поиск в интернете
расширенный поиск
Иу лæг – æфсад у, дыууæ – уæлахиз. Сделать стартовойНаписать письмо Добавить в избранное
 
Регистрация   Забыли пароль?
  Главная Библиотека Регистрация Добавить новость Новое на сайте Статистика Форум Контакты Реклама на сайте О сайте
 
  Строим РЮО 
Политика
Религия
Ир-асский язык
Образование
Искусство
Экономика
  Навигация
Авторские статьи
Общество
Литература
Осетинские сказки
Музыка
Фото
Видео
  Книги
История Осетии
История Алан
Аристократия Алан
История Южной Осетии
Исторический атлас
Осетинский аул
Традиции и обычаи
Три Слезы Бога
Религиозное мировоззрение
Фамилии и имена
Песни далеких лет
Нарты-Арии
Ир-Ас-Аланское Единобожие
Ингушско-Осетинские
Ирон æгъдæуттæ
  Интересные материалы
Древность
Скифы
Сарматы
Аланы
Новая История
Современность
Личности
Гербы и Флаги
  Духовный мир
Святые места
Древние учения
Нартский эпос
Культура
Религия
Теософия и теология
  Реклама
 
 
Реконструкция скифской мифологии по иконографическим материалам
Автор: 00mN1ck / 22 мая 2014 / Категория: Интересные материалы » Скифы
Б. Н. Граков:
Археологические данные позволяют пополнить кое в чем недостаток письменных сведений. Прежде всего, это немногочисленные, отчасти греческой работы, изображения. Папай сопоставлен с греческим Зевсом. Следовательно, он прежде всего бог ясного неба, но и громовержец, кроме того, несомненно, бог-отец. Он отец не только богов, но и всех скифов, начиная от их царей. Его сын Таргитай-Геракл, герой-родоначальник. Последнее определяется его именем от того корня, который во многих индоевропейских языках обозначает отца. Его кумиров и храмов мы не знаем. По-видимому, к началу V в. до н. э. относится его изображение на одном навершии, хранящемся в Государственном историческом музее в Киеве. На высоком постаменте стоит нагой бородатый мужчина. Четыре рога поднимаются от его ног, с фигурками идущих по ним волков и с изображениями орлов на их концах, словно парящих над землей с распростертыми крыльями. Такой же орел на голове статуэтки. Рога с волками, по-видимому, символизируют степь и землю с четырьмя странами света. Орлы знаменуют ширь чистого неба. Висящие у них в клювах, на концах крыльев и в руках божества цепочки с бронзовыми колокольчиками с железным язычком внутри, производящие до сего дня звон, не символ ли грома? Апи - Земля — супруга Папая. Среди изображений на навершиях от погребальной колесницы из Александропольского кургана есть фигура женщины с обнаженными пышными грудями и другая — на золотой бляшке, в складчатых одеждах, с двумя баранами по бокам. Не богиня ли это плодородия, мать-кормилица? Может быть, ее же изображает Артемида, владычица зверей, на зеркале греческой работы VI в. до н. э., найденном в одном скифском кургане близ Херсона. Над головой богини два льва, на плечах козочки или овцы. Поклонение такой богине уходит за пределы Скифии и известно в таких же греческих и туземных изображениях у племен древнего Подунавья и кельтов Швейцарии, древней Гельвеции. Гойтосир-Аполлон, вероятно, бог солнца. Его изображений у скифов мы еще не знаем, разве только уже за пределами Скифии. На золотой пластине из меотского кургана Карагодеуашх на Кубани изображен солнечный бог в колеснице — пример восприятия греческого образа этого божества. С рубежа VI и V вв. до н. э. в скифском зверином стиле часто фигурирует взятый из греческого искусства орлиноголовый грифон. Он обычный спутник Аполлона. Его голова часто изображается на бляшках конской сбруи и на других вещах. (4: 83)

Е. В. Переводчикова:
Изображались в зверином стиле не только животные, существовавшие в природе, но и те, которые жили лишь в воображении людей.

