с Россией, обес­печения сообщения по Дарьяльскому ущелью, а для этого нужно было подчинить народы, живущие по обеим сторонам этого пути. По выражению Маркса, как мы уже говорили, надо было обеспечить связь ног царской империи с туловищем. В 1803 году на­чалась постройка Военно-Грузинской дороги. Это было первым шагом к решительному наступлению царизма на Осетию.Монархист Чудинов — автор статьи «Окончатель­ное покорение осетин» пишет: «В течение 30 лет со дня бесповоротного утверждения нашего влады­чества на Кавказе (26 ноября 1799 г.) осетины хотя и считались нам подвластными, но не только не могли назваться нашими подданными, так как большинство из них не было обязано присягою, а даже и покорными в тесном смысле этого слова».Для завоевания Осетии посылаются военные эк­спедиции одна за другой. Посылка этих экспедиций оправдывалась «озорничеством» горцев, что пос­ледние, якобы, являются прирожденными грабите­лями и что царизм, разгромом аулов и истреблением ни в чем неповинного населения, вводит в горские общества «порядок», начала «государственности». Например, генерал Лазарев в 1801 году доносил первому наместнику Кавказа Кноррингу: «Осетины, подвластные разным грузинским князьям, делают всякое озорничество, как-то: увозят людей, грабят и совсем не повинуются господам своим, от кото­рых несколько раз доходили до меня жалобы... не благоугодно ли будет позволить их усмирить ору­жием победоносного войска Е. И. В. и наказать оных за все преступления ими содеянные». В 1802 году Кнорринг дал приказ о завоевании Осетии. Во главе отряда был поставлен полковник Симонович. В борьбе с царизмом между осетинскими обществами не было единства. Царские войска громили их одно за другим. Коста Хетагуров в указанном произведении писал так:«Тревожней становились вести,— Пощады побежденным нет, К защите родины и чести Решит ли приступить совет. Двенадцать стариков почетных Уже рядят двенадцать дней. Как встретить коршунов залетных, Незванных потчевать гостей. И лишь с тринадцатым заходом Едва, едва могли решить, Что лучше умереть народом Свободным, чем кровавым потом Рабами деспоту служить».В Кешельтском ущелье у верховьев реки Паца жители этого ущелья дали первый крупный бой отряду Симоновича. В течение четырехдневного непрерывного боя они мужественно сопротивлялись царским войскам. В феврале того же года были разбиты осетины, жившие по ущельям рек Арагвы и Малой Лиахвы. Побежденные вынуждены были дать присягу на верность царскому правительству и дать аманатов (заложников). В разгромленной Южной Осетии стали насаждаться царские учреждения, в которые, наряду с русскими феодалами, входили предатели своего народа— осетинские старшины. Одновременно с этими событиями происходила борьба и в Северной Осетии, в частности в Тагаурском ущельи, по которому проходит Военно-Грузин­ская дорога. Сюда был направлен отряд войск, во главе которого стоял сам Кнорринг. Против царских войск вместе с осетинами сражались ингуши, че­ченцы, лезгины и другие горцы. В июне 1802 года тагаурцы, уступая противнику в вооружении, в осо­бенности не имея артиллерии, были разбиты при деревне Ахматово. Последняя была сожжена артил­лерийским огнем до тла.Побежденные вынуждены были дать обещание прекратить борьбу. Но это поражение не означало, что сопротивление народа было сломлено. В 1804 году вся Осетия вновь поднялась против царизма. Борьбой против осетин руководил князь Цицианов, печально прославившийся на Кавказе своей гнусной жестокостью.Для характеристики Цицианова достаточно приве­сти такой факт. Одному феодалу Закавказья Эллисуйскому султану он так писал по поводу неуплаты им дани шелком: «Бесстыдный и с персидской ду­шою султан и ты еще смеешь ко мне писать... В тебе собачья душа и ослиный ум..., а я доколе ты не бу­дешь верным данником великого моего государя императора, дотоле буду желать твоею кровью мои сапоги вымыть». Цицианов дал приказ: «карать, колоть осетин без пощады, сжечь все их жилища и затем привести к присяге». Князь Цицианов, как и все царские сатрапы, держался принципа: «у кого есть штыки, тому деньги платить не следует», т. е. царские власти не будут вступать ни в какие сог­лашения с горцами. Он писал тагаурцам: «Клянусь богом, в которого верую, что камня на камне у вас не оставлю и не генерала пришлю, а сам приду с войском» (См. Акты Кавказ, археог. ком., т. II). Движение в Тагаурском ущельи было по­давлено Цициановым варварскими мерами. Руково­дители выступления были арестованы, остальным было объявлено «прощение», которое, как доносил он царю от 29 ноября 1804 года, «тем справедли­вее, что оны горные жители ни мало не разнятся со скотами, в чем я лично убедился, говоря с ними».В 1804 г. поднялась и Кабарда против царизма. Князь Цицианов послал кабардинцам письмо, полное диких, каннибальских угроз.«Кровь во мне кипит, как в котле,—писал Цициа­нов,—и члены все мои трясутся от жадности напоить земли ваши кровию преслушников; я слово мое держать сумею и не обещаю того, чего не могу поддержать кровию моею; но еще предлагаю вам: опомнитесь по получении сего моего повеления, со­беритесь, выберите судей по обычаю и будьте по­корны. Буде же нет, то не уговаривания, по преж­нему или переговоров ждите..., ждите говорю я вам, по моему правилу штыков, ядер и пролития вашей крови реками; не мутная вода потечет в реках про­текающих ваши земли, а красная, ваших семейств кровию выкрашенная». (См. Акты, т. II).Письмо кн. Цицианова характеризует царских сатрапов на Кавказе, их методы «управления» краем и царскую колониальную политику вообще. В борьбе с горцами царизм действовал штыками, ядрами. Действительно, не мутная вода текла в кавказских реках, а красная, кровью горцев выкрашенная.В этом же году была попытка завоевать Дигорию. «Решено было занять суровую горную страну,—пи­шет историк войны на Кавказе Потто,—известную под именем Дигории», куда был направлен отряд ге­нерала Дегтярева. Но отряд потерпел поражение, ибо на помощь дигорцам прибыли большие толпы ка­бардинцев. Это лучшее доказательство вздорности великодержавной и националистической теории о том, что кабардинский народ, якобы, был историче­ским врагом осетинского народа.Верный пес царизма Цицианов был убит в 1806 году около Баку. Его заместил генерал Гудович. Осетины продолжали борьбу против царизма. Гене­рал Гудович писал тагаурцам: «Противу войск цар­ских ничего вы не значите и будете от них истреб­лены, если только я слово скажу, от чего теперь удерживаюсь, надеюсь, что вы опамятуетесь и оста­вите все шалости». Угроза оказалась пустой. Гудо­вич не смог ее осуществить. Царские власти даже вынуждены были пойти на уступки. В 1809 году с тагаурцами был заключен компромисный договор, по которому: «Купцы, проезжающие по Военно-Грузинской дороге с товарами и без товаров пла­тили тагаурцам по 10 руб. с человека.С крестьян «грузинской и армянской наций» тагаурцы брали «вполовину против прежнего постановления, т. е. с конного 35, а с пешего 20 коп. серебром».Тагаурцы имели право приезжать в Моздок за товарами, но не имели права требовать для себя охраны.Для всех тагаурцев, а в Джерахах фамилии Цуро­вых, царские власти обязались отпускать в Моздоке соли до 1000 пудов в год, по 40 коп. за пуд.Тагаурцы должны были дать аманатов от 10 вид­ных фамилий.За пленных и беглых тагаурцы получали «смотря по человеку, но не более 40 рублей серебром» (См. Акты, том. III).В 1802 году происходят крупные восстания в Грузии и в Осетии. Предпринимаются новые военные экспедиции в Осетию. Полковнику Сталю было дано задание: «Двумя колоннами войти во внутрь жилищ хищных осетинцев и силой оружия приве­сти их в должное устройство и совершенную по­корность». Но экспедиция закончилась неудачно. Отряд полковника Сталя понес большие потери и вынужден был вернуться обратно. «Это обстоятель­ство,—отмечает монархист Чудинов,—сильно пошат­нуло зависимость от нас осетин, раздуло их спесь». Не имея силы закрепить свое господство на Воен­но-Грузинской дороге, царские власти ищут другие пути перехода через Кавказский хребет. За изыска­ние этого пути в особенности энергично взялся Ермолов, такой же свирепый завоеватель, как и Цицианов. Он также прославился своими исключительными жестокостями против горцев и своими «ермоловскими» методами завоевания Кавказа. Кавказ­ский хребет с его воинственным населением, по мнению Ермолова, представлял собой гигантскую крепость, которую можно взять только медленной осадой.Ермолов признавал, что только «открытие сво­бодного во всякое время доступа в глубину Осетии и оттуда через Кабарду на Северный Кавказ можно будет обезопасить наше сообщение, обуздать свое­волие осетин и преимущественно кабардинцев и держать их в повиновении». Ермолов выдвигал про­ект сооружения дороги, которую впоследствии на­звали «Военно-Осетинской». Проекту Ермолова не суждено было осуществиться. Все его попытки про­бить новые пути, оказались безуспешными. Осетины в союзе с другими горцами заставили отступить царские войска.В 1816—1831 годах при Ермолове и Паскевиче царизму удалось полностью окружить Кавказ, рас­ширить свои колониальные завоевания по берегам Черного и Каспийского морей. Международная об­становка для колониальных захватов царизма в это время была благоприятной. Франция и Англия были заняты своими внутренними делами. Франция пере­живала революционный кризис (революция 1830 г.), а в Англии нарастало мощное революционное движение, получившее название чартизма. Нуж­но отметить, что на колониальные захваты и внешнию агрессию русских помещиков толкал внутрений кризис крепостного хозяйства, в который вступила крепостная Россия в начале XIX века, и в связи с этим кризисом,—рост крестьянского движения, противоречия внутри страны царское правительство спешило разрешить за счет внешней агрессии. Тако­ва нехитрая политика всех эксплоататорских клас­сов, когда они чувствуют, что почва горит у них под ногами.В 1819 году Ермолов захватил Дагестан, им была проложена новая кордонная линия, получившая наз­вание Сунженской. В 1818 году заложен был город Грозный. По Туркманчайскому миру с Ираном в 1828 году были присоединены Ереван и Нахиче­вань, а по Адрианопольскому миру с Турцией в 1829 году были захвачены Ахалцых, Ахалкалаки, Поти, Анапа. Линия царских войск вокруг Кавказа сомкнулась. Теперь осталось завоевать внутренние области Кавказа. Наступление царизма на внутрен­ние области Кавказа вызывает мощное националь­но-освободительное движение, во главе которого с 1835 года становится знаменитый имам Шамиль. Осетинский народ в этом движении принял самое энергичное участие. В 1830 году восстала вся Юж­ная и Северная Осетия. Учитывая значение Осетии в завоевании Кавказа, царизм прежде всего обру­шился всей силой против нее. Как уже было отмечено, этим царизм преследовал по меньшей мере две цели:а) разгром Осетии давал возможность обеспечить связь Закавказья с Северным Кавказом и с Россией;б) завоевав Осетию, царизм раскалывал горские народы на две части, не давал им возможности сое­диниться.Карл Маркс так писал по этому поводу: «Если бы все Кавказские области объединились под владычеством единого военного вождя, они могли бы представить серьезную опасность даже для сосед­них казачьих областей». (Маркс и Энгельс, том IX, стр. 533). Значение Осетии в завоевании Кав­каза прекрасно понимали царские власти. В ав­густе 1834 года наместник Кавказа барон Розен пи­сал графу Чернышеву: «Один взгляд на карту удо­стоверяет, что земля осетинская во многих отноше­ниях заслуживает особого внимания правительства. Прочное владычество наше в Осетии решительно разрежет хребет гор Кавказских на две части, тог­да, как ныне одна лишь Военно-Грузинская дорога пересекает сообщение между полупокоренными враждебными нам народами». (Акты..., том VIII). Поэтому в 1830 году царизмом предпринимаются решительные меры для завоевания Южной и Север­ной Осетии.Граф Паскевич писал в Петербург: «Меры крото­сти для водворения между осетинами порядка были напрасны: полудикий народ, непонимая слов увеще­вания, надеялся на природную крепость своих жи­лищ в отдаленных и малоприступных ущельях и был уверен, что невозможно проникнуть в его жилища». Монархист Чудинов вынужден был при­знать, что «в то время Осетия представляла для нас страну замкнутую и большею частью неведомую». Следовательно, до 1830 года царизму не удалось не только нанести решительный удар осетинскому народу, но и даже проникнуть во внутрь страны.После окончания войны с турками, Паскевич по­учил генералу Стрекалову немедленно открыть экспедицию против осетин. Было решено направить для завоевания Осетии две военных экспедиций «как для наказания буйных осетинских племен, так и для проведения народа сего к положительной присяге на верноподданство государю императору и внедрения того порядка, который приличен стране, находящейся под великою державой всероссийско­го монарха». В Северную Осетию был направлен отряд под начальством генерала Абхазова, а в Юж­ную Ренненкампфа. Ренненкампфу был дан такой приказ: «кои будут защищаться в своих селениях, обняв со всех сторон истребить, давая пощаду по­коряющимся и забирая в плен с женами и детьми. Жилища же их разорять в пример и страх другим».