поиск в интернете
расширенный поиск
Иу лæг – æфсад у, дыууæ – уæлахиз. Сделать стартовойНаписать письмо Добавить в избранное
 
Регистрация   Забыли пароль?
  Главная Библиотека Регистрация Добавить новость Новое на сайте Статистика Форум Контакты Реклама на сайте О сайте
 
  Строим РЮО 
Политика
Религия
Ир-асский язык
Образование
Искусство
Экономика
  Навигация
Авторские статьи
Общество
Литература
Осетинские сказки
Музыка
Фото
Видео
  Книги
История Осетии
История Алан
Аристократия Алан
История Южной Осетии
Исторический атлас
Осетинский аул
Традиции и обычаи
Три Слезы Бога
Религиозное мировоззрение
Фамилии и имена
Песни далеких лет
Нарты-Арии
Ир-Ас-Аланское Единобожие
Ингушско-Осетинские
Ирон æгъдæуттæ
  Интересные материалы
Древность
Скифы
Сарматы
Аланы
Новая История
Современность
Личности
Гербы и Флаги
  Духовный мир
Святые места
Древние учения
Нартский эпос
Культура
Религия
Теософия и теология
  Реклама
 
 
Грузия. Этнические чистки в отношении осетин. Часть третья.
Автор: 00mN1ck / 13 июля 2007 / Категория: Интересные материалы » Современность
Авторы :Инга Кочиева, Алексей Маргиев.


Продолжение


В октябре - ноябре 1991 года беженцами стали уже около 50% осетинского населения Грузии и Южной Осетии. По официальной статистике, которую привела в своем репортаже от 4 октября тележурналист Ирина Таболова: «Более 220 человек убиты, в том числе женщины и дети, 480 ранены, 112 пропали без вести. В Цхинвале зарегистрировано беженцев из внутренних районов Грузии: детей до 6 лет - около 1000, от 6 до 16 - 1375, от 16 до 50 - 3000, старше 50 - 3000 человек. В Южной Осетии населения осталось около 50 тысяч человек. Осетины депортированы из 94 сел. Это оскал геноцида. Другого определения нет». В том же сюжете И. Таболова продолжает: «В Джаве, в пробке машин, едущих в Цхинвал, немало людей, которые решили расстаться с горьким статусом беженцев и возвращаются домой вместе с детьми. Машина, поехавшая без сопровождения, была захвачена, двое взяты в заложники. Автобус, ехавший из села Гром Южной Осетии в сопровождении солдат МВД СССР, был обстрелян и остановлен. Убили Аркадия Дудаева. Тяжело ранены Вадим Чочиев, Муртаз Хаматов и солдат из сопровождения. В автобусе сидят дети в шоковом состоянии с окаменевшими взглядами. На выручку с опозданием прибыл отряд МВД. В больнице мы увидели жительницу поселка 3наур Варди Табуеву. Ее садистски кололи ножами, а потом поднесли форсунку к голове и сожгли заживо».

Часто возвратившиеся беженцы заставали только кучи золы и пепла там, где раньше стояли их дома. А многие знали, возвращаясь, что дома уже нет, но все же их тянуло туда с надеждой и беспокойством. Некоторые не выдерживали увиденной картины. Когда в сентябре 1991 года грузинские бандиты ворвались в Арцев, вместе с группой жителей Шалико Болатаеву, ветерану Великой Отечественной удалось бежать. Когда он вернулся в Арцев после того, как обстановка немного успокоилась, и увидел результат пребывания бандитов в родном селе, его сердце не выдержало он умер там же. Его похоронили 17 сентября.

Тот период, когда грузинские бандформирования, нападавшие на села, грабили колхозное добро с ферм, был пройден в самом начале. Уже скоро они перешли к частным домам, некоторые дома грабили по нескольку раз. А уже потом села после грабежа сжигались.

Чаще всего в небольших селах не было собственных защитников - они не могли сидеть каждый в своем селе в ожидании нападения. Рук с оружием не хватало катастрофически. Жители даже стеснялись просить о какой-то охране. В селах Дидмуха и Мугут 3наурского района Южной Осетии, расположенных близко к грузинскому селу Авневи, все еще были жители, упорно не уходившие ни в Цхинвал, ни на Север. Там были дома, которые грабили по 6-7 раз, сопровождая грабежи издевательствами и избиением хозяев. Наконец жители попросили помощи, и в следующий раз, когда очередной отряд мародеров въехал в села, его встретила засада. Вскоре появились и внутренние войска. Когда все закончилось, местные жители собрали по улицам 14 трупов своих недавних противников, сложили в машины и вывезли за пределы сел. Грузинская пресса назвала потом это «нападением осетинских экстремистов на мирное село Авневи». Бандитам стало ясно, что только грабить села недостаточно. В 3наурском районе еще в апреле практически перестали существовать 18 сел: Балта, Калет, Велеби, Ионча и другие. Население в результате такого террора покинуло еще 36 сел района. Жители остались только в 3науре и Бекмаре. Другие села опустели.

Красноречивый факт: за два года вооруженного конфликта не было и до сих пор нет ни одного сожженного грузинского села.