Изначально малохарактерные для скифского звериного стиля, синкретические существа были широко распространены в искусстве многих областей Древнего мира, в том числе у ближайших соседей скифов, откуда они и проникли в скифское искусство. Звери эти достаточно многочисленны, представлены изображениями как целых фигур, так и отдельных частей — протом и, чаще, голов. Типы их выделяются по сочетанию признаков изображений. Так, крылатых зверей с телом хищника, но обладающих кроме крыльев и другими признаками, не совместимыми с внешним обликом хищника, принято называть грифонами. Грифоны бывают львиноголовые и орлиноголовые, но этим их разнообразие не исчерпывается. В разные периоды, в разных традициях эти существа могли иметь еще гребень, хохолок, рога и т. д.

Реконструкция скифской мифологии по иконографическим материалам


Орлиноголовые грифоны раннегреческого типа отличаются длинными, вертикально стоящими ушами, клюв их, как правило, раскрыт, в нем виден длинный изогнутый язык, на длинной шее зверя показаны локоны. В скифском зверином стиле подобные грифоны — редкость. Чаще можно встретить сильно видоизмененные изображения. Одно из них происходит из Келермесских курганов и помещено на навершии. Голова животного с торчащими вверх большими ушами явно создана под впечатлением изображений грифонов архаического греческого типа, однако в моделировке ее поверхности нет следов типично скифских сходящихся плоскостей — она гладкая и напоминает поверхность цилиндра. Глаза зверя маленькие и едва отмечены. Вместо выразительного «хищного» клюва — обрубленная морда. Серия подобных изображений происходит из скифских курганов украинской лесостепи VI — начала V в. до н. э. (13: 48-50)

Д. С. Раевский:
Методика использования иконографических материалов для реконструкции скифской мифологии остается дискуссионной. Одни исследователи видят в зооморфных образах, преобладающих в скифском искусстве, изображения богов, имеющих звериный облик, другие трактуют их как символы богов, не связанных с представлением об их внешности, третьи полагают, что семантика скифского звериного стиля связана с магией и не имеет прямого отношения к содержанию мифов и к составу пантеона. Более важны антропоморфные изображения, в том числе многофигурные сюжетные композиции греческой работы; содержание некоторых из них прямо перекликается с известными фрагментами скифских мифов. (93: 445)


Б. Н. Граков:
Головы орлов украшали концы луков на фигурах скифских воинов, ставившихся на курганах. Они же украшали иногда колчаны. Орлиный глаз в том виде, как его стилизовали обычно, т. е. простой кружок с выпуклым ободком или розетка с многими лепестками, тоже нередок на конской сбруе, на колчанах и изредка на некоторых женских украшениях. Эти украшения, пожалуй, обычнее других. Вероятно, Гойтосир скифов был и солнечный бог-стрелок, и покровитель коней, изображения его спутников — орла и грифона — призывали на коня и стрелка-гиппотоксота покровительство этого божества.

Табити, главнейшая после Папая богиня, трудно опознается в изображениях женских божеств на скифских вещах. Однако изображения скифа-воина или царя, пьющего из священного сосуда перед торжественно сидящей на троне богиней с зеркалом в руке, вероятно, обряд перед лицом женского божества, обряд приобщения к власти и к покровительству богини. Этот обряд был распространен, в частности, и у меотов Кубани. Только что упоминалась золотая пластина оттуда, из кургана Карагодеуашх. На ней представлена близкая сцена: царь или воин приобщается перед богиней из ритуального сосуда, вероятно вином.

Аргимпаса, Афродита небесная, известна по греческим изображениям на зеркалах, где она представлена во весь рост нагой молодой женщиной на ручках зеркал. Их находки известны в одном кургане около Херсонеса и среди вещей с лесостепного течения Днепра. Значит, ее почитали не только степные племена, но и их более северные соседи, может быть, под другим именем. У меотов на Таманском полуострове почиталась богиня Афродита Апатура (может быть, греческая «обманщица»), где ей у принявших ее культ греков Боспорского царства присваивался эпитет «небесная». Какое было ее туземное имя, неизвестно. Что она воспринималась греками в их богословском значении, видно из многочисленных ее изображений. Одно из них найдено в древних Кепах (по-гречески «сады») на Таманском полуострове.