В завоевании Осетии царизм опирался на местную феодальную и родовую верхушку. «В поход были приглашены,— отмечает Чудинов,—кроме князей, ли­ка, имеющие влияние на местное население, как, например, священники, почетные благонадежные обыватели и пр.».Великодержавные и националистические историки усиленно муссировали легенду о том, что царские власти, якобы, освободили простой народ от ига национальных помещиков, что поэтому простой народ, якобы, был за присоединение к России. Нет ничего лживее этой легенды. В завоевании и эксплуатации колоний вообще, на Кавказе в частности, царизм пользовался поддержкой местной верхушки. Он не только не уничтожил крепостное право, но насаж­дал его. Только народ, широкие массы крестьянства беззаветно боролись за свою родную страну. Феодальная, кулацкая верхушка переходила на сторону царизма, получая за это земли, чины, ордена. Таким образом, против трудящихся нерусских националь­ностей и русских создавался единый классово-враждебный фронт. Даже писатели-монархисты от­мечали, что осетины «считали лучше умереть..., чем покориться». Царским войскам каждый шаг терри­тории Осетии приходилось брать с бою. Каждый выступ был превращен в засаду, каждая скала — в крепость. На наступающие и проходящие царские войска осетины с гор бросали тучи камней. Монар­хист Чудинов дает такую красочную картину боя осетин с царскими войсками: «сбрасываемые с высоты камни величиною до двух с половиной куби­ческих футов катились с ужасною быстротою, пе­рескакивали овражки, увлекали за собой другие камни и, раздробляясь на множество кусков, кру­жась и рекошетируя во всех направлениях, не до­пускали возможности предупредить их удар или отгадать место падения... Случалось, что большие камни разрывали надвое даже лошадей». В донесе­нии гр. Чернышеву Паскевич так описывает борьбу во время осады башни селения Колы в Южной Осетии: «Осетины, бросаясь с неимоверной яро­стью на солдат, хотели открыть себе путь оружием, по были подняты на штыки и только один из них взят в плен, все же оставшиеся в крепости, прене­брегая жизнью, сгорели посреди стен».«Отчаянные головорезы не думали о сдаче,— пи­шет монархист историк,—они пели во всю глотку веселые песни, неустанно бросали камни, издевались над нашими усилиями и видимо предпочитали смерть всякой пощаде».Таково свидетельство монархиста-историка и цар­ских властей о характере борьбы.Нужно отметить, что вместе с осетинами против царизма боролись ингуши и чеченцы.«Главными пособниками осетин были ингуши»— отмечают царские власти.Несмотря на героическое сопротивление осетин­ский народ был побежден. Царские войска превосходили его численностью и вооружением. В победе царских войск огромную роль сыграла артиллерия, против которой осетины были бессильны. Измена верхов была также важнейшей причиной поражения осетинского народа. Например, в разгроме тагаурцев сыграла большую роль измена Темурко Дуда­рова, который информировал Абхазова о располо­жении тагаурцев, об их силах и планах их дей­ствий. К тому же, между осетинскими племенами и селениями не было должного единства. Абхазов и Ренненкампф опустошили Южную и Северную Осетию. Князь Абхазов доносил военному министру графу Чернышеву: жители селения Генал «не согласились сойти с гор: я велел истребить их хлеба и сжечь селения». «Деревни Барзикау, Лац, Хидикус и Ванасих были преданы огню». «Жилища Карсановых в селении Ламардон были преданы ог­ню, башни их взорваны на воздух, стада их отбиты нашими стрелками». «Селение Верхнее Чми было сожжено и уничтожено». Так эпически спо­койно докладывал о своих злодеяниях князь Абха­зов.Старшинам, помогавшим Абхазову душить свой народ, он ходатайствовал перед царским правитель­ством «предоставить им пожизненный пенсион, со­стоящий из 50 рублей в год».В заключение своего доклада Абхазов хвастливо писал: «Правительство имеет все средства к совер­шенному истреблению и покорению сих горцев, ко­торых до сего времени считали непобедимыми».Для обеспечения движения по Военно-Грузин­ской дороге, князь Абхазов предлагает «истребить хлеба и дома» горцев, живущих по ее обеим сторо­нам.Царское правительство, благодарное Абхазову и Ренненкампфу за разгром Осетии, дало им по орде­ну св. Анны. Разгром Осетии был настолько ужа­сен, что упоминаемый монархист Чудинов писал: «за пределами событий 1830 года у осетин нет больше истории».Вот каково было «добровольное» присоединение Осетии.После разгрома Осетии руководители движения Беслан Шанаев, Аза Шанаев, Бата Кануков и другие были казнены. Имущество их было конфиско­вано. 118 человек были наказаны шпицрутенами, имущество их также было конфисковано, пашни вытоптаны. Многие были сосланы в Сибирь, часть жителей была выселена на плоскость около Влади­кавказа. На всех свободных и крепостных крестьян, фарсаглагов и кавдасардов были наложены допол­нительные подати: по одному барану, по 2 курицы и по 8 фунтов сыра со двора.Осетия была разделена на округа, во главе кото­рых были поставлены военные власти, состоящие из русского офицерства и из предателей местной феодальной верхушки. В Тагаурском ущельи помощником пристава был поставлен прапорщик Тулатов, в Куртатинском ущельи — алдар Эльмурза Дударов.Одновременно предпринимаются меры идеологи­ческой обработки населения. Речь идет о распространении христианства, которое по признанию цар­ских властей «находилось в Осетии в самом не­счастном виде». Только с этого времени распрост­ранение христианства подвигается вперед, чего не удавалось сделать путем подкупа, то удалось сде­лать силой оружия.Осетинские феодальные верхи приветствовали разгром своей страны царизмом, лизали окровавленные сапоги царских генералов и попов. Монархист М. Баев в 1869 году писал, что время князя Абхазова для осетин является «эрою новой лучшей жизни», что деятельность Абхазова была настолько «целе­сообразною и благотворною, что при нем они пре­кратили все свои убийства и грабежи и стали вер­ноподданными России, которой они обязаны своим благосостоянием».Несмотря на разгром, осетинский народ снова го­товил новое всеобщее восстание в 1831 году. Царские власти сумели предупредить восстание. Паскевич запретил продажу горцам пороха, свинца и дал приказ князю Абхазову истребить аулы Кобани, где уж началось восстание, а жителей переселить на плоскость. Царские власти и апологеты царизма усиленно раздували легенду о том, что выселение осетин на плоскость было проявлением о них за­боты со стороны царского правительства. В дейст­вительности же это переселение преследовало воен­ные цели.Несмотря на то, что в 1830—1831 годах Осетия была распластана царскими войсками в союзе с осетинскими феодалами, ее горы были усыпаны тру­пами, пашни вытоптаны, многие селения сметены с лица земли, осетинский народ не прекращал борьбы против национального гнета. В движении Шамиля он по-прежнему принял активное участие. В 1836 году вспыхнуло восстание в селении Спи, которое было подавлено карательной экспедицией. Селе­ние Спи было сожжено до тла. Подавлению восстаний в Осетии царизм уделял исключительное внимание, ибо борьба с горцами Дагестана и западного Кавказа еще была не закончена. Мы уже указали на большое значение Осетии для царизма в завое­вании Кавказа. Осенью 1838 года было крупное восстание в Мамисонском, Зарамагском, Нарском, Алагирском ущельях. Против восставших были на­правлены два отряда: со стороны города Гори из Южной Осетии отряд под командованием кап. Ва­сильева и со стороны гор. Владикавказа — отряд полковника Широкова. Насколько восстание было внушительным, говорит количество царских войск, направленных против восставших. В отряде Василь­ева было свыше 800 человек, в отряде Широкова— 1220 человек при двух мортирах.Центром движения было Алагирское ущелье. Вос­стание было подавлено. Алагирцы по донесению ген. Головина военному министру графу Черныше­ву, «никогда не приносившие присяги на вернопод­данство к ней приведены», они обязались отбывать повинности царским властям и вносить подать с каждого семейства в год по одному рублю серебром. В 1840 году снова вспыхнуло восстание в Юж­ной Осетии по ущельям: Мзавскому, Кешельскому, Кошкинскому, Маграндовлетскому и другим. Вос­стание было подавлено полковником Андронниковым. Андронников один за другим разгромил ука­занные ущелья. Решающие бои произошли около сел. Тиб. Восставшие горские племена сопротив­лялись царским войскам в продолжении 11 суток и только 14 сентября 1840 года укрепление Тиба бы­ло взято. Руководитель восстания Бабе Бабесашвили был пойман и казнен.В 1841 году в Южной Осетии вновь вспыхнуло восстание. Отряд князя Эристова, посланный на по­давление восстания, был разбит. После этого про­тив восставших был послан тот же полковник Андронников. Царские войска осадили повстанцев в крепости Багиат-Кари, где они заперлись вместе с семьями. Осажденным предложено было сдаться или выдать хотя бы женщин и детей, на это пов­станцы ответили, что «они давно себя обрекли на смерть и назначили эти башни своей могилой, се­мейства же лучше погибнут вместе с ними, чем достанутся в руки врагов». После этого башни были взорваны на воздух, похоронив под своими обломками сотни женщин и детей, с их мужьями и отцами.В 1849 году было восстание Джавского участка. Симпатии к движению Шамиля широких масс насе­ления в Северной Осетии выразились, в частности, в росте ренегатства среди осетин-христиан, в пере­ходе их в мусульманство. Это было очень важным симптомом. Недаром царские власти немедленно приняли энергичные меры. Князь Барятинский в секретном письме генералу Евдокимову писал: «Под­держание христианства и распространение его со­ставляет для нас на Кавказе не только священный долг, но и весьма важную политическую потреб­ность; непростительно было бы нам оставаться в бездействии и оказывать равнодушие к делу христианства в то время, когда исламизм, подвинутый к деятельности враждебным нам учением мюридизма, приобрел новые силы и старается отторгнуть от нас единоверцев покорных племен». Царские власти применяли насильственные меры к «восстанов­лению» христианства, и в этом деле снова стара­лись опереться на местную верхушку. Начальник Дигорско-Алагирского участка Масловский в своей записке начальнику штаба левого крыла Кавказской линии откровенно пишет об этом: «Присмотр за соблюдением жителями христианских постановлений можно поручить влиятельным по уму и богатству туземцам, которых отличить милостью правитель­ства: чинами, орденами и пр. Например, в Дигории существуют братья Цоковы Заурбек и Огу, Лбе Олисаев и Кайтук Тотиев—бывшие мусульмане-фа­натики, теперь христиане, конечно, приняли они христианство не по убеждению, а по моим грозным намекам, но оказали ту великую пользу, что ув­лекли за собой тысячу человек». Начальник Военно-Осетинского округа Кундухов, будучи сам мусуль­манином «одной из первых обязанностей—по его сло­вам, поставил себе всеми зависящими от него ме­рами восстановить между осетинами христианство». В результате его «деятельности» вернулось «в лоно христианства» 700 ренегатов. В Дигории и Стур-дигории поручик Степанов с тремя попами насильно крестили 1039 человек. Такими мерами царские власти старались укрепить свое господство в Осетии.Все это говорит о том, что в Северной Осетин во время движения Шамиля было резкое недовольство и глухое брожение. Учитывая это, в 1852 году Шамиль намерен был вторгнуться в пределы Влади­кавказского округа, в который входила большая часть Осетии. Летом того же года он с отрядом 2—3 тысяч человек вышел в Галашевское ущелье. Начальник округа майор барон Вревский мобилизо­вал все силы с целью задержать движение горцев. Шамиль вынужден был отступить.В 1854 году Шамиль снова делает попытки под­нять восстание в Северной Осетии, а также и в Кабарде. В эти области им был послан наиб со спе­циальным поручением. Наиб Шамиля появился в Осетии в виде нищего, был во многих обществах. Царский охранник — полковник Иваницкий доносил начальнику Владикавказского военного округа. «Имею честь представить Вашему превосходитель­ству изложенное в прилагаемом при сем послании сведение о прибывании в осетинских обществах по­сланного Шамилем наиба, ныне находящегося еще в Кабарде». По сведениям царских властей наиб Шамиля принял от тагаурцев присягу в верности и содействии Шамилю. Такую же присягу дали дигорцы. Но дело до восстания не дошло.В сущности поражение движения под руковод­ством Шамиля было временем окончательного завоевания Осетии. Осетия превратилась в колонию царского правительства. Но все же и после этот» трудящиеся массы Осетии считали: «Что чем под ясным небосводом Быть небом проклятым народом, Так лучше умереть, не жить»...