Жители увозили свое имущество и скот даже из тех осетинских сел, куда еще не вошли грузинские вооруженные формирования. И вот по дороге 3наур - Цхинвал едут и едут груженные домашним скарбом машины, слышно мычание и блеяние голодного скота. Скотину, которую угнать не удалось, грузины забивали на месте, чтобы и хозяевам ничего не досталось. Маленьких ягнят уносили на руках. Только с фермы с. Велит общественного скота было угнано более 500 голов, не считая скота жителей. Жители успели убежать до вторжения. Осетинские ополченцы, пришедшие на помощь селу, застали пожар в разгаре. Спасли щенка, унесли с собой и дали ему кличку Беженец. Из других сел, например из с. Принев, часть спасенного скота перегнали в Бекмар, где он находился под открытым небом, долгое время голодный, кормов не хватало.

Такая же картина наблюдалась в Цхинвальском районе, где наиболее тесно переплетены грузинские и осетинские села. Осетинское село Хелчуа опустело после нескольких дней самостоятельной обороны. 25 марта 1992 года измученные массированными обстрелами защитники отступили, забрав женщин и детей. Остались в селе старики, которые не смогли уйти и думали, что, дряхлые и немощные, они не представляют угрозы для грузин. Утром бандиты ворвались в село, не встретив сопротивления... 90-летний Нестор Гобозов рассказал, что один раз село уже сжигали, это было в начале 20-х годов. Теперь вот опять». В селе было около 220 домов, их сожгли полностью. Убиты пожилые люди Сергей Хугаев, Нина Бестаева, Германоз Кисиев. С огнестрельными ранениями привезли в больницу стариков Владимира Хугаева, Сакино Кисиева, инвалида с переломом позвоночника, который и передвигаться - то мог только на костылях 85- летнего Карго Бестаева, 75-летнего Тадиоза Кисиева 80-летнюю Текле Казиеву, 90-летнюю Санет Кудзиеву - Кисиеву, которую зверски избили и отрезали палец на руке. Вскоре она скончалась.

Три человека из села были взяты в заложники: Гоги Бестаев, Гигуца Кисиев и Бето Кисиев. Пожилых людей после пыток паяльной лампой (Г. Кисиеву отрезали правую руку) скинули в овраг. Военнослужащие внутренних войск вывезли их трупы только через несколько дней.

Сакино Кисиев: «Несколько человек вошли и велели мне выйти наружу. Я с большим трудом встал и с помощью костылей вышел на крыльцо. Увидев меня, они выстрелили, ранив в плечо. Я упал. Преступники начали избивать меня, топтать ногами. Я потерял сознание. Придя в себя, услышал различные приводящие в ужас звуки: рыдания, рев скотины, треск. Оглядевшись вокруг, я увидел полыхающие дом и хлев, а ревел находящийся в хлеву скот. Животные сгорели, но кто еще о них думал! Утром на второй день они вновь вернулись и продолжали грабить и жечь. В полдень в село приехали военные со «Скорой» и отвезли нас в больницу».

Санет Кудзиева - Кисиева: «Они вывели меня во двор и спросили, где мой муж. Я сказала, что он погиб в Великой Отечественной. Услышав это, они неожиданно стали избивать меня, я падала, они ставили меня на ноги и вновь били, это продолжалось долго. Потом один из них заметил на моем пальце золотое кольцо, показал на него другим. Стали снимать его, но оно не снималось. Тогда начали резать пальцы, большой палец вообще отрезали. Утром вернулись и вновь избили, потом сожгли мой дом» («Советская Осетия», № 32, 1991 г.).

Убийство стариков в полуопустевших селах было обычным почерком нападавших бандитов, почувствовавших себя хозяевами и упивавшихся безнаказанностью, но все же чаще всего старики отказывались уходить из села, боясь быть обузой своим родным.

В селе Монастер Цхинвальского района были убить, братья Хугаевы Захар и Сергей 66 и 64 лет. Житель с. Ногкау 87-летний Иосиф Казиев был схвачен в селе Чере, куда приехал к дочери, его вывели на мороз, раздели и выстрелами загнали в реку. Он умер на третий день.
В с. Тлиакана напавшие на село 2 апреля грузинские бандиты садистски убили 82-летнего Георгия Кулумбегова, 70 - летнюю Таисию Джабиеву, 70-летнюю Надю Цахилову и 80-летнюю Катю Кумсиеву. Их расстреляли, затем сожгли. Надя Цахилова была обезглавлена пулеметной очередью. Из села спасся лишь ее супруг, Илуша Кулумбегов, незадолго до этого ушедший в лес за дровами. Все село сожгли. Погибших похоронили жители соседнего села Буджитыкау на своем кладбище. В тот же день сожгли село Елтура.

15 мая 1992 года в с. Сарабук ворвались грузины, они вламывались в дома, выводили стариков. Расстреляли Пепо Лолаеву, 81 года. Все деревянное в селе сгорело, досок не было, и ее похоронили без гроба. Там же расстреляли Егти и Навроза Кумаритовых, Кумаритову-Алборову Аничку, 80 лет. Через некоторое время они опять ворвались и убили Николая Цахилова, тоже старика. Оставшиеся в живых лесами ушли в Цхинвал. Больным, немощным старикам не было смысла бежать из села - они бы все равно не вынесли дороги. И многие обрекали себя на верную смерть из чувства протеста: «Пусть убивают, это будет позор на их голову». Рассказывает 80-летняя Плион (Плиева) из с. Мамитыкау: «С начала декабря 1990 года мы почти каждую ночь ночевали в лесу. Врывались грузинские бандиты, устраивали погромы, угрожали перебить всех до одного. Среди прочих приходил даже учитель хеитской школы Зубашвили и грузин-ювелир, работавший в Цхинвале.