В каком виде представлялся царским скифам Фагимасад-Посейдон, неясно. Они не были морским народом. У греков Посейдон — бог моря, но и бог коней и коневодства. У остальных степных скифов эти функции выполнял Гойтосир. У царских скифов — особое божество. В предании о происхождении савроматов «свободные» скифы, жившие у Танаиса, те же царские скифы, представлены как коневоды по преимуществу. Им естественно было создать в своем воображении такой образ.

Реконструкция скифской мифологии по иконографическим материалам
Золотая бляшка кургана Чертомлык. IV в. до н. э.


Скифских кумиров до сих пор не найдено. Геродот утверждает, что их и не было. Однако отождествление им божеств пантеона сколотов с греческими богами не может быть произвольно. Появление у скифов фигурок греческих божеств на предметах обихода было естественно. Для общественной стадии военной демократии свойственно представлять небожителей в человеческих формах с определенными функциями в природе и среди людей, даже обходясь порой без антропоморфных изображений. Принимались скифами греческие фигурки тех богов, которым имелись свои туземные соответствия. Стали появляться и местные, но опять-таки мелкие и встречаемые сравнительно редко изображения богов вроде упомянутых наверший и блях. Ими, конечно, призывалось магически покровительство их на данное лицо или на его коней.

Реконструкция скифской мифологии по иконографическим материалам Реконструкция скифской мифологии по иконографическим материалам
Бронзовое навершие с фигурой бога Папая в центре. Лысая Гора. V-IV вв. до н. э.


Геродот, может быть, знал не всех богов скифского пантеона. На некоторых предметах появились изображения головы Афины. Женщина-царица из кургана Куль-Оба носила золотые височные привески с головой знаменитой Афины-Девы Фидия. В Александропольском кургане на крупных серебряных бляхах одной уздечки изображена голова Афины-Лемнии, одной из статуй этой богини с острова Лемноса. Обе вещи найдены в курганах IV в. до н. э. В эту же эпоху распространились и найдены в ряде курганов золотые нашивные на одежду бляшки в виде головы Афины в профиль вправо, в шлеме в виде львиной пасти. Скифская аристократия все более и более приобщалась к эллинским понятиям и культуре. В ее среде именно в это время стали распространяться изображения с такими специфически греческими мифическими сюжетами, как узнавание Одиссеем переодетого в женскую одежду Ахилла на горитах из Чертомлыцкого и нескольких других курганов. Может быть, к ним проник и культ Афины. Но возможно и нечто другое. Строй скифского рода и семьи вне сомнения патриархальный. Об этом говорит и весь тон повествований о них у греков, в частности противопоставление их сохранившим черты матриархата сарматам. Генеалогическая легенда прежде всего говорит об отце-предке скифов Таргитае-Геракле. Их верховный бог — Папай, т. е. «Отец». Жестокие кровавые захоронения вместе с ними их жен подкрепляют тот же вывод. С востока с ними граничили савроматы, о которых и факты археологии, и решительные высказывания древних писателей твердят как о «женоуправляемых». На несколько сот раскопанных скифских женских погребений, совершенно лишенных чего-либо, кроме предметов домашней работы, особенно веретен с пряслицами, и украшений, есть одно, может быть, два женских погребения с оружием на савроматский манер. Это могли быть савроматки, попавшие в гаремы своих соседей и погребенные по своему задонскому обычаю. Не было ли у них воинственного женского вооруженного божества, привнесенного в пантеон своих мужей? Во всяком случае, много позднее у сарматов Северного Кавказа и Украины излюбленными изображениями была фигура воинственной девы и один-другой из ее подвигов.