(Коста Хетагуров).Против горцев выступал не русский народ, а рус­ские помещики и буржуазия — злейшие враги сво­его народа. Лучшие сыны русского народа горячо протестовали против колониальных захватов цариз­ма (Чернышевский, Добролюбов и другие). Тру­дящиеся России также симпатизировали угне­тенным национальностям Кавказа. Протестуя про­тив феодальных порядков в армии и колониаль­ной политики царизма, русские солдаты группами переходили на сторону горцев. Вся артиллерийская прислуга Шамиля, отмечают официальные царские историки, состояла из беглых русских солдат. «На иждивении Шамиля жили все беглые русские сол­даты, счетом до 2 тысяч душ» (Гарданов Б. Указ. работа)Пушкин и Лермонтов, отражая настроение рус­ского народа, написали ряд прекрасных стихотворений, в которых выразили свой протест против коло­ниальной бесчеловечной политики царизма на Кав­казе.В стихотворении «Кавказ» Пушкин сравнивает завоеванные народы Кавказа с Тереком, который бессильно бьется в теснинах гор:"И бьется о берег в вражде бесполезной, И лижет утесы голодной волной, Вотще! Нет ни пищи ему, ни отрады: Теснят его грозно немые громады.Так буйную вольность законы теснят, Так дикое племя пол властью тоскует, Так ныне безмолвный Кавказ негодует, Так чуждые силы его тяготят".Лермонтов называл Кавказ—«Суровый край сво­боды». В своем замечательном произведении «Измаил-бей» он так описывает завоевание Кавказа:"Горят аулы: нет у них защиты,Врагом сыны отечества разбиты,И зарево, как вечный метеор,Играя в облаках, пугает взор,Как хищный зверь, в смиренную обительВрывается штыками победитель;Он убивает старцев и детей,Невинных дев и юных матерейЛаскает он кровавою рукою".ВИКТОРОВ И.Г.СЕВЕРНАЯ ОСЕТИЯ. Политико-экономический очерк Северо-Осетинской АССР.Гос. изд. Северо-Осетинской АССР, Орджоникидзе 1939при использовании материалов сайта, гиперссылка обязательна http://iratta.com/2007/06/18/vladikavkaz.html Переселение осетин на равнину, на русскую границу, началось еще в 60-х гг. XVIII века. Оно стало возможно после установления между Россией и Осетией добрых отношений в результате плодотворной работы первого осетинского посольства 1749 - 1751 годов. Вскоре после этого на границе с Осетией была построена русская крепость Моздок. Вокруг нее рядом с казачьими станицами появились и осетинские селения. В 1764 году в Моздоке открылась первая осетинская школа, которое имела немалое значение для культуры Осетии. Но особое значение в исторической судьбе осетин сыграло основание крепости Владикавказ. Владикавказ, Новая история 00mN1ck Mon, 18 Jun 2007 01:08:30 +0400 Переселение осетин на равнину, на русскую границу, началось еще в 60-х гг. XVIII века. Оно стало возможно после установления между Россией и Осетией добрых отношений в результате плодотворной работы первого осетинского посольства 1749 - 1751 годов. Вскоре после этого на границе с Осетией была построена русская крепость Моздок. Вокруг нее рядом с казачьими станицами появились и осетинские селения. В 1764 году в Моздоке открылась первая осетинская школа, которое имела немалое значение для культуры Осетии. Но особое значение в исторической судьбе осетин сыграло основание крепости Владикавказ.В конце XVIII века Российский императорский дом решил основать между Моздоком и подошвой Главного Кавказского хребта сильное укрепление, призванное запереть вход в Дарьяльское ущелье. В 1784 году при самом входе в горные теснины, возле осетинского селения Дзауг (Дзауджикау), была устроена крепость, которую императрице Екатерине II угодно было именовать громким именем «Владикавказ», которое одни исследователи склонны истолковывать как «Владыко Кавказа», другие – «Владей Кавказом». Непросто складывалась судьба Владикавказа. Через три года после основания крепости последовал приказ об упразднении ее. Однако России необходимо было налаживать связь с Закавказьем, поэтому правительство вновь приступили к восстановлению крепости и строительству укреплений вокруг нее. Владикавказ должен был явить собой своего рода ворота великих трасс, торговых и военно-стратегических, которые проходили через Осетию с незапамятных времен. При выборе места немалое значение имело наличие реки, которая выступала в качестве надежной естественной преграды. Первые детальные описания крепости Владикавказ оставили путешественники, преимущественно военные. Для историков города безусловную ценность представляет каждая характеристика: «Владикавказ – самая важнейшая крепость на всей Кавказской линии; местопребывание генерала, носящего титул коменданта сей крепости и командующего всеми укреплениями… на ней расположенными. Владикавказ стоит на равнине… на правом берегу р. Терек. Огромный форштадт облегает со всех сторон земляную крепость, в которой находятся казенные здания. Населен тремя Кавказскими линейными батальонами. Строения во Владикавказе довольно красивой наружности… При некоторых домах есть сады. Лавок немного, но для нужд жителей достаточно, ибо в оных можно найти все необходимое и даже предметы роскоши». Существующие постройки (солдатские казармы, караульная кордегардия, дом коменданта, полковая канцелярия и даже несколько мелочных лавок) были предназначены для обеспечения жизнедеятельности военной крепости. Что касается его населения, то его первоначально составляли: «Гарнизон, несколько мелочных торговцев и маркитантов для удовлетворения потребностей этого последнего и немногих осетинских семей вне укрепления являются ее единственными жителями».«Осетинское подворье», «Осетинский форштадт». «Владикавказский аул», «Осетинская слободка», - так называли в разные годы осетинское поселение у южных фасов крепости, которое издревле входило в старый крепостной форштадт. В 1814 году для удовлетворения религиозных нужд поселенцев крепости и в целях миссионерских здесь, на холме, возвышающемся над всем Владикавказом, была построена маленькая деревянная церковь, которая в 1823 году была освящена во имя Рождества Пресвятой Богородицы. До постройки других церквей во Владикавказе она одна обслуживала более полстолетия почти все православное население города. К ней принадлежали помимо осетин русские, грузины (до 1898 г.) и греки (до 1904 г.) до образования у последних своих приходов. Поэтому христиане всех национальностей с предпочтительным благоговением и любовью относились к Осетинской церкви, все считали ее своей. В путеводителях того времени она отмечалась «как старинное здание и единственное место, откуда открывается восхитительная панорама как на сам город, так и на его окрестности и величественную цепь гор». Здесь, проповедуя слово Господне на родном языке, служили настоятелями многие известные осетинские священники-просветители: о. Алексей Колиев, о. Михаил Сухиев, о. Алексей Гатуев и др.Владикавказские церкви: Лютеранская кирха, Кафедральный собор, Римско-католический костелКрепость Владикавказ, кроме прямого своего назначения, призвана была стать также оплотом христианства на Кавказе. Чтобы добиться этого, следовало особое внимание уделять просветительской деятельности. Еще в 1835 г. императором Николаем I была выражена «Высочайшая воля об открытии духовных училищ и военных школ при полках и батальонах». Согласно этому, в виде эксперимента, во Владикавказе решили открыть школу для детей от 8 до 12 лет «осетинских владельцев, старшин и некоторых сирот». Это было первое светское учебное заведение, которое было открыто в 1848 г. при Навагинском полку.Целью же духовного училища была подготовка священнослужителей, которые одновременно должны были учительствовать в церковно-приходских школах. Открытие училища состоялось 1 сентября 1836 г. Смотрителем его и учителем осетинского языка и Закона божьего был назначен благочинный ведомства Осетинской духовной комиссии протоиерей Шио Двалишвили, инспектором и учителем русского языка и арифметики – Григорий Мжедлов. Среди первых воспитанников училища были ставшие впоследствии не просто учителями, а принявшие деятельное участие в создании осетинского алфавита и осетинской книги – Василий Цораев, Георгий Кантемиров, Михаил Сухиев, Соломон Жускаев и др. Открытие училища выявило потребность в создании учебников осетинского языка. Решение этой проблемы взяли на себя переводчик коменданта крепости Петр Жукаев и учитель Григорий Мжедлов в тесном сотрудничестве с академиком Российской Императорской академии наук Андреем Шегреном. В результате появились на свет «Полная грамматика осетинского языка на двух наречиях» А. Шегрена, вышедшая в 1848 г., и «Псалтирь», изданный ученым в том же году в Санкт-Петербурге. Тогда же Мжедлов приступил к переводу Евангелия на осетинский язык. Так было положено начало вхождению Владикавказа в российскую науку.В истории Владикавказа оставили заметный след многие выдающиеся люди своего времени. В 1847 году здесь побывал великий русский хирург профессор Санкт-Петербургской медико-хирургической академии Николай Иванович Пирогов. Комендант крепости генерал-лейтенант Нестеров, хорошо зная о живом интересе Пирогова к жизни и быту кавказских народов, собрал у себя небольшое, но весьма интересное общество. Среди гостей были генерал-майор Асланбек Туганов и его младший брат Аслангирей (родные дяди выдающегося осетинского художника Махарбека Туганова), молодой настоятель Осетинской церкви Аксо Колиев и его сподвижники Даниил Чонкадзе и Василий Цораев. Интересен факт, что пятьсот рублей, полученные им за операцию племянницы состоятельных Тугановых, великий хирург распорядился передать А. Колиеву «на нужды народного образования». Внимание со стороны великого хирурга и покровительство его немало способствовали успехам Аксо Колиева в его просветительской деятельности. Совместно с В. Цораевым, М. Сухиевым, А. Аладжиковым и С. Жускаевым он занимался переводом богослужебных книг на осетинский язык. С 1857 г. он являлся деятельным помощником и духовным сподвижником И. Чепиговского – епископа Владикавказского и управляющего осетинскими приходами. Совместно они вели не только миссионерскую работу в отдаленных уголках Осетии, но и работали над составлением учебников и словарей осетинского языка, которые были так необходимы. В 1862 году с разрешения Святого Председательствующего Синода в переводе Аксо Колиева на осетинский язык была издана книга «Последования святого крещения". В том же году на свои более чем скромные средства он открыл в собственном доме одноклассную школу для девочек-осетинок, которые обучались здесь русскому и родному языкам, арифметике, географии, получали навыки рукоделия. В 1866 году она стала уже трехклассной.Краткий визит Н. И. Пирогова во Владикавказ предрешил и определил на десятки лет развитие медицины в горном крае. Цитаделью ее вплоть до начала ХХ века оставался Владикавказский военный госпиталь, в котором укрепились традиции Николая Ивановича. Не случайно именно здесь был изобретен инъекционный шприц с полой иглой и риханотрефин, которым на протяжении десятилетий пользовались хирурги-отологи всего цивилизованного мира. Научно-практические конференции, проводившиеся здесь с 1847 по 1917 год, хирурги госпиталя благоговейно называли Пироговскими чтениями.Долгие годы жизнь крепости, а впоследствии и города, была подчинена сложной военной обстановке на Кавказе. Поэтому рост населения и расширение границ Владикавказа происходили за счет новых военных поселений. Начало последним положил расквартированный здесь к 40-м годам славный Навагинский полк. Кроме того, что при нем в 1848 г. была открыта полковая школа, он первым занялся внешним видом будущего города, благоустроив первые улицы, скверы, бульвары, мосты. Благодаря своим просвещенным устроителям, крепость становилась все более привлекательной для проезжающих через нее. Здесь оставил свой яркий след барон И. А. Вревский в период своего пребывания во Владикавказе сначала в качестве командира Навагинского полка, а позднее – начальника Военно-Осетинского округа. Его деятельность отразилась не только на облике будущего города. Он привнес в в жизнь крепости легкий дух аристократизма. В 1845 г., получив назначение командовать Навагинским полком, купил себе дом на Главной улице. Современники отмечают, что «все приезжавшие в Тифлис и из Тифлиса были гостями Вревского. Тут можно было видеть цвет петербургского военного общества или, лучше сказать, армии. В его окружение на Кавказе входили: А. А. Столыпин-Монго, С. В. Трубецкой, Л. С. Пушкин, Р. И. Дорохов, Н. И. Вольф, Л. В. Россильон, декабристы М. А. Назимов, братья Беляевы, Н. И. Лорнер и М. Ю. Лермонтов».Возглавляя «Комитет по разбору личных и поземельных прав жителей Владикавказского округа (1850 – 1852 гг.), он, кроме всего прочего, он вносил свой вклад и в просвещение горцев. Так, например, на содержание школы для местных жителей в с. Цми (Зарамагского прихода) им было пожертвовано 500 рублей.