В деревне остались одни старики. Собирались мы на ночь в доме Шота Мамиева, одном из уцелевших домов. 23 января нас было 15 женщин и трое мужчин-стариков. Ворвались 15 человек, поставили нас к стене и стали стрелять над головой и в стену между нами. 96-летнего Лади Мамиева и инвалида Хазби Мамиева свалили с постелей и стали бить. Хазби засунули дуло автомата в рот и пугали, что сейчас выстрелят. Затем они заперли нас, подожгли помещение, в котором мы находились, и пошли дальше по селу. Мы кое-как потушили огонь, вылезли со второго этажа убежали в лес. Остались в доме три старухи, девушка-инвалид и двое мужчин - Лади и Хазби. Через некоторое время бандиты вернулись, и когда увидели, что огонь и старухи сбежали, они озверели. Выбросили на мороз избитых стариков и больную девушку и сожгли все вокруг, мы слышали их крики и стоны, но чем могли помочь им? Всю ночь мы просидели в лесу на снегу.

В другой раз они зашли в дом Сараби Козаева и увидели в корыте свежую свиную тушу. Изгадили мясо, затем присыпали его битым стеклом. Часто при дележе награбленного они дрались и избивали друг друга, в ход пускали даже оружие. О Господи, я женщина набожная. Я проклинаю всех тех, кто потерял все человеческое и не жалеет даже стариков, инвалидов, детей, женщин в своих злодеяниях. Пусть Бог им будет судья!» Так закончила свой рассказ восьмидесятилетняя старуха Плион» («Вестник Южной Осетии», № 10, 1991 г.).

На 15 апреля в Южной Осетии было 86 таких сел. В грузинских же селах и в Цхинвале вместе было сожжено 80 домов - это данные грузинской стороны. В самом Цхинвале впервые 10 дней войны в январе 1991 года в доме престарелых умерли от холода 33 старика. Грузинские энергетики отключили подачу электричества в Южную Осетию. Дом престарелых оказался не в той части города, которая была оккупирована грузинской милицией, но в суматохе первых шоковых дней войны о бесхозных стариках, возможно, некому было позаботиться.

Бандиты, нападавшие на села, не отвозили стариков в с. Мегврекиси Горийского района, где у грузинских вооруженных формирований был штаб. С ними был разговор короткий. Историю о страшном убийстве Ерди Хубаева, крестясь, от ужаса пересказывали шепотом. 90-летнему слепому старику из села Ередви Цхинвальского района отрубили голову. Поверить в этот кошмар было трудно. Но нашлись свидетели.

История № 5. Старик
Лейла Туаева, беженка из Ередви, ныне проживающая в коллективном центре проживания беженцев в СПТУ-131, была на похоронах убитого старика: «Жили в Ередви вчетвером - родители и мы с братом. Накануне войны родите¬ли уехали во Владикавказ и не смогли вернуться обратно, когда события начались. Брат еще раньше поехал в Ставрополь. Я осталась в доме одна. Мне было 16 лет, я очень боялась, ночевала по родственникам, иногда прибегая проведать дом и присмотреть за скотиной. Люди боялись выходить на улицу даже днем, а вечером женщины-осетинки старались собраться вместе, пересказывая услышанные новости. В тот вечер дочерей и невесток Ерди Хубаева позвала соседка, у которой собрались другие осетинки села. Старик уже спал. Женщины закрыли дверь и ушли. Сколько могло пройти времени, прежде чем они вернулись? Не больше двух часов, наверное. Вернувшись, они застали двери взломанными. Страшным образом убитый старик лежал на полу. Скорее всего это сделали соседи, узнавшие, что он один в доме. Что ж, других мужчин-осетин в Ередви почти не осталось, им первым угрожала опасность, и кто как мог, старались держаться подальше от села. Наверное, слепому Ерди пришлось ответить за всех, его руки были изрезаны - он хватался за топор! Он сопротивлялся!

Однажды, через несколько дней после его похорон, соседи грузины посадили всех нас в машины и отвезли в Цхинвал, там еще стояла грузинская полиция. Нас, четырех женщин, возили в «Волге» по городу и требовали, чтобы мы сказали осетинам, что «нам не нужна Советская армия в Южной Осетии». Подвезли нас к МВД, там собралась огромная толпа осетин из Тбилиси, которых таким же образом привезли на автобусах сказать цхинвальцам, что «мы не хотим с Россией». Потом нас отвезли обратно в Ередви. Через некоторое время за мной приехал двоюродный брат из Тбилиси и отправил через Баку во Владикавказ».

Лейла вернулась в Южную Осетию с родителями, им дали комнаты в общежитии СПТУ-131 в Цхинвале. Здесь, в общежитии, через четыре года она вышла замуж за беженца из Знаурского района, но вскоре они развелись. Муж уехал, она осталась одна с двумя детьми, младший из которых, Владик Гаглоев страдает детским церебральным параличом. Мальчику нужно лечение, но на его пенсию в 1500 рублей это невозможно.