Среди божеств назван Геракл. Он родоначальник скифов по легенде, выслушанной Геродотом от ольвийских греков. Из параллельной легенды, слышанной от каких-то скифов, читатель знает его скифское имя Таргитай. Подвиги Геракла, особенно битва с Немейским львом, и местные изображения подвигов скифа-богатыря, конечно Таргитая, сражающегося с фантастическими чудовищами, известны в скифском обиходе на нашивных бляшках и навершиях, как и образы других божеств. В лице Таргитая-Геракла отразился культ предков. Но его парой была в одном случае змееногая богиня, «полуженщина-полузмея» у Геродота, а в другом — дочь реки Борисфена. В культе предков-родоначальников сохранились, таким образом, какие-то пережитки матриархата, которых так много у ряда народов в легендах и культах праматери-земли, часто принимающей просто облик змеи. Этот культ, по-видимому, особенно сказался в аристократической среде в эпоху Атея и после него, когда столько появилось эпических и генеалогических изображений на предметах обихода. Изображения подобного рода встречаются в очень многих курганах и Крыма, и Подонья, и в собственно скифской степи. Как и изображения других божеств, бляшки и утварь со змееногой богиней на них известны и на степном течении Днепра, и в Крыму, и у меотов Кубани. Вместе с легендой о трех братьях-родоначальниках распространилась и легенда об их змееногой матери. Иногда под рукой искусного греческого мастера змеи переплетались с вьющимися побегами вьюнков-арацей или просто ими заменялись. Одно из лучших изображений змееногой праматери скифов дано на золотом наноснике кургана Цимбаловой Могилы в кочевых степях Нижнего Днепра.

Но эта же богиня и свидетельница сохранения у скифов анимистических представлений о духах — хозяевах мест природы. Она хозяйка, выражаясь языком фольклора, или нимфа, по греческой богословской номенклатуре, лесистой поймы Днепра — Гилей, как ее называли греки. Ее отец Борисфен-Днепр такой же хозяин могучей реки. Ольвийские греки изображали его на своих монетах в виде головы бородатого и рогатого бога — обычная схема греческих божеств реки. У меотов Нижнего Дона было одноименное божество Танаис. Вероятно, у многих рек и урочищ и вокруг самих людей Скифии и соседних народов были свои хозяйки и хозяева. Такой была Табити-Гестия, нимфа царского очага, и Гестии очагов больших семей, имевшие алтари в виде кучи пепла, как в Каменском городище. Геродот, как знает читатель, говорит то об одной Табити-Гестии, владычице над самими царями скифов, то о Гестиях царского очага, могших быть, потому что у царя было много мест обитания и очагов, а возможно, потому, что у греков было до трех нимф домашнего очага. Но в Табити-Гестии нужно еще видеть не только хозяйку огня, но и матрилинеального предка каждой данной скифской семьи, подобно змееногой богине, такой же праматери всего скифского народа и его царей. (4: 84-85)


Литература:

4. Граков Б. Я. Скифы. М., 1971.

13. Переводчикова Е. В. Язык звериных образов. М., 1994.

93. Раевский Д. С. Скифо-сарматская мифология // Мифы народов мира. Энциклопедия: В 2 т. Т. 2. М., 1980.

Источник:
Мировая художественная культура. Древний Египет. Скифский мир: Хрестоматия / Сост. И. А. Химик. — СПб.: Издательство «Лань», 2004. — 800 с.: ил. + вклейка (24 с.). — (Мир культуры, истории и философии). С. 565 — 570.
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
  Информация

Идея герба производна из идеологии Нартиады: высшая сфера УÆЛÆ представляет мировой разум МОН самой чашей уацамонгæ. Сама чаша и есть воплощение идеи перехода от разума МОН к его информационному выражению – к вести УАЦ. Далее...

  Опрос
Отдельный сайт
В разделе на этом сайте
В разделе на этом сайте с другим дизайном
На поддомене с другим дизайном


  Популярное
  • Спектакль про непридуманное
  • Кусочек армянского солнца
  • Северный адреналин
  • К проблеме этнорелигиозной самоидентификации современных осетин
  • Цветная жизнь - заслуженному художнику РФ Ушангу Козаеву – 65
  • Долго будет Карелия сниться
  • Дочь солнца
  • В согласии с судьбой
  • Турецкая осень "Сармата"
  • Искусство осетинской примадонны
  •   Архив
    Декабрь 2017 (16)
    Ноябрь 2017 (48)
    Октябрь 2017 (48)
    Сентябрь 2017 (55)
    Август 2017 (33)
    Июль 2017 (29)
      Друзья

    Патриоты Осетии

    Осетия и Осетины

    ИА ОСинформ

    Ирон Фæндаг

    Ирон Адæм

    Ацæтæ

    Осетинский язык

    Список партнеров

      Реклама
     liex
     
      © 2006—2017 iratta.com — история и культура Осетии
    все права защищены
    Рейтинг@Mail.ru