С именем барона Вревского связано и сооружение Линейной церкви Навагинского полка, освященной 25 сентября 1855 г. во имя св. благоверного князя Александра Невского (Александро-Невская церковь). Александро-Невская церковь возвышалась на Александровской площади, недалеко от места, где Александровская улица (ныне Тимирязевская) пересекала Московскую (ныне Кирова).После смерти Вревского, постигшую его в сорок четыре года, благодарные владикавказцы в память об этом благородном человеке назвали его именем улицу, идущую от Терека к улице Армянской, но позднее она слилась с последней.Во второй половине 50-х гг. XIX века Владикавказ стал стремительно развиваться, с каждым годом привлекая «все большее количество промышленного и торгового люда» и все больше превращаясь из военной крепости в перевалочную базу для торговли центральных районов России с Закавказьем и Персией. Именно это обстоятельство и предрешило дальнейшую судьбу крепости. По указу императора Александра II «находившаяся на Военно-Грузинской дороге из России в Закавказье впереди Главного Кавказского хребта Кавказских гор крепость Владикавказ с прилегающим к ней крепостным форштадтом была обращена в город, а «желающим водвориться в сем городе» лицам были дарованы разные льготы и преимущества.Уже в 1863 году Владикавказ обрел статус областного города. Он стремительно набирал обороты, увеличивалось количество промышленных и торговых предприятий.К 1864 г. основное население города составляли «90 семей купцов I и II гильдии и 159 семейств мещан». Недвижимое имущество их помимо домов составляло: мыльные, свечные, кирпично-черепичные, известковые заводы, а также табачные фабрики. В документе того времени указано: «Отпускная торговля, производимая городом, заключается в железе фабричного изделия, красных товарах, турецком табаке, вин разных сортов, внутренняя же состоит в строевом и нестроевом лесе, местной породе нефти, камне местного добывания, муке, кукурузе, картофеле, птице, мехах, коже и тому подобных хозяйственных необходимостей. Годовая цифра оборотов торговли: отпускной – 600 тыс. рублей и внутренней – 200 тыс. рублей серебром… …Во Владикавказе существуют две ярмарки: 21 мая в день равноапостольных князей царя Константина и матери Елены и 8 ноября в день Архистратига Михаила; базары бывают еженедельно по два – во вторник и субботу».Таково было становление торговых традиций города. Что касается ремесленничества, изделия «умельцев из горцев, седельщиков и серебренников оружейных вещей» славились еще со времен крепости, хотя особые цеха и ремесленная управа сформировались ближе к концу века. В описываемый же период в городе трудилось 20 портных, 6 сапожников, 16 кузнецов, 2 лудильщика, 1 седельщик, 1 стекольщик, 4 часовых дел мастера.В городе был построен и открыт для движения первый железный мост через Терек – Ольгинский. Улица, ведущая от него (ныне ул. И. Плиева), тоже именовалась Ольгинской, а одна из примыкавших к нему улиц стала Михайловской. Так они были названы в честь августейших супругов – Наместника Кавказского Великого Князя Михаила Николаевича и Ольги Федоровны, посетивших в 1862 г. Владикавказ и с тех пор не отказывавших ему в попечительской заботе.Здания старого ВладикавказаК этому времени во Владикавказе был обустроен также бульвар на большой улице. На некоторых улицах имелось шоссе, в городе за счет городских сумм зажигалось 24 фонаря. Водопроводов и фонтанов во Владикавказе еще не было…Бурный рост города, безусловно, был связан с ростом численности его населения. Разнообразие форм деятельности, которое характеризовало Владикавказ, открывало широкие перспективы и привлекало сюда представителей разных национальностей. Здесь жили русские, осетины, армяне, грузины, персы, греки, евреи – горские и европейские, поляки, украинцы, татары, немцы, ассирийцы, тавлины, кумыки, литовцы, латыши, эстонцы, итальянцы и др. Многонациональность Владикавказа нашла отражение прежде всего в его храмовой культуре. Многоконфессиональность снискала ему славу веротерпимого города. Особая заслуга в этом принадлежит первому епископу Владикавказскому, управляющему осетинскими приходами архимандриту Иосифу (Чепиговскому) (1824 – 1890), прозванному в народе Апостолом Осетии. Сорок с лишним лет своей жизни отдал Чепиговский самоотверженной миссионерской и просветительской деятельности на Кавказе. Он изучил осетинский язык.Именно на период служения его приходится бурное развитие книгопечатания на осетинском языке. Так, в 1862 г. в Тифлисе вышел в свет составленный Чепиговским осетинский букварь с параллельным русским переводом. В том же году были изданы «Последования Святого крещения и миропомазания» в переводе Аксо Колиева и «Соборные послания Святых Апостолов Иакова, Петра, Иоанна Богослова и Иуды» в перводе учителя Тифлисской семинарии Василия Цораева. Архимандрит Иосиф и его просвещенное окружение перевели на осетинский язык и подготовили к изданию еще две книги – «Краткую священную историю церкви Божьей Ветхого и Нового Завета» и «Катехизис», увидевшие свет уже во Владикавказе. Первая – в 1881 году, вторая – в 1887.Предметом первейшей заботы преосвященного Иосифа были также храмы Владикавказа. В годы епископского правления его началось строительство нового Кафедрального собора в районе улиц Воронцовская (ныне Бутырина), Стрелковая (Церетели), Мало-Георгиевская (Бородинская) и Подгорная (Ботоева), открылись две православные церкви: Константино-Еленинская и Свято-Троицкого православного братства – на пересечении улиц Московская (ныне Кирова) и Гимназическая (Миллера). Епископ Иосиф проявлял чуткость и внимание не только к тем, кто исповедовал православие. Его заботы распространялись на христианство вообще, уважительным было его отношение к исламу. В 1862 г. были завершены работы по перестройке Армяно-Григорианской церкви из деревянной в каменную, открылись Лютеранская кирха (ныне здание Госфилармонии), Шиитская мечеть (ныне здание Планетария), польский Католический костел.Быстрый рост и развитие города вели к интенсивному градостроительству. Владикавказ становился культурным центром всей области и отчасти всего Северного Кавказа. Менялся не только облик города, менялся и образ жизни горожан. В 1862 г. в городе был открыт первый кабинет для чтения, 16 января 1864 года – первое фотозаведение, а с 1 января 1868 года начала выходить первая газета – «Терские ведомости». В 1868 – 1870 гг. по инициативе Начальника Терской области генерал-адъютанта М. Т. Лорис-Меликова во Владикавказе было построено здание первого театра. 15 апреля 1871 г. «владикавказский театр, столь нетерпеливо ожидаемый публикой, был, наконец, открыт и в этот же день давалось первое представление …». Театр за короткое время завоевал любовь владикавказского зрителя. Он осуществлял постановку произведений Пушкина, Островского, Шиллера и лучших современных российских и зарубежных драматургов. С этим театром связаны имена многих талантливых мастеров русской сцены, среди которых – Орленов, Варламов, Ленский, Сумбатов-Южин. Здесь началась творческая биография гениального режиссера и «великого гражданина страны» Евгения Вахтангова. В спектаклях по произведениям Г. Гауптмана («Праздник мира»), М. Тимковского («Сильные и слабые»), А. Чехова («Дядя Ваня») и К. Гамсуна («У врат царства») впервые проявился его талант как режиссера и актера. До конца дней своих Евгений Вахтангов ощущал себя владикавказцем, помнил об отчем доме и городе, в котором можно было отогреться душой.С этим театром связано имя и великого осетинского поэта Коста Хетагурова. Нередко он являлся не только организатором и участником любительских спектаклей, но и художником-оформителем их.Сцена городского театра явилась колыбелью осетинского профессионального театра. Первый спектакль на осетинском языке по пьесе Д. Кусова «Дети гор» был поставлен именно здесь.Первоначально самой престижной считалась улица Дворянская (впоследствии Лорис-Меликовская, ныне Ленина), на которой предпочитали селиться самые состоятельные чиновники, отставные военные и предприниматели. Однако впоследствии на первый план выдвинулся Александровский проспект (ныне проспект Мира). Протяженностью всего в «1157 шагов», он являлся выразителем всех самых разительных перемен в жизни города. Поныне он остается любимой улицей горожан и гостей столицы республики, лучше других сохранившей первоначальный свой облик. Таким, каким мы его видим сейчас, Александровский проспект предстал перед владикавказцами на стыке XIX – XX веков. Первым украшением его явились верхняя часть парка под названием Монплезир («мое наслаждение») и бульвар, разбитые в начале 40-х гг. XIX века комендантом крепости генерал-лейтенантом П. П. Нестеровым. Последний до 1888 г. носил в его честь название Нестеровского. Нижняя часть парка связана с именем есаула Ерофеева, который в 1897 г. не только посадил деревья и кустарники, но и соорудил фонтан, лодочный вокзал, веранду для оркестра, ледяной каток и горки для катанья. Разросшиеся к тому времени деревья верхней части парка он превратил в великолепные тенистые аллеи, одну из них назвав Аллеей любви, другую – «Стрелки». Сейчас уже нет ни великолепного Велосипедного трека, ни Горских ворот, ни Бай-горы, где так любили отдыхать горожане. Труды Ерофеева владикавказцы ценили очень высоко. По слухам, есаул похоронен в гроте посреди пруда, который, может быть, именно поэтому и значится на почтовых открытках как Ерофеевский.Культурная жизнь города в основном была сосредоточена на Александровском проспекте. Залы Общественного собрания (ныне Дом офицеров) и Коммерческого клуба (ныне Республиканская юношеская библиотека) всегда были переполнены любителями классической музыки. Здесь выступали известные в то время оперные певцы И. Ф. Ирмани и А. Ф. Риензи, выступали артисты Санкт-Петербургской Императорской оперы.Прекрасные узорчатые балконы зданий на Александровском проспекте служили одновременно и концертными площадками. Например, на балконе Коммерческого клуба прекрасными летними вечерами играл оркестр Терского казачьего войска.На Александровском проспекте находились салоны замечательных фотомастеров и фотохудожников прошлого – А. К. Джанаева-Хетагурова, братьев Рудневых, Воюцкого, Алонкина, Рогозинского, Квитона, братьев Хмара, привлекавшие горожан и гостей города не только возможностью сфотографироваться, но и посмотреть выставки фотографии и фотопластических картин.Местом проведения первой художественной выставки тоже стал Александровский проспект. Начало этой традиции положил Коста Хетагуров. В 1887 – 1890 гг. в здании Коммерческого клуба и Межевого управления выставлялись его картины «Святая Нина», «Скорбящий ангел», «На школьной скамье жизни», «Спящая красавица». С открытием в 1902 г. Общества взаимного кредита (угол улицы Евдокимовская и Александровского проспекта), операционный зал его банка одновременно служил и Выставочным залом, где ежегодно устраивались выставки произведений художников, демонстрировались промышленные товары, ювелирные изделия, собрания коллекционеров.Не меньшей притягательной силой обладали библиотеки Владикавказа. На первом этаже дома Гаджиева (угол Александровского проспекта и Базарной улицы, ныне Джанаева), где сейчас находится аптека №1, располагался известный в то время писчебумажный торговый дом «Сегаль и С», а на втором – книжный магазин Ильина, имевший при себе библиотеку и кабинет для чтения с широким выбором различной литературы. В этом же здании, со стороны улицы Базарной, обосновался первый в городе электротеатр «Модерн».В 1895 году, благодаря стараниям и попечению начальницы II женской гимназии Варвары Григорьевны Шредерс и председателя съезда мировых судей дворянина Владислава Доминиковича Шредерса во Владикавказе открылась первая общественная библиотека.Начиная с 1907 г. во Владикавказе, наряду с театральными и концертными афишами стали появляться афиши синематографов «Пате», «Свет Рима» (Риччи) и «Гигант». Первый был основан в 1907 г. французской кинофабрикой «Братья Пате», второй принадлежал итальянцу Франциску Риччи, а третий – первой в России кинофабрике Ханжокова. Такаим образом, владикавказцы, почти одновременно со столичными любителями кино, могли знакомиться с лучшими европейскими и российскими фильмами.Лучшие владикавказские гостиницы были украшены оригинальными коваными воротами. Они имели претенциозные названия («Гранд-Отель», «Париж», «Лондон». «Европа», «Империал») и первоклассные номера. Гостиницы стали популяризаторами горного и междугороднего автомобильного туризма. Особенно преуспевала в этом направлении гостиница «Гранд-Отель», при которой в 1912 г. открылось отделение «Русского географического общества», впервые предпринявшее, кроме экскурсионной деятельности, попытку научного изучения гор, а также организацию сети метеорологических станций. Это вполне было по силам членам общества, в состав которого входили М. П. Преображенская, Б. А. Далгат, Ш. Г. Лоран, Н. Н. Златовратский, Г. В. Баев, Л. Б. Газданов, А. А. Рискин и др.