В Ленингорском районе Южной Осетии осетины были изгнаны также из всех смешанных сел. Оторванность этого района от основной территории Южной Осетии делала осетинские села легкой добычей бандитских группировок. Селение Бершвети Горийского района граничит с селом Цинагар Ленингорского района. 28 апреля 1991 года несколько вооруженных грузин из Бершвети угнали скот с пастбища цинагарцев. Прибежавшие туда цинагарцы попали в засаду. Завязалась перестрелка, в которой были убиты Отар Хубулов, Тенгиз Дудаев, Темо Хубулов, Славик Черткоев Гиви Бибилов, Заур Хубулов и Тотыр Маргиев. Десять человек получили ранения. Погибли также трое грузин.

В октябре беженцами стали даже сельские школы в полном составе. Новый учебный 1991 год начался 1 октября. В Цхинвале временно обосновались отревская и арцевская средние школы, педагоги и учащиеся которых не могли вернуться в сгоревшие села. Часть детей из этих школ уже учились в североосетинских школах, куда к началу учебного года родители старались привезти детей. Количество беженцев уже создавало ощутимые трудности в жизни Северной Осетии, особенно ее столицы. С. Хетагуров, глава правительства Северной Осетии, предложил беженцам селиться не во Владикавказе, а в сельских местностях и в тех районах республики, где имелись рабочие места на предприятиях и в совхозах.
_______________________________________________________________________________

Политический кризис, начавшийся в сентябре 1991 года в Тбилиси, усугубил положение в Южной Осетии. Противоборствующие стороны - звиадистское правительство и оппозиция - призывали объединяться для борьбы с врагами-осетинами. 26 сентября в Тбилиси вооруженным спецназом был разогнан митинг оппозиции, требовавшей отставки президента. Были погибшие. Врач Гия Абесадзе совершил акт самосожжения, пытаясь примирить противостоящих друг другу грузин. Национальная гвардия, отказавшаяся подчиняться З. Гамсахурдиа, во главе с Тенгизом Китовани заняла здание телерадиодепартамента. Конфликт вызвали последние указы президента о реорганизации Национальной гвардии, создании совета национальной безопасности и введении ЧП в Тбилиси без утверждения указов парламентом. Это была узурпация власти.

В 22 декабря начался штурм Дома правительства силами оппозиции во главе с Т. Сигуа и Т. Китовани. «Самое чудовищное, что стреляли по невинным людям, женщинам, юношам и детям, стреляли в дни поста, перед Новым годом, Рождеством», - сообщало грузинское агентство СЕИС. Сторонники З. Гамсахурдиа призвали к неповиновению. С 22 декабря по 6 января в ходе конфликта в Тбилиси погибли по меньшей мере 107 человек. Список погибших был опубликован.

Свергнувший 3виада Гамсахурдиа Военный совет и прежде всего Джаба Иоселиани, освободили Тореза Кулумбегова из заключения и обратились к руководству Южной Осетии с просьбой прекратить противостояние и приехать в Тбилиси для переговоров. Но в Южной Осетии продолжалась война, и встречаться с представителями нового режима никто не собирался. Глава Временного правительства Тенгиз Сигуа заявил, что это сторонники экс-президента возобновили обстрелы Цхинвала и сел, стремясь тем самым сорвать мирные переговоры с осетинской стороной.

Касаясь вопроса дальнейшей судьбы экс-президента, глава Временного правительства Тенгиз Сигуа отметил, что, по-видимому, тот «не будет привлечен к суду, так как бывший президент - психически ненормальный человек. Об этом свидетельствуют соответствующие документы, а также свидетельства врачей». Однако прокуратура Грузии все же возбудила против Гамсахурдиа уголовное дело по обвинению в разжигании межнациональной розни, хищении государственного имущества в особо крупных размерах и т. д.

Звиад Гамсахурдиа бежал в Армению (не пешком ли через Ахалкалаки?) и нашел временный приют у Левона Тер-Петросяна, который послал ему приглашение. Оппозиция армянского президента была недовольна тем, что Тер-Петросян пригласил в страну тирана. Но президент считал, что таким образом можно прекратить братоубийственную войну в Грузии и стабилизировать ситуацию во всем 3акавказье, З. Гамсахурдиа получил не политическое убежище, а только «приют». Из Армении экс-президент отправился в Сухум, а оттуда ночью на машине добрался до Зугдиди. На следующий же день он провел митинг в городе и призвал своих сторонников к походу на Тбилиси. И объявил о начале гражданской войны.

Эдуард Шеварднадзе, оставшийся не у дел после ухода из МИД России, приветствовал «демократическую революцию» в Грузии и заявил, что имеет огромное желание принять участие в создании демократической Грузии.

«В каком качестве я буду этим заниматься - пусть решат те, кто возглавляет там сейчас демократическое движение». Это был аванс для новоявленных «демократов», который
означал, что скоро весь мир сможет думать о них так же, как всемирно признанный «демократ» Шеварднадзе.