Гостиница «Империал» с прекрасно меблированными номерами и первоклассными автомобилями, для проведения экскурсий по маршруту "Владикавказ – Тифлис", славилась своим рестораном. Он был электрифицирован, располагал ванными, бильярдом, садом-рестораном, собственным симфоническим оркестром. В программе варьете использовались электрическая музыка и цветовые эффекты. Александровский проспект располагал также шикарными торговыми домами «Р. Сегаль и сыновья» и «Киракозов и Оганов», торговой фирмой ювелира Кожоянца, престижными магазинами – Гейтена, Ганжумова, Цирина, братьев Туаевых, мебельными магазинами – Крейчи и братьев Маевских, великолепными кондитерскими Фардзинова и Хасиева. Наибольшего расцвета Владикавказ достиг в годы, когда городским головой был Георгий Васильевич (Гаппо) Баев. Не случайно портрет Гаппо и статья о нем были помещены в юбилейный альбом «Дом Романовых», изданный в 1913 году. Прекрасно образованный человек и хороший администратор, он бережно относился к облику родного города, который быстро рос и облагораживался. Для периода его правления характерен, например, факт, когда в поисках лучшего проекта для городского рынка дошли до известного варшавского архитектора-инженера Гая, который проектировал в свое время рынки Киева и Бесарабии. За консультациями же при строительстве некоторых зданий зачастую обращались к ректору Императорской Академии художеств Леонтию Бенуа, а проекты отдавали на рассмотрение в Императорское Санкт-Петербургское общество архитекторов. О рейтинге Владикавказа тех лет можно судить хотя бы по тому факту, что Гаппо Баев сумел его включить в число восьми городов России, в которых предполагалось открыть университеты. В разгар первой мировой войны Гаппо Баев добивался внесения проблем города Владикавказа и Владикавказского округа в работу Общекавказского военно-промышленного съезда с требованием «…испросить у казны отпуска 250 000 руб. в распоряжение Владикавказского городского управления для развития его промышленности (горнопромышленного и химического общества «Алагир»), дорог, электрического и транспортного оснащения». В отличие от многих городов России Владикавказ вырос в предельно сжатые сроки. Его цельный художественный образ творили известные архитекторы В. О. Грозмани, Богданов, Рябикин, Шмидт, Гутт, Малама, Сурмиевич, Ковалев и др. Очарование уютного южного города, расположившегося на пути в Закавказье привлекало к нему многих знаменитых людей своего времени.Знаменитые гости города: А. Пушкин; И. Айвазовский; Л. Толстой; П. Чайковский; Ф. Шаляпин; Н. ПироговИ сегодня продолжают радовать горожан и гостей города сохранившиеся здания старого Владикавказа. По их внешнему облику можно определить, что в архитектуре Владикавказа конца XIX- начала XX века господствовал стиль модерн, но, к сожалению, особенности внутреннего убранства многих домов старого Владикавказа в основном утрачены. Только редкие сохранившиеся камины, решетки, закрашенные росписи, чудом уцелевшие скульптурные украшения доносят до нас атмосферу ушедшей эпохи. К началу Первой мировой войны к существующим уже православным храмам Владикавказа добавились Апшеронская, Госпитальная, Скорбященская, Вознесенская, Грузинская, Греческая Успенская церкви. Все учебные заведения города тоже имели свои домовые церкви. В целом в городе вместе с часовнями насчитывалось 24 православных храма. В этот период открылась и вторая мечеть – Суннитская, сооруженная на средства известного нефтепромышленника Мухтара Мухтарова по просьбе его тестя полковника Хамби Туганова и преподнесенная им в дар городу. Прекрасное здание мечети с двумя минаретами была построена инженером Богдановым по проекту известного бакинского архитектора Плошко. Мусульмане-сунниты Владикавказа в знак благодарности пожелали назвать его Джума-мечетью Мухтарова и увековечить имя последнего в надписи на мраморной доске.Кроме этого ритуального сооружения на плане городе значились также Еврейская синагога, Старообрядческая часовня и Молоканская молельня.Город стремился иметь все достижения цивилизации. В 1897 г. здесь открылся первый музей – местных древностей. Первое упоминание о нем относится к 1898 г. – в «Терском календаре». Он вошел в число 36 главнейших российских провинциальных музеев. Первыми приобретениями музея явились коллекции руд, гербарии альпийской флоры, фотоснимки различных исторических памятников и достопримечательностей области. Святилище Реком одним из первых стал предметом пристального внимания музейных работников. Была выявлена «настоятельная потребность в принятии скорейших мер для сохранения его. Была составлена опись хранящихся в святилище предметов – серебряных крестиков, бус из золоченого стекла, монет и т. д. и на средства, выделенные Московским археологическим обществом, был изготовлен специальный шкаф, который установили в святилище, поместив в нем все означенные в описи древности.Еще одним ценным приобретением музея стали письма великого русского полководца В. Суворова, который в свое время принял непосредственное участие в укреплении крепости Моздок.Даже в самые тяжкие времена Терский областной музей продолжал свою миссию хранителя культурных ценностей, которые он не только уберег, но и сумел приумножить. На основе коллекции бывшего Горского художественного института в составе музея был образован художественный подотдел. В штате научных сотрудников состояли художник Иван Павлович Щелбыкин и специалист по изящным и прикладным искусствам Николай Васильевич Глоба, которые вместе с местными художниками Блюме, Тавасиевым, Тугановым, Гродовским, Кусовым, Лакисовым, Полетико, а также учеными С. А. Гатуевым и А. П. Семеновым вели работу по созданию, сбору и охране произведений искусства и заложили основы открытой 7 апреля 1939 г. Республиканской картинной галереи (с 1970 года – Художественный музей им. М. С. Туганова).К концу XX века во Владикавказе уже существовало немало учебных заведений (Классическая мужская гимназия, Ольгинская женская гимназия, Первое реальное училище, Духовное мужское училище, Епархиальное женское училище, Ремесленное училище). В конце XIX века была сделана первая попытка присоединить к ним еще одно учебное заведение – уже высшее. Весной 1907 г. Владикавказская городская Дума обсуждала вопрос, имевший важное значение не только для города, но и для Кавказа в целом с его несметными богатствами, - об учреждении в г. Владикавказе политехнического института для подготовки специалистов (инженеров, техников, химиков, строителей), которые помогут извлекать из горных недр все сокрытые там богатства. Первым результатом явилось создание Владикавказского политехнического общества.Большое количество престижных учебных заведений, располагавших высокообразованным преподавательским составом, обусловило в 1900 году избрание Владикавказа местом учреждения второго Кадетского корпуса на Кавказе. На подобный выбор претендовали Екатеринодар, Ставрополь, Кисловодск и Нальчик, но учредители корпуса предпочли Владикавказ, отметив, «кроме подходящего климата», также «высокие нравы», которые «благотворно отразятся на правильном воспитании военного юношества», а «расположение города у самых ворот Кавказа на рубеже Европы и Азии будет весьма поучительно для кадет при сравнении особенностей той и другой культуры, с одной стороны, и возможности весьма полезных горных экскурсий, которые уже начали организовываться во Владикавказе на широких началах, – с другой».В течение всего 1918 года на территории Владикавказа и близлежащих населенных пунктов шла беспрерывная война. Город, который являлся центром Терской области, оказался ареной кровопролитной борьбы враждующих сторон. Ближайшие казачьи станицы и осетинские селения были разорены. Не избежал разрушений и сам Владикавказ. Была подорвана торгово-промышленная база города, сожжены и разграблены товарная станция, торговые склады и серебросвинцовый и химический завод «Алагир» - единственное в то время в России предприятие такого рода. Были разрушены целые городские кварталы, фабрики, почти все кирпичные заводы. Из Владикавказа были вынуждены бежать состоятельные люди. «Предприниматели, заводовладельцы, торговцы, представители интеллигенции, 1000 семейств осетин, совершенно разграбленные, поголовно выселились, эмигрировали лица военного сословия».Наибольшие потери понесли во Владикавказе Атаманский дворец с богатейшей обстановкой и историческими регалиями и имевшее свой войсковой штаб Терское казачье войско, Областное войсковое правление и целый ряд учебно-воспитательных учреждений, административных зданий. Во всех учебных заведениях были уничтожены и разграблены научные кабинеты, коллекции, библиотеки, собиравшиеся в течение многих лет культурные ценности. Город являл собой жалкие руины. Многие строения уже не подлежали восстановлению. Варварски был уничтожен дар городу барона В. А. Штейнгеля – дворец, в котором располагалась Городская Дума и который считался одним из лучших думских зданий в России. Вместе с этим шедевром городской архитектуры погибли исторической важности и ценности документации Городской Думы, Полицейского управления и Дворянского собрания, полностью сгорела богатейшая библиотека.Начиная с 1921 г. статус Владикавказа неоднократно менялся. На смену Терской области пришла Горская республика, в состав которой вошли Чеченский, Владикавказский, Назрановский, Балкарский, Кабардинский и Карачаевский округа. Владикавказ, не успевший оправиться после гражданской войны, стал центром нового административного образования. Он был переполнен беженцами, среди которых были подвергнувшиеся грабежу казаки и осетины из близлежащих станиц и сел, литовцы и эстонцы, бежавшие на юг от ужасов первой мировой войны. Сюда устремились голодающие из центральных губерний России и пострадавшие от бесчинств грузинских меньшевиков беженцы из Южной Осетии. Ко всем город отнесся с пониманием и сочувствием, гостеприимно распахнув перед ними свои двери. Он вновь продемонстрировал свой интернационализм и веротерпимость. Возобновились акции благотворительности в помощь голодающим, расширялись детские дома. Чтобы морально поддержать поляков и литовцев, которые волею судьбы оказались особенно далеко от дома, подотдел просвещения открыл школы для взрослых, и они имели возможность изучать родной язык.Несмотря на политическую и экономическую разруху Владикавказ не забывал о своей просветительской миссии. 12 декабря 1918 г. здесь открылся политехнический институт. С 1923 г. его начали именовать Горским сельскохозяйственным институтом, ныне это – Горский государственный аграрный университет.Вслед за этим событием в здании Владикавказского II реального училища, находившегося на пересечении улиц Шоссейная (Ватутина) и Стрелковая (Церетели), в 1919 г. открылся Осетинский учительский институт. Там было учреждено также «Осетинское историко-филологическое общество», которое продолжило одновременно традиции «Общества по распространению образования и технических знаний среди горцев Терской области» и Осетинского издательского общества «Ир», а также заложило основы научно-исследовательского института (ныне Северо-Осетинский институт гуманитарных и социальных исследований). Театральная жизнь Владикавказа 20-х годов минувшего века оказалась тесно связанной с именем выдающегося русского писателя Михаила Афанасьевича Булгакова. Вместе с Ю. Слезкиным М. А. Булгаков возглавлял литературную секцию в подотделе искусств, читал перед спектаклями вступительные лекции, писал рассказы и театральные рецензии. В 1921 году городском театре с успехом шла его пьеса, а в мае того же года постановка пьесы «Сыновья муллы» принесла автору не только славу, но и гонорар, суммы которого было достаточно для отъезда из Владикавказа. Владикавказские впечатления послужили Булгакову материалом для повести «Записки на манжетах». Будучи руководителем театральной секции он обратился в Осетинский отдел народного образования с просьбой «доставить в срочном порядке списки осетин, желающих заниматься в народной драматической студии сценического искусства». Это и привело на квартиру Булгакова по Слепцовскому переулку, 9 (ныне ул. Маяковского) Б. И. Тотрова – одного из первых организаторов Осетинского театра.Занятия в театральной секции вели Ю. Слезкин (история искусств), Б. Р. Беме (история литературы), Г. Евангулов (история театра), сам М. А. Булгаков читал лекции по истории сценического искусства, рассказывал о роли музыки в театральной постановке и о сценическом воплощении драматических произведений. Здесь постигали азы театрального искусства Фаризат Цориева, Аза Келлер, К. Туаев и др. будущие мастера осетинской сцены. Работа театральной студии подготовила почву для открытия в мае 1921 г. Горского народного художественного института, расположившегося в здании бывшего Николаевского училища (сейчас на том месте стоит здание экономического факультета ГГАУ). Булгакову была предложена должность декана театрального факультета.