А в Южной Осетии 19 января 1992 года был проведен всенародный референдум. 99% населения проголосовали за независимость и вхождение в состав России. Ожидать от новых властей Грузии миролюбивого поведения после этого было наивно. Национальная гвардия пока была занята своими проблемами в 3ападной Грузии, но у бандформирований на местах проведенный референдум вызвал еще большее ожесточение. Город полнился слухами, что грузинские банды собираются захватить Рокский тоннель, чтобы отрезать Южную Осетию от помощи Северной и сделать все население заложниками. Ранее тоннель охранялся российскими войсками, а в последнее время оставался без охраны. Поэтому слухи выглядели правдоподобными. К счастью, «вражеские спецчасти» оказались боевой группой из
поселка Квайса, которая и взяла тоннель под охрану.

В то же время в разгар боев в январе 1992 года жители соседних районов Грузии имели возможность приобретать в Цхинвале продукты, которые были здесь значительно дешевле, чем в Грузии. Конечно, это говорило о гораздо меньших масштабах национальной нетерпимости у осетин, но также было свидетельством того, что в городе появились спекулянты, которые за посредническую услугу брали определенный процент. Но и при этом цены были все же в 2-3 раза ниже, чем в Гори и Тбилиси. Вывоз грузинами продуктов из осажденного города достиг таких масштабов, что на границе с Грузией был организован таможенный досмотр. Таким образом за несколько дней были пресечены попытки вывоза из города более 100 кг сыра, 300 кг мяса, фасоли, картофеля и даже продуктов из гуманитарной помощи. Население требовало жестоко наказывать спекулянтов, называя их «предателями родины» в условиях экономической блокады Южной Осетии со стороны Грузии.

Слухи слухами, но сведения о возможности поддержки Южной Осетии Конфедерацией горских народов Кавказа были достоверными. Это не входило ни в планы Грузии, ни
в планы Москвы, поэтому операцию по блокированию Рокского тоннеля могли провести спецчасти 3акВО, чтобы исключить возможность масштабной вооруженной помощи южанам. С появлением, как и ожидалось, в Грузии Э. Шеварднадзе заметно изменилось поведение российской стороны на территории конфликта. 25 апреля внутренние войска покинули турбазу «Осетия» и вообще Южную Осетию. Ушли ночью, тайно. Большое количество оружия, списываемого в воинских частях, передавалось грузинской стороне. Война вступила в самую кровопролитную фазу. Бандитские формирования сменились отрядами Национальной гвардии.

Поток беженцев по Зарской дороге еще больше усилился. Но после событий 20 мая движение по «Дороге жизни» замерло.

20 мая 1992 года в 11.45 в результате варварского нападения грузинских вооруженных групп на транспортную колонну на трассе Цхинвал - Зар - Дзау было совершено зверское убийство мирных граждан - беженцев: женщин, детей, стариков, направлявшихся в Северную Осетию. 33 человека были в упор расстреляны прямо в машинах. Кровавое преступление совершила, по имеющейся у следственных органов информации, грузинская диверсионная
группа из села Кехви.

«С Зарской горы хлынули потоки осетинской крови на Чреба (старое название Цхинвала. - И. К). Соседи-людоеды поголовно истребили наших усталых беженцев. Больничная площадь заалела окровавленными телами. Все уголки Чреба огласили причитания... Плачьте, родные, у осетин мертвому почет воздают слезами!» - такие были выступления, плач-хъараг, на траурном митинге по погибшим на Зарской дороге. Он отразил состояние безмерного горя и ужаса, в котором находились люди в эти дни и на
юге, и на севере Осетии.

Были убиты:

1. Лалиев Игко Падоевич - 1919.
2. Кокоев Моска Алексеевич - 1925.
3. Джиоева Вардо Григорьевна - 1925.
4. Алборов Заур Васильевич - 1928.
5. Остаев Георгий Бибоевич - 1929.
6. Кумартиов Сослан Давидович - 1933.
7. Джиоев Георгий Алексеевич - 1933.
8. Кочиева Назират Сарбеговна - 1936.
9. Битиев Владимир Ектиевич - 1936.
10. Гаглоев Василий Георгиевич - 1939.
11. Цебоев Георгий Харитонович - 1942.
12. Алборова-Кочиева Ирина Ильинична - 1947.
13. Джиоева-Бестаева Земфира Вазноевна - 1947.
14. Качмазов Виталий Сергеевич - 1949.
15. Кабисов Виктор Димитриевич - 1949.
16. Чибиров Руслан Анатольевич - 1950.
17. Цебоева Наталья Георгиевна - 1950.
18. Гассиева Хадизат Захаровна - 1951.
19. Дзеранова Евгения Васильевна - 1951.
20. Сиукаева Земфира Викторовна - 1953.
21. Чочиев Ермак Елиозович - 1957.
22. Джиоев Андрей Маликоевич - 1960.
23. Кокоева Светлана Зауровна -1962.
24. Тедеев Маирбек Рубенович - 1962.
25. Джиоев Станислав Иванович - 1962.
26. Гаглоева Ирина Гавриловна - 1963.
27. Каиров Cepгей Таймуразович - 1963.
28. Кочиева Валентина Романовна - 1964.
29. Бязров Альберт Иванович - 1967.
30. Кокоев Леонид Ильич - 1971.
31. Бязырова Людмила Матвеевна - 1972.
32. Кабисов Батрадз Хазбиевич - 01.09.1981.
33. Кокоев Василий Александрович.

История № 6. Смерть на «Дороге жизни»
Утро 20 мая ничего из ряда вон выходящего не предвещало. Обычная для блокадного города картина: мгновенно раскупающийся хлеб в магазинах, парни с оружием, беженцы в ожидании любого транспорта. Серое, ветреное, ничем непримечательное утро. И только говорят, что накануне плакала икона Богородицы в храме...

Бесаева Арина Тенгизовна, 23 года:

- Погрузились в кузов грузовой машины, крытый брезентом. Нас было много, сорок, может быть, пятьдесят человек. Ехали стоя, поскольку сесть было невозможно из-за тесноты. Чуть дальше села Зар машина остановилась, и мы ждали, пока рассосется пробка. Поехали. Стали подниматься все выше в гору. Был туман, сквозь брезент, конечно, ничего не было видно, да и в голову бы никому не пришло выглядывать, нет ли на дороге грузинских боевиков. Все ведь до этого дня были уверены, что это наша дорога и она совершенно безопасна. Автоматные очереди ударили одновременно с двух сторон и, кажется, спереди тоже. Я подумала, что раз машина стоит, значит, водитель, наверное, убит. Прежде чем я успела это сообразить, на меня начали падать окровавленные люди. Никто не кричал, просто не успевали. В какое-то мгновение я подумала, что я, наверное, уже мертва, и не могла вспомнить, куда я ранена. Лежала под трупами и соображала. По звукам стрельбы я определила, что стрелявших было много, наверное, больше 20 человек. Обстрел продолжался минут десять, затем сразу стало очень тихо. Где-то слева плакала девочка, женский голос
приглушенно умолял ее замолчать. Снаружи сильный мужской голос крикнул по-грузински: «А ну выходите!» - и пустил еще одну очередь по машине. Затем кто-то крикнул: «Быстрей, уходим!» - и я услышала звуки быстро удалявшихся шагов. Под трупами завозились раненые. Мы стали потихоньку выползать из машины. Я увидела мужчину, убегавшего в сторону от грузовика. Он был в сапогах, с автоматом на плече, из-под камуфлированной куртки был виден белый свитер.

Плиева Марина Борисовна, Наниева Любовь Владимировна:

- Парень, который вытаскивал нас из-под трупов, был совершенно цел, даже не поцарапан, это просто чудо какое-то. Он вытащил своего младшего брата, помог спуститься нам, и мы быстро пошли, вернее, побежали прочь от страшной машины. Страх подгонял нас, мы не чувствовали своих ран: А с грузовика еще спустился, почти вывалился мужчина. Невозможно было разглядеть, куда он ранен, он был весь в крови. Сделал шаг, сразу упал и больше не поднимался. Мы пробежали мимо простреленного «Виллиса», к которому привалился совсем молодой парень, раненный в живот. Он крикнул нам, чтобы мы прислали кого-нибудь на помощь, потому что в машине были еще живые. Видимо, на этот крик он потратил все оставшиеся силы и упал ничком. Господи, кажется, в машине плакал ребенок!

Гаглоев Емзар Иосифович, 21 год:

- Я увидел их за несколько секунд до начала стрельбы. В камуфляже, с автоматами наперевес. Конечно, я решил, что это наши, раз они стояли так открыто. Первая очередь ударила по нашему «Виллису» спереди. Ира погибла мгновенно. Я успел кинуть Астемирчика на пол, и в ту же секунду несколько автоматов прошили машину с боков. Мои раны - в живот и плечо - не были смертельны. Я держал ребенка, прижимая его всем телом к полу. Астик не плакал, а кричал, заглушая стрельбу, что ему холодно, что ужасно мерзнут ноги, что он хочет к маме и еще всякую чепуху. У меня не было сил зажать ему рот, и пока он кричал, автоматы били и били в машину. Вдруг Астемир замолчал, сразу стихла стрельба, я потерял сознание. Очнулся от того, что ребенок теребил меня за волосы и что-то говорил. Из его бормотания я понял, что он согрелся, что ноги теперь совсем теплые и что мама, наверное, умерла. А сквозь штанишки сочилась и текла по ножкам теплая кровь. Пока я пытался выбраться из машины, он ползал по окровавленным пассажирам, слушал их хрипы, прикладывая ухо, и время от времени сообщал мне: дядя Жора жив, он дышит, а дядя Вася уже умер. Несколько раз попросил меня не умирать, не оставлять его одного.

Наконец я вывалился из машины и, цепляясь за двери, привстал. Надо было доползти до «бардачка» - кажется, дядя что-то говорил о гранате, которую прихватил с собой. Я добирался туда целую тысячу лет, несколько раз теряя сознание.