Во Владикавказе Булгаков вместе с талантливым осетинским писателем Дзахо Гатуевым и известным в то время русским писателем А. Серафимовичем попытался также издать несколько номеров журнала «Горская жизнь». Владикавказ запомнился Булгакову и встречами с представителями «цеха писателей» – Евреиновым, Рюриком Ивневым, Пильняком, Мандельштамом. Хоть и не лучшим образом отозвался замечательный писатель о Владикавказе в автобиографической повести «Богема», все же нельзя не признать, что именно этому городу принадлежит слава появления Булгакова-писателя.Вряд ли в летописи культуры Владикавказа есть более противоречивое время, чем 20 – 30-е гг. минувшего века. То была эпоха «очистки города от буржуазного элемента». Крупные домовладения муниципализировались и передавались главным образом под учреждения властных структур. Город стремительно терял мелодию названий своих улиц, кинотеатров, гостиниц, ресторанов. Эти же годы отмечены яростной борьбой с религией. Культовые здания Владикавказа сначала были обложены высоким налогом, затем началась кампания по изъятию колоколов и различных ценностей из церквей, которая завершилась сносом последних и привела к крушению Храмовой культуры Владикавказа. Чудом уцелели Осетинская, Армянская, Ильинская церкви, Суннитская и Шиитская мечети. Здание Лютеранской кирхи было передано госфилармонии, Польского костела – радиоцентру, а в сохранившейся части церкви Свято-Троицкого братства разместился магазин.Не уцелел и первый памятник, воздвигнутый во Владикавказе в 1875 году перед зданием штаба 21-й пехотной дивизии в честь подвига рядового Тенгинского полка Архипа Осипова и штабс-капитана Лико. Расцененный как памятник самодержавию, он был снесен. В 1926 г. бывшую Театральную площадь, которая теперь стала именоваться площадью Ленина, украсил памятник вождю мирового пролетариата.С распадом Горской республики Владикавказ продолжал оставаться административным центром Северо-Осетинской автономной области, которая на правах округа входила в состав Северо-Кавказского края.До Великой Отечественной войны в городе проживало более 50 национальностей, среди которых численностью более 100 человек выделялись русские, украинцы, осетины, армяне, грузины, персы, ингуши, греки, поляки, татары, евреи, немцы, айсоры, тавлины, лезгины. Город делился на слободки: Курская, Шалдон, Владимирская, Верхнеосетинская и Молоканская. В нем было два трамвайных маршрута. Он располагал одним театром, одним кинотеатром, одним музеем. Здесь действовало Персидское посольство. Жизнедеятельность Владикавказа обеспечивали: макаронно-мельничный комбинат, лесопильный завод, табачная фабрика, типография «Красный Октябрь», винокуренные, крахмалопаточные и пивоваренные заводы. Немало надежд возлагалось на возрождение бывшего горно-химического завода акционерного общества «Алагир», которые оправдались к началу 30-х годов: все свинцово-цинковые рудники, геологоразведочные службы, обогатительные фабрики и Владикавказский свинцово-цинковый завод «Алагир» вошли в Кавказское свинцово-цинковое промышленное объединение «Севкавцинк». Завод «Алагир» получил название «Кавцинк». Это было первое в стране металлургическое предприятие, которое давало ей цинк и свинец. После коренной реконструкции в 1934 году завод был переименован в «Электроцинк» и фактически являлся первым заводом в стране, выдававшим цинк электролитным способом. Предприятие сильно оживило жизнь города, который 2 сентября 1931 года был переименован в Орджоникидзе. Открылись новые учебные заведения: горно-металлургический техникум и Северо-Кавказский институт цветных металлов. Город менял свой облик буквально на глазах, он как будто чувствовал предстоящие ему испытания и спешил строить столь необходимые ему предприятия и учреждения. Среди них можно выделить Гизельдонскую ГЭС, введение которой в строй почти в два раза увеличило энергоснабжение города. В ее строительстве принимала участие известная в свое время поэтесса Ольга Берггольц, а читатели газеты «Власть труда» стали свидетелями начала ее творческой биографии.За десять лет количество научно-исследовательских институтов возросло до четырех, музеев – до шести, библиотек – до сорока пяти. В 1939 году было открыто четвертое по счету высшее учебное заведение – Северо-Осетинский медицинский институт. Открытие в 1935 году Осетинского государственного драматического театра стало поистине всенародным праздником. Все это делало город крупным культурным центром, а развитие машиностроения, приборостроения, металлургической, горной, строительных материалов и других важных отраслей промышленности обеспечили ему также ранг крупного экономического центра на Северном Кавказе. Защитники осажденного ВладикавказаНо к осени 1942 года город вновь стали называть Крепостью на Тереке. Недаром один из его защитников писал:С крутых вершин слетает ветер горныйТуда, где у ворот великих трассНезыблемый, могущественный, гордый, Суровым стражем встал Владикавказ…В начале ноября немецкие войска вплотную подошли к столице Северной Осетии. Враг был у самых стен города, но его защитникам надо было любой ценой выстоять, потому что с захватом городом противник связывает осуществление плана овладения Кавказом под кодовым названием «Эдельвейс». В различных сводках и документах вновь начали вспоминать о старом добром имени Владикавказа. Город фактически стал щитом для Закавказья. Тысячи владикавказцев добровольно отправились на фронт. Вся промышленность в рекордно короткие сроки перестроилась на военный лад. Например, начальник химического цеха завода «Электроцинк» О. И. Гусова организовала технологию производства тротила. Именно Владикавказ впервые дал стране такой дефицитный металл, как кобальт – важный компонент, необходимый при производстве танков.7 августа 1942 года в городе было объявлено военное положение. В нелегких условиях осадного города была издана небольшая по объему, но значимая по содержанию книга под названием «Мужественные сыны осетинского народа – герои Советского Союза». Поддерживая дух населения, она рассказывала о славных командирах, комиссарах и многочисленных бойцах-земляках, которые к тому времени уже удостоились высоких наград. Так, старший сержант Хаджимурза Заурбекович Мильдзихов 16 марта 1942 года был удостоен звания Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая звезда».Первый массированный налет на Владикавказ был совершен 1 ноября 1942 года. Не сумев прорваться через Эльхотовские ворота, враг перебросил мощные силы на Алагирское направление. Только на небольшом участке фронта с. Рассвет – с. Дзуарикау было сконцентрировано 150 танков, большое количество мотопехоты, самолетов. 2 ноября 1942 года севернее селения Дзуарикау немцы прорвались к Майрамадагу. Бойцы, оборонявшие этот участок, стояли насмерть и все погибли, но не отступили. Враг обрушил на Владикавказ огромное количество бомб. Столица Северной Осетии оказалась на осадном положении, Ирафский, Дигорский, Кировский и Ардонский районы были оккупированы полностью, а Правобережный, Алагирский и Орджоникидзевский – частично. Это во многом осложняло положение столицы, и 2 ноября 1942 года наши войска вынуждены были оставить с. Гизель. 5 ноября у стен Владикавказа развернулось крупное танковое сражение, которое продолжалось до 12 ноября, завершившись разгромом 12-й и 23-й танковых дивизий СС «Викинг», полка «Бранденбург», 45-го вело- и 7-го саперного батальонов, 525-го дивизиона противотанковой обороны, батальона 1 немецкой горнострелковой дивизии, 336-го отдельного батальона. Противник потерял 140 танков, 7 бронемашин, 70 разных орудий, 95 минометов, 48 пулеметов, 2350 автомашин, 2 склада боеприпасов, 5000 солдат и офицеров.В небе Северной Осетии героически сражались сыны русского народа В. Давидков и А. Постнов, украинцы П. Середа и В. Максименко, белорус В. Князев, кабардинец Кубати Карданов, дагестанец Владимир Эмиров и многие другие. Отважно сражались летчицы женского авиационного полка под командованием Евдокии Бершонской. За беспрерывные ночные атаки немцы прозвали полк «ночным фельдфебелем». Героически защищали свою родную землю авиаторы-осетины Ибрагим Дзусов и Владимир Зангиев.Невозможно поименно перечислить всех защитников осетинской земли. Низкий поклон и вечная память павшим здесь морякам 2-й роты батальона морских пехотинцев 34-й морской стрелковой бригады! Древнюю землю Осетии защищали бойцы из самых разных уголков нашей страны. Более 20 тысяч из них обрели здесь вечный покой. Среди них – член Военного совета Закавказского фронта А. Н. Саджая, начальник штаба Закавказского фронта генерал-лейтенант П. И. Бодин, курсант Орджоникидзевского погранучилища Аркадий Климашевский, сибиряк командир отделения Петр Барбашов, летчик лейтенант И. А. Огарев…В долгу у страны не остался и Владикавказ. Более 40 тыс. уроженцев города сражались под Москвой, Ленинградом, Тулой, Новороссийском, Керчью, Минском. Они участвовали в освобождении Белоруссии, Украины, Прибалтики, были партизанами, подпольщиками, внесли свой вклад в европейское движение Сопротивления.Город Владикавказ дал стране 26 Героев Советского Союза.Храбрость всех сражавшихся здесь частей позволила взять рвавшегося во Владикавказ врага в железные клещи и не дать ему развернуться. Имевший абсолютное превосходство в живой силе, танках и самолетах не только не достиг цели, но сам попал в чрезвычайно опасное положение. Победа под столицей Северной Осетии по существу оказалась началом разгрома гитлеровских захватчиков на Северном Кавказе.Главной Ставке Гитлера ничего не оставалось как только сообщать о «заминке» на Тереке в стиле пропагандистских небылиц: «У Терека советские войска пытаются остановить продвижение немецкой армии в направлении Грозного. Река Терек в районе боевых действий имеет 500 метров ширины и 2 метра глубины. Быстрота течения этой реки и заболоченные берега делают ее весьма серьезным препятствием, для преодоления которого требуется некоторый промежуток времени».Однако никакой «промежуток времени» не мог уже помочь фашистам и остановить процесс освобождения республики, которая к началу января 1943 года была уже свободна.События под Владикавказом осенью 1942 г. получили общегосударственное и мировое звучание. На них откликнулась не только "Правда", но и английская газета «Таймс». Они привлекли внимание и антигитлеровской коалиции. Свое поражение здесь признало немецкое командование. «Город Орджоникидзе (Владикавказ) с его стратегической значительностью в Отечественной войне должен стать неприступной крепостью для просочившихся на Кавказ немецко-фашистских войск, и он будет такой крепостью». Эти слова прозвучали на многотысячном митинге, состоявшемся на южной окраине г. Владикавказа 13 августа 1942 г., и на собрании городского партийного актива, прошедшем 11 сентября того же года. Они оказались пророческими – город действительно стал неприступной крепостью для врага.1 января 1943 года, в день освобождения территории республики от врага, на площади Свободы выступал писатель-фронтовик П. А. Павленко. Он подчеркнул: «В сражениях за Кавказ на долю Осетии выпала задача охранять важнейшие проходы через Кавказский хребет, не пропустить немцев на южные склоны его в Закавказье. И народ Осетии в братском содружестве с Красной Армией самоотверженно выполнил свое историческое предназначение... Слово «осетин» с уважением произносится на всех фронтах Великой Отечественной войны, ибо осетины показали себя храбрыми и честными воинами. Оборона города Орджоникидзе являет собой образец мужества, выдержки и организованности. Честь и слава всем гражданам города Орджоникидзе! Вы победили врага у границ города, но вы были готовы встретить его, если бы пришлось, и на улицах, площадях, в домах». После разгрома гитлеровских захватчиков страна начала восстанавливать народное хозяйство. Ущерб, нанесенный экономике Северной Осетии, в денежном выражении составил около полутора миллиарда рублей. Однако уже к 1948 году промышленные предприятия, колхозы и МТС республики достигли довоенного уровня производства продукции.Послевоенная промышленность базировалась в основном на использовании ископаемых богатств, сельскохозяйственного сырья, лесов, а также водных энергетических ресурсов. Важнейшей отраслью промышленности республики была цветная металлургия, представленная системой рудников, обогатительной фабрикой и заводом «Электроцинк». Получили развитие также металло- и деревообрабатывающая, пищевая и швейная промышленность, развивалось производство стройматериалов.Основным направлением сельского хозяйства послевоенной Северной Осетии было производство зерновых, овощных, технических культур. На базе полеводства и естественных кормовых ресурсов развивалось животноводство. Большое значение придавалось садоводству и виноградарству.После войны особое внимание уделялось системе народного образования. В столице республике было четыре высших учебных заведения – педагогический, сельскохозяйственный, медицинский и горнометаллургический, около полутора десятков средних специальных учебных заведений. Научно-исследовательская работа велась в вузах и Северо-Осетинском научно-исследовательском институте. После войны возобновили свою работу культурно-просветительные учреждения – библиотеки, клубы, музеи. Продолжали выходить газеты и журналы на осетинском языке, были радиофицированы почти все населенные пункты республики. Жизнь налаживалась как и во всей советской стране. В течение XX века столица Северной Осетии несколько раз меняла свое название. В 1936 году, в честь известного революционера получила имя Орджоникидзе. Затем, как мы помним, в годы Великой Отечественной, городу вернули его историческое название - Владикавказ. Еще некоторое время он обозначался на картах как Дзауджикау - в память об осетинском селе, на территории которого возникла в свое время крепость. И, наконец, с 1990 года город снова стал Владикавказом (Дзауджикау).Сегодня столица республики занимает площадь в 282,3 квадратных километра. Численность населения - 400 тысяч человек. Владикавказ является крупным научным, культурным и промышленным центром Северного Кавказа. 250 зданий, расположенных в центре города, признаны памятниками истории и архитектуры, 13 из них - памятники федерального значения.Набережные и парки ВладикавказаВ конце ХХ века, с приходом новых времен, изменилась и Осетия. Более подробный анализ осетинской культуры, ее современного состояния, Вы можете получить из других разделов настоящего сайта.anaharsis.ru http://iratta.com/2007/04/27/1920.html Парламент Южной Осетии дал политическую оценку событий 1918-1920 гг. Полный текст документа: "История Южной Осетии как этногеографической единицы территории Осетии насчитывает более двух тысяч лет. Данные античных, древнегрузинских и древнеармянских, нарративных источников однозначно свидетельствуют об осетинской (скифо-сарматской) принадлежности древнего и средневекового населения южных склонов Центрального Кавказа. К примеру, "Армянская география" VII в. н.э. свидетельствует о том, что указанная территория составляла часть раннесредневековой Алании. Новая история 00mN1ck Fri, 27 Apr 2007 02:27:20 +0400 Парламент Южной Осетии дал политическую оценку событий 1918-1920 гг. Полный текст документа:"История Южной Осетии как этногеографической единицы территории Осетии насчитывает более двух тысяч лет. Данные античных, древнегрузинских и древнеармянских, нарративных источников однозначно свидетельствуют об осетинской (скифо-сарматской) принадлежности древнего и средневекового населения южных склонов Центрального Кавказа. К примеру, "Армянская география" VII в. н.э. свидетельствует о том, что указанная территория составляла часть раннесредневековой Алании. На протяжении своей многовековой истории Южная Осетия большей частью была независима от внешнего господства, хотя не раз подвергалась вторжениям со стороны картлийских (восточногрузинской) правителей. К моменту установления Российской администрации на Кавказе на рубеже XVIII-XIX вв. Осетия как на севере, так и на юге была фактически независимой. Хотя Осетия юридически вошла в состав Российской империи в 70-х годах XVIII в., однако на юге понадобилось еще несколько десятков лет для утверждения здесь российской администрации. С установлением Советской власти Южная Осетия в качестве Автономной области была включена в состав ГССР вопреки ясно выраженной воле ее коренного населения.После распада Российской империи Грузия 26 мая 1918 года, провозгласила свою независимость и сразу же предъявила претензии на Южную Осетию. К этому времени в Южной Осетии начал функционировать легитимно избранный Национальный Совет, первый съезд которого состоялся 6-9 июня 1917 года в поселке Джава. Национальный Совет Южной Осетии, состоявший из представителей различных политических направлений (эсеры, анархисты, меньшевики, большевики и др.), в своем постановлении по национальному вопросу высказался за предоставление южным осетинам "права свободного самоопределения". С этого времени меньшевистская Грузия берет курс на вооруженное подавление любых попыток южных осетин к этнической самоидентификации и политическому самоопределению.Летом 1920 года начались вооруженные выступления южных осетин за национальное самоопределение. Разгромив меньшевистские отряды, восставшие 8 июня 1920 года заняли Цхинвал. В изданном по этому поводу приказе Ревкома Южной Осетии говорилось о провозглашении Советской власти в Южной Осетии - "от Они до Душета" и "присоединении к Советской России". Провозглашение Советской власти в Южной Осетии послужило для грузинских властей формальным поводом к началу широкомасштабного вооруженного вторжения в Южную Осетию и физическому истреблению осетин, хотя подготовка к этому велась давно. Еще с 1918 года меньшевистское руководство Грузии и грузинские СМИ вели открытую травлю осетин, которых объявляли "разбойниками", "анархистами", "виновниками всех бед Грузии". Один из руководителей грузинских карательных отрядов, орудовавших в Южной Осетии в 1918-1919 гг., полковник Казишвили на митинге в с.Эред говорил: "Россия вот уже 118 лет как покорила и лишила Грузию свободы. Это столетнее мучение и терзание Грузия перенесла по вине осетин". Тот же Казишвили в другом месте заявил: "Я - диктатор, и имею право убивать в день 12 человек". Грузинская пресса работала на идеологическое обеспечение поддержки широкими общественными массами репрессий против осетин. "Демократическое" правительство выпустило обращение "к грузинским воинам-защитникам родного очага", где призывало "не щадить изменников, ядовитых змей с их детенышами, которые должны быть уничтожены. Этого требует благоденствие грузинского народа. Твердая воля всего грузинского народа и непреклонное решение эго правительства железной метлой очистить и вымести гнезда измены и раскаленным железом удалить с нашего национального тела гнойники и нарывы, которые угрожают всему организму отравлением и гибелью", (газета "Эртоба", 20 июня 1920 г.).7 июня 1920 года начальник грузинской карательной экспедиции полковник Чхеидзе испросил разрешения грузинского правительства сжечь села Южной Осетии. Начиная с 17 июня 1920 года, грузинские войска огнем и мечом прошли по всей Южной Осетии. Практически все села Южной Осетии были сожжены и разорены, массы осетинского населения, в основном женщины, дети, старики подверглись резне. В г. Цхинвал на Осетинской улице, обходя дома осетин подряд, грузинские меньшевики истребили все мужское население. Ф.И. Махарадзе писал об этих же событиях следующее: "Мы не будем здесь останавливаться на описании тех ужасов и дикостей, которые были совершены меньшевистскими войсками и гвардией под начальством палача Джугели над населением Юго-Осетии. Они не делали различия между старыми и молодыми, женщинами и мужчинами, вооруженными и безоружными. Меньшевистские палачи вели себя как звери и дикари. Они убивали всех без разбора, разрушали, жгли все на своем пути". "Грузинские меньшевики поставили себе целью совершенное уничтожение Юго-Осетии, и цель эту они почти достигли. Дальше этого идти было невозможно". И далее: "вне всякого сомнения, что в данном случае имели место националистические и шовинистические тенденции грузинских меньшевиков и та ненависть, которую эти господа обыкновенно проявляли по отношению ко всем национальным меньшинствам, жившим в пределах Грузии". Оставшиеся в живых южные осетины были вынуждены спасаться бегством в Северную Осетию. Через труднопроходимые горные перевалы в Северную Осетию бежало более 50 тысяч человек (или 75% населения Южной Осетии), значительная часть которых погибла от голода, холода, тифа и холеры.17 мая 1920 года была создана грузинская правительственная комиссия, которая занималась изгнанием уцелевших осетин и разделением их имущества между грузинскими переселенцами из разных районов Грузии, в основном из Душетского и Казбекского районов. Таким образом, власти Грузии привели в 1920 году в исполнение свою заветную мечту об уничтожении негрузинского национального элемента. Это была государственная политика. Правительственная газета "Эртоба" писала: "Наша республика выселяет осетин туда, куда они стремились - в социалистический рай".Потери и убытки Южной Осетии при разгроме ее меньшевиками в 1920 году выразились в следующих цифрах:1. Убито: мужчин - 387, женщин - 172, детей - 110. Итого 669 душ.2. Умерло во время бегства и эмиграции: мужчин - 1206, женщин - 1203, детей - 1734. Итого 4143 душ.Всего погибло 4812 человек (по другим данным - 5279 человек)3. Изнасиловано женщин - 62 случая.4. Сожжено - 4227 жилых и хозяйственных построек на сумму - 1268034 руб.5. Увезено вещей и инвентаря из 1268 домов на сумму - 190200 руб.6. Сожжено общественных зданий (школ и др.) - 30 на сумму - 15000 руб.7. Угнано крупного рогатого скота 19764 головы на сумму - 988200 руб., мелкого скота - 46428 голов на сумму - 234140 руб.8. Пропало крупного рогатого скота 4077 голов на сумму - 234140 руб., мелкого рогатого скота на сумму - 32653 руб.9. Продано за бесценок крупного рогатого скота 6527 голов на сумму - 177100 руб., мелкого - 6263 голов на сумму - 31315 руб.10. Погиб урожай в 1920 году на сумму - 167706 руб.Всего понесено убытков в сумму - 3317506 руб.Количество погибших осетин в 1920 году составило 6-8% от всего населения Южной Осетии.Только в 1921 году после установления Советской власти осетины, изгнанные Грузией, получили возможность вернуться на свои пепелища. Часть южных осетин осела тогда же в разных местах северной Осетии, составив отдельные села. Зверства грузинских меньшевиков в отношении мирного населения Южной Осетии никого не оставили равнодушными. Ф.И. Махарадзе пишет: "Меньшевики в отношении крестьян Юго-Осетии допустили такое преступление, подобного которому не совершало еще никогда ни одно реакционное правительство". Юго-Осетинский областной Совет народных депутатов на своей сессии от 20 сентября 1990 года охарактеризовал события 1920 года в Юго-Осетии как геноцид осетинского народа.Геноцид, учиненный властями Грузинской Республики в Южной Осетии в 1920 году, получил яркое отражение в осетинской художественной литературе. Трагическая судьба народа, ограбленного и изгнанного с родной земли, превращенной в пепелище, вошла скорбной повестью в творчество классиков осетинской литературы Арсена Коцоева, Цомака Гадиева, Чермена Беджизати, Созруко Кулаева, Кудзага Дзесова. Произведения этих писателей являются показаниями очевидцев (Арсен Коцоев и Цомак Гадиев) и прямых участников трагических событий кровавого 1920 года - года первого геноцида южных осетин, которым грузинские, фашиствующие уже тогда власти навязали истребительную войну.Исходя из вышеизложенного, Парламент Республики Южная Осетия постановляет: Признать события 1918-1920 гг. национально-освободительной борьбой народа Южной Осетии. Признать действия руководства "демократической" Грузии против осетинского народа в 1920 году геноцидом". http://iratta.com/2007/04/14/kto_razdelil_osetiju.html Тому, что Осетия раньше была неделимой на Северную и Южную, есть много свидетельств, в том числе и в произведениях древних грузинских авторов и в других важных документах. Не была делимой она и со стороны администрации России. Это видно из материалов деятельности осетинской духовной комиссии, которая была создана в 1745-1814 годах царской Россией и синодом. Комиссий было две. Первая работала в Моздоке с 1745 по 1793 годы. Вторая комиссия работала в Тбилиси с 1811 по 1861 гг. Обе комиссии распространяли среди осетинского народа христианство. Сотни оставшихся документов о их деятельности подтверждают, что никогда Осетия не была разделена на Северную и Южную. Новая история 00mN1ck Sat, 14 Apr 2007 17:54:48 +0400 Тому, что Осетия раньше была неделимой на Северную и Южную, есть много свидетельств, в том числе и в произведениях древних грузинских авторов и в других важных документах. Не была делимой она и со стороны администрации России. Это видно из материалов деятельности осетинской духовной комиссии, которая была создана в 1745-1814 годах царской Россией и синодом. Комиссий было две. Первая работала в Моздоке с 1745 по 1793 годы. Вторая комиссия работала в Тбилиси с 1811 по 1861 гг. Обе комиссии распространяли среди осетинского народа христианство. Сотни оставшихся документов о их деятельности подтверждают, что никогда Осетия не была разделена на Северную и Южную. Члены этих комиссий составили списки всех сел Осетии. В составе второй духовной комиссии было больше грузинских священников, которые составили списки всех 12507 осетин за трехлетний период их проживания на территории сегодняшней Южной Осетии, они же и окрестили их (читай «Акты Кавказской арх. ком.», т. VI часть I, стр. 377 - 378). В 1917 году передовые общественные деятели Осетии стремились к тому, чтобы осетинский народ имел один государственно-административный орган и был един. 15 июня 1917 года в Дзауджикау был созван съезд и вынесено решение о создании в Осетии единого архиепископата. В октябре 1917 года в Тбилиси под руководством Евгена Рамонова, Знаура Айдарова и Сергея Гаглоева была создана осетинская организация большевиков. В 1918 году на ее основе была создана большевистская партия «Чермен» (читай газету «Кавказский рабочий», 27. I. 1918 г.). Это была единая партийная организация Северной и Южной Осетии. ...