Придя в себя, я услышал шум подъезжавшей машины, она ехала со стороны Джавы, я поднял руку, крикнул: «Помогите!» Машина остановилась, сидевшие в ней двое мужчин переговаривались по-осетински и нерешительно поглядывали на меня. Астик плакал. Я показывал рукой на «Виллис» и объяснял, что там есть живые, что их надо спасти. Наверное, я все же был очень похож на труп, потому что тут произошло нечто совершенно непонятное: машина развернулась и быстро уехала обратно в сторону Джавы. Я смотрел ей вслед, и цифры номера прыгали у меня в глазах. Серая «Волга» старого образца. Лучше бы я умер. В следующий раз я очнулся от шума БТРа и испугался, что грузины вернулись. Ребята подбежали ко мне, подняли на руки и понесли. Родные лица, родная осетинская речь. С чувством безопасности пришли безразличие, усталость и отвращение. Я думал о том, что больше не хочу жить» («Вестник Южной Осетии», № 7, 1992 г.).
________________________________________________________________________________

10 июня 1992 года А. Галазов и С. Хетагуров встретились в Казбеги с Э. Шеварнадзе и Т. Китовани, ставшим его министром обороны. А. Галазова связывал с Шеварнадзе определенные надежды по «разрешению конфликта», как теперь было принято называть войну. Расстрел беженцев 20 мая Э. Шеварднадзе расценил как «войну против собственного народа, желание во что бы то ни стало развязать массовое кровопролитие, чтобы на гребне хаоса и анархии утвердить антинародный фашистский режим». В заявлении от имени Госсовета его председатель утверждал, что он не приемлет чуждый грузинскому народу фашизм, что грузинский народ смоет со своего имени это черное пятно. Немногим позже, выступая на многотысячном митинге в г. Гори, Э. Шеварднадзе признал, что «Грузия была не права в отношении осетин», и от имени всего грузинского народа попросил прощения у осетин за пролитую кровь и причиненные страдания. Среди прочих решений, принятых на встрече в Казбеги, было и решение о том, что6ы «разработать комплекс мер по возвращению беженцев в места постоянного проживания до наступления холодов».

В тот же день, во время переговоров с грузинской стороной, во Владикавказе было совершено нападение на воинские склады в с. Михайловском захвачены 12 самоходных орудий на вокзале г. Владикавказа. В это же время беженцами было совершено нападение на военный городок с целью захвата жилого дома, предназначенного для военнослужащих. Был арестован председатель Совмина Южной Осетии О. Тезиев, в багажнике машины которого было найдено несколько автоматов и боеприпасы с разграбленного воинского склада. Он, правда, был освобожден в тот же день. После событий 10 июня ситуация в Южной Осетии стала еще больше накаляться. В войне открыто принимали участие добровольцы из Северной Осетии во главе с Бибо Дзуццевым. Формировались новые отряды добровольцев, которые требовали у властей оружие. Общественное напряжение в Северной Осетии с каждым днем нарастало и, учитывая ингушский фактор, грозило перерасти в борьбу осетинского народа на два фронта.

В середине июня А. Галазов попросил Б. Ельцина лично принять участие в разрешении югоосетинской проблемы. Ельцин назначил встречу в Дагомысе на 24 июня. Соглашение, подписанное Ельциным и Шеварднадзе и завизированное Кулумбеговым и Галазовым, сейчас называют Дагомысским. На самом деле оно было подписано в Сочи, в резиденции Ельцина. Дагомыс был отменен из-за информации о возможном теракте. Подписанным «Соглашением о принципах урегулирования грузино-осетинского конфликта» предусматривалось создание Смешанной контрольной комиссии. Стороны договорились приступить к переговорам по экономическому восстановлению районов, находящихся в зоне конфликта, и созданию условий для возвращению беженцев. 14 июня 1992 года в Южную Осетию вошли миротворческие силы.

Кровопролитие было остановлено. И хотя будущее оставалось а6солютно неясным, жить в Южной Осетии уже было можно, и беженцы постепенно стали возвращаться. Миграционным службам на Севере и на Юге предстояло определить, кто уедет домой, а кто останется навсегда, и учитывать, что в перспективе беженцы из Грузии станут гражданами Северной Осетии.

Подводились итоги войны, существенно изменившей демографическую картину в Южной Осетии и в Грузии. По данным переписи населения СССР 1989 года, в Грузии проживало 164 тысячи осетин. Из них в Южной Осетии - 65,2 тысячи, остальные 98,8 тысячи осетин проживали во внутренних районах Грузии. Уже к 1993 году эта последняя цифра уменьшилась почти вдвое - до 45700 человек, а к 2002 году осетин в Грузии осталось 38 тысяч.

Таким образом, 61,5% осетинского населения собственно Грузии были изгнаны. В последующем очень многие из оставшихся также вынуждены были уезжать за ее пределы.

Больше всего осетин проживало в Тбилиси - 33 138 человек, количество которых к 1993 году сократилось до 16 тысяч человек, то есть было изгнано 52%, и в Гори - 8222, к 1993 году их стало 2800 человек - 66%.

В Карельском районе в 1989 году проживали 7802 осетина. На 1993 год их осталось только 1200 человек, то есть всего 18%.