Подробнее надо сказать по поводу начала вооруженного восстания в Южной Осетии в в 1920 году, спровоцированного председателем совнаркома Терской области В. Квирквелиа и Г.Орджоникидзе. 3 мая 1920 года В.И.Ленин направил телеграмму большевикам Кавказского крайкома и строго предупредил Орджоникидзе не допускать в Грузию Советские Вооруженные Силы. Но Кавказский крайком не выполнил требования Ленина. Они всячески старались, чтобы в Южной Осетии началось вооруженное восстание, хотя отлично знали, что оно будет жестоко подавлено... 6 мая 1920 года Кавказский крайком направил из Тбилиси в село Рук Г.Девдариани и Ш.Моцонелидзе с приказом, чтобы ревком Южной Осетии объявил здесь Советскую власть. В то время в Руке из членов ревкома были только двое - Александр Джадтиев и Чермен Бегизов, которые не могли взять на себя ответственность за решение такого важного вопроса. Такой же ответ был и приезжим эмиссарам, но тбилисцы не прислушались к предложению Александра и Чермена не поднимать вооруженного восстания. Представители крайкома заявили твердо: «Мы есть вышестоящий орган и вы должны выполнять наши приказы беспрекословно!..» Тогда Джадтиев вынужден был согласиться и 6 мая была объявлена Советская власть в Рукском районе. Под этим приказом подписался и представитель Кавказского крайкома Г.Девдариани. На второй день представители крайкома выехали в Дзауджикау. Здесь они услышали, что 7 мая с 1920 года Советская Россия заключила мирный договор с меньшевистским правительством Грузии. Члены Кавказского крайкома, председатель совнаркома Терской области В. Квирквери и член реввоенсовета Кавказского фронта Г. Орджоникидзе, безусловно, немедленно должны были остановить начало вооруженного восстания в Южной Осетия, но и этого вышеназванные ответственные работники не сделали умышленно.6 июня Г. Орджоникидзе и В. Квирквери заставили освободить 500 грузинских гвардейцев, взятых в плен повстанцами. Плененные на второй же день вернулись и активно включились в разгром, уничтожение и сожжение Южной Осетии. Для чего понадобилось В. Квирквериа, Г. Орджоникидзе и им подобным это восстание? По всей видимости, чтобы иметь повод изгнать народ Южной Осетии с ее исконных земель, а также для того, чтобы прибрать к рукам части Красной Армии, направленные в Осетию и Грузию на «помощь» повстанцам Осетии, а также локальным восстаниям в разных уголках Грузии...Надо отметить и то, что в восстании 1920 года были виновны и члены нашего окружкома. Неужели они не должны были учесть договор России с Грузией от 7 мая 1920 года?! Летом 1920 года окружной комитет Южной Осетии поставил вопрос об объединении с партийной организацией Северной Осетии. Но на это дело не обратил должного внимания Терский Совнарком. Руководители Северной Осетии и окружной комитет Южной Осетии 25 февраля 1921 года приступили к строительству автономной области. В этом их поддержали руководители Компартии Грузии и заведующий ЦИК Закавказья Г. Орджоникидзе. Таким образом, 20 апреля 1920 года председатель ЦИК Грузии Т. Махарадзе и председатель Совнаркома С. Кавтарадзе подписали Декрет о создании Юго-Осетинской автономной области. В результате этого Осетия разделилась на две части. Эту историческую ошибку хорошо поняли руководители Южной Осетии Симон Такоев, Заурбек Калоев, Владимир Санакоев и другие. В 1925 году они поставили вопрос ребром перед Советской Россией и Закавказской Федеративной Республикой, чтобы разделенная Осетия была вновь воссоединена. По этому вопросу представители Осетии 23 мая и 19 октября 1925 года были и у И.В Сталина, но он тоже не поддержал их. Позднее буквально все, кто ратовал за воссоединение Осетии, были репрессированы и в основном уничтожены. Большевистское руководство Грузии советского периода всеми средствами старались ассимилировать осетинский народ. В этих целях они ставили всяческие препоны экономическому и культурному развитию Осетии, закрывали осетинские школы в осетинских селах, на равнине между Гори и Игоети заставили поселиться многих осетин из Цхинвальского и Ленингорского районов. Но ни оного грузина из сел Осетии они не поселили в этих местах, хотя и те были не в лучших условиях. В этих селах, куда насильно переселили осетин, не было ни одной осетинской школы, наоборот, делалось все для того, чтобы как можно скорее эти осетины-переселенцы ассимилировались.Наверное, И.В.Сталин, поэтому писал: «Как быть с осетинами, из коих закавказские осетины ассимилируются (но далеко еще не ассимилировались) грузинами, а предкавказские частью ассимилируются русскими, частью развиваются дальше, создавая свою литературу? Как их «организовать» в единый национальный Союз!». И.Сталин оставил этот вопрос без ответа, что послужило главной причиной трагедии осетинского народа. Если сегодня лучшие люди Осетии не исправят допущенные ошибки, если народ Осетии не будет объединен в едином государстве, будущее его будет более трагично!Иван Цховребов http://iratta.com/2007/04/06/kolonialnaja_politika_carskojj_rossii_na_severnom_kavkaze_i_ee_posledstvija_primechanija.html КОЛОНИАЛЬНАЯ ПОЛИТИКА ЦАРСКОЙ РОССИИ НА СЕВЕРНОМ КАВКАЗЕ И ЕЕ ПОСЛЕДСТВИЯ. Примечания. В. Д. Дзидзоев ПРИМЕЧАНИЯ: 1. Xетагуров К. Л. Собр. соч. М., 1960. Т. I. С. 47. 2. См.: Дзидзосв В. Д. Диалектика единства и братства. Нальчик, 1990. С.80. 3. X а к у а ш е в Е. Т. Рассвет в горах. Нальчик, 1981. С.84. 4. Греческое слово синод переводится на русский язык как «собрание». Один из высших государственных органов в России в 1721 - 1917 годах. Ведал делами православной церкви (толкование религиозного учения, соблюдение обрядов, вопросы духовной цензуры и просвещения, борьба с еретиками и раскольниками и т. д.). После социалистической революции синод стал совещательным органом при патриархе Московском и веся Руси. 5. Л е н и н В. И. Поли. собр. соч. Т. 43. С.228. Новая история 00mN1ck Fri, 06 Apr 2007 19:28:15 +0400 КОЛОНИАЛЬНАЯ ПОЛИТИКА ЦАРСКОЙ РОССИИ НА СЕВЕРНОМ КАВКАЗЕ И ЕЕ ПОСЛЕДСТВИЯ. Примечания.В. Д. ДзидзоевПРИМЕЧАНИЯ:1. Xетагуров К. Л. Собр. соч. М., 1960. Т. I. С. 47.2. См.: Дзидзосв В. Д. Диалектика единства и братства. Нальчик, 1990. С.80.3. X а к у а ш е в Е. Т. Рассвет в горах. Нальчик, 1981. С.84.4. Греческое слово синод переводится на русский язык как «собрание». Один из высших государственных органов в России в 1721 - 1917 годах. Ведал делами православной церкви (толкование религиозного учения, соблюдение обрядов, вопросы духовной цензуры и просвещения, борьба с еретиками и раскольниками и т. д.). После социалистической революции синод стал совещательным органом при патриархе Московском и веся Руси.5. Л е н и н В. И. Поли. собр. соч. Т. 43. С.228.5а. Когда говорят о том, что до 1917 года народы Северного Кавказа «не имели даже своей письменности, то следует иметь в виду, что у кабардинцев, балкарцев, чеченцев, ингушей, народов Дагестана были грамотные, образованные люди, но они читали и писали на арабском языке. Они не знали русского языка и русской грамматики. С установлением советской власти стараниями большевиков многие известные ученые-арабисты под разными предлогами оказались в лагерях. Книги на арабском языке изымались и уничтожались. Это было почти преступлением против культуры мусульманских народов страны.6. Из рапорта генерала Абхазова генералу Пасксвичу от 21 августа 1830 года, №15, АКАК, №7. Тифлис, 1878. С.358.7. См.: Цицианов Павел Дмитриевич (1754-1806), грузинский князь, генерал русской армии, отличался особой жестокостью в отношении горцев Северного Кавказа. Убит в 1806 году при переговорах с бакинским ханом.8. Утверждение русского владычества на Кавказе. СПб., 1901. Т. 1. С. 160.9. См.: Черненко А., Черняк А. Консолидация. М., 1989. С. 182.10. Цит. по: Народно-освободительное движение горцев Дагестана и Чечни в 20-50-х годах XIX века. (Тезисы докладов и сообщений Всесоюзной научной конференции 20-22 июня 1989 г.) г. Махачкала, 1989. С.8.11. Цит. по: ДзидзоевМ. У. Демократы дореволюционной Осетии о преступлении и наказании. Орджоникидзе, 1968. С. 10.12. Там же.13. X е т а г у р о в К. Л. Собр. соч. Т.4. С.39.14. Там же.15. Г е р ц е н А. И. Поли. Собр. соч. М., 1948. Т. 2. С.284.16. Ч е рн ы ш е в с к и и Н. Г. Поли. собр. соч. М., 1950. Т.5. С. 589.17. Чернышевский Н.Г. Избранные философские сочинения. М., 1956. Т.З. С. 127-128.18. Добролюбов Н. В. Поли. собр. соч. М., 1958. Т.2. С.381-382. 19. X е т а г у р о в К. Л. Собр. соч. Т.4. С. 149.20. Там же. С. 106.21.Дубровин Н. Ф. История войны и владычества на Кавказе. СПб, 1886. Т.2. С.242.22. X етагуров К. Л. Собр. соч. Т.4. С. 189.23. Там же.С.192.24. Там же.25. Г а т у е в Дзахо. Зелимхан. Орджоникидзе, 1965. С. 19.26. Там же. С. 152.27. X е т а г у р о в К. Л. Собр. соч. Т.4. С. 150.28. Там же.29. ЦаголовГ. М. Архив Северо-Осетинского института гуманитарных исследований. Воспоминания (рукопись). С.395.30. Цит. по: ДзидзоевМ. У. Указ. соч. С. 19.31. Ц а г о л о в Г. М. Указ. соч. С.330-331.32. Там же. С.394-395.33. X е т а г у р о в К. Л. Собр. соч. Т.4. С. 194.34. ЦаголовГ. М. Указ. соч. С. 369.35. X е т а г у р о в К. Л. Собр. соч. Т.4. С.192.36. Лсонтович Ф. И. Адаты кавказских горцев (1882-1883). Вып. 2-й. Одесса, 1883. С. 264-267.37. Там же. С.38.38.. ХетагуровК. Л. Собр. соч. Т. 5. С.298.39. Там же.С.191.40. Там же. Т. 4. С. 385.41. Там же. С. 383.42. Там же. С. 192-193.43. Л е н и н В. И. Поли. собр. соч. Т.4. С.403.44. X е т а г у р о в К. Л. Собр. соч. Т.4. С. 198-199.45. Там же. С.200.46. См.: Там же. С.201-202.47. См.: Свод законов Российской империи. Т. 1, часть 1 («Свод основных государственных законов).48. Там же.49. X е т а г у р о в К. Л. Собр соч. Т.4. С.34-35.50. Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т.2. М., 1955, С.348-349.51. Ахундов М.Ф. Избранные художественные произведения. Баку, 1950. С.48.52. X е т а г у р о в К. Л. Собр. соч. Т.4. С.203, 205.53. ЦГА РСО, ф.224, т.1, д.85; См. также: Цаликов Ахмед. «К вопросу об искоренении грабежей и разбоев на Северном Кавказе». Альманах «Утро гор». Баку, 1910. №1.54. X е т а г у р о в К. Л. Собр. соч. Т.4. С.161-162. 55.Тамже.Т.2.С.61.56. Там же. Т. 4. С. 65.57. Отчет начальника Терской области за 1891 год. Владикавказ, 1892. С. 87.58. Л е н и н В. И. Поли. собр. соч. Т.4. С.412-413.59. Там же.С.413.60. ЦГА РСО, ф. 12, оп. 3, д.711.61. Там же, оп. 1, д. 1434.62. Г е р ц е н А. И. Избранные философские произведения. М., 1948. Т.2. С.278.63. X е т а г у р о в К. Л. Собр. соч. Т.4. С.383.64. Тамже.Т.1.С.57.65. Ц а г о л о в Г. М. Указ. соч. С.472-473.66. Там же. С.207-214.67. Там же.С.394. •-—~"68. Цит. по: Против смертной казни (сборник статей под общей редакцией М. Н. Гернета, О. Б. Гольдовского и И. Н. Сахарова). М., 1906. С.20.69. Цит. по: История Кабардино-Балкарской АССР. М., 1967. Т.1. С.134.70. См.: История народов Северного Кавказа (конец XVIII в. — 1917 г.). М., 1988. С.124.71. Там же.72. ЦГВИА, ф.400, оп. 306, д.245, л. 10.73. Г а с с и е в А. А. Земельно-экономическое положение туземцев и казаков на Северном Кавказе. Владикавказ, 1909. С.9-10.74. См.: Григоров Д. В. Северная Осетия накануне второй буржуазно-демократической революции в России/АУченые записки СОГПИ. Юбилейный выпуск. Орджоникидзе, 1929.75. Там же.С.106.76. См.: Скитский Б. В. Очерки истории горских народов. Орджоникидзе, 1972. С,204-205.77. Цит. по кн.: Тэсич-Вольный. История серебросвинцового завода «Электроцинк»//Из-вестия СОНИИ. Т.7. Орджоникидзе, 1934. С.256.78. См.: Отчет начальника Терской области за 1900 год. Владикавказ, 1901. С.З.79. См.: Список населенных мест Терской области. Владикавказ, 1901. С.417.80. Ленин В.И. Поли. собр. соч. Т.З. С.558.81. См.: Первая всеобщая перепись населения Российской империи в 1897г. Т.68. Терская область. С.2-3, 55.82. См.: Кавказский календарь на 1917 год. Тифлис, 1916. С.226-229.83. Пит. но: Социалистическая Осетия. 1990. 31 марта.84. ЦГА РСО, ф.11,оп.71, д.19. л.67-69.85. ЦГА Республики Грузия, ф.309, оп.1, д. 16, л. 17-18.86.