К сожалению, мы не располагаем данными о количестве изгнанных из Горийского района. Этот район, как и Карельский, «лидирует» по масштабам наиболее жестоких убийств осетин. В начале конфликта осетины проживали в 97 селах Горийского района. Точные сведения о количестве изгнанных осетин по каждому селу собрать не удалось, но считаем, что имеющиеся данные по некоторым селам достаточно ясно отражают картину тех дней. Для большего удобства мы сгруппировали села по сельсоветам - тогдашним местным администрациям:
1. Бошурский с/с: села Ипнара, Тхинала, Габтиантубани - изгнаны все 38 семей (119 чел.). Села Ормоци и Гаантианиубани - 25 семей (54 чел.).
2. Сакаврийский с/с: села Сакаври, Цителцкаро, Пицеси, Дидтави, Лули, Земо, Ахалсопели, Надарбазеви, Гулхандиси, Пели - 166 семей (526 чел.). Все села полностью опустели.
3. Мгебрианский с/с: села Мгебриани, Сахорце, Тами, Окнени, Оди, Патара Чареби, Борцвана, Титнари, Чангаха, Диди Цери - 63 семьи (194 чел.).
4. Квахврельский с/с: села Авлеви, Велети, Урнеули - 38 семей (140 чел.).
5. Скрийский с/с: село Кокеби - 80 семей (180 чел.).
6. Атенский с/с: села Ведрети, Дре, Хандиси, Икнеби - 25 семей (90 чел.).
7. Зегдулетский с/с: село Зегдулет - 13 семей (64 чел.).

Всего только из приведенных 33 сел изгнаны 1248 человек. Ниже приводятся данные по Боржомскому, Карельскому и Тетрицкаройскому районам, в которых произведен подсчет количества изгнанных семей. Гуджаретское ущелье, населенное исключительно осетинами, жившими в девяти больших селах, опустело полностью.

Район - Количество изгнанных
Всего: Боржомский район - 564 семьи/2451 чел.

г. Боржоми - 41 семья/203 чел.
п. Бакуриани - 205 семей/992 чел.
Гуджаретское ущелье - 225 семей/820 чел.
с. Митарби - 102 семьи/460чел.
Всего: Карельский район и Карелии - 1977 семей
г. Карели - 200 семей
п. Агара - 177 семей
Тетрицкаройский район - 892 семьи

отличие от Гуджаретского ущелья, опустевшего в один день, Боржоми и Бакуриани жители покидали постепенно, в зависимости от интенсивности притеснений. Иногда только после потери членов семьи.

Джигкаева-Мамиева Кето из Бакуриани, живет в Заводском поселке во Владикавказе: «Я не хотела бежать. Жили мы с сыном очень тихо, никому не мешали, я думала, бандиты не вспомнят о моей семье. Одна дочь была замужем за грузином в Западной Грузии, вторая - за осетином, жила в Ахалцихе. 16 мая 1991 года я поехала вместе с сыном к дочери в Ахалцихе и осталась на месяц, вроде там было спокойней. Пришли как-то грузины и сказали: к вам приходят осетины, собирают оружие и отправляют в Цхинвал! Они посчитали, что четыре осетина вместе - это уже антигрузинское собрание. Дочери и зятя, Анзора, тогда не было дома. Нас избили, особенно моего мальчика, отняли все, что было ценного. Сына забрали с собой и пошли искать Анзора. В этот момент пришли мои внуки из садика, и я задержалась с ними, пока искала соседку, чтобы поручить ей детей, потом побежала босиком за отъехавшей машиной. Они приехали к дому сестры Анзора, вывели его оттуда. Их обоих, Анзора и моего сына Давида, посадили в машину и увезли в лес. Я не знала, что делать, куда бежать, и позвонила в милицию, у кого мне было просить помощи? Пропали мои дети. Их расстреляли.

Ночью сына бросили в реку, а зятя повесили мертвого. Анзора мы нашли сами, а сына нашел рыбак-грузин через две недели. После похорон мы с дочерью уехали в Северную Осетию, жили в гостинице «Дарьял», потом в общежитии и, наконец, получили домик в Заводском. Хочу забрать теперь и вторую дочь с детьми из Западной Грузии. Муж у нее умер. Кто их защитит, если что? Кто их знает этих грузин?!»

Разделение беженцев по районам Грузии, из которых они прибыли в Северную Осетию, к сожалению, было сделано Миграционной службой РСО - Алания только в 1997 году, когда картина уже не соответствовала первоначальному положению: многие беженцы смогли приобрести жилье, получили гражданство. Тем не менее можно сделать вывод о том, какой район являлся наиболее неблагоприятным для проживания там осетин в тот период.

Справка Миграционной службы Северной Осетии
о количестве беженцев из внутренних районов Грузии,
Южной Осетии и Абхазии, зарегистрированных на 01.05.1997

№. Наименование района и населенного пункта - Количество человек - Количество семей

1. г. Тбилиси - 7291 - 2545
2. Горийского район, г. Гори - 5830 - 1734
3. Карельский район, г. Карели - 4515 - 1407
4. Боржомский район, г. Боржоми - 1582 - 522
5. г. Рустави - 1579 - 477
6. Ахметский район, г. Ахмета - 1458 - 428
7. Лагодехский район, г. Лагодехи - 1136 - 372
8. Каспский район, г. Каспи - 1053 - 332
9. Хашурский район, г. Хашури - 1025 - 308
10. Тетрицкаройский район - 475 - 154
11. Мцхетский район, г. Мцхета - 413 - 126
12. Душетский район, г. Душети - 309 - 91
13. Гардабанский район - 282 - 84
14. Кварельский район, г. Кварели - 271 - 80
15. Телавский район, г. Телави - 219 - 68
16. Болнисский район, г. Болниси - 211 - 64
17. Гурджаанский район, г. Гурджаани - 188 - 64
18. Цителцкаройский район - 167 - 45
19. г. Кутаиси - 94 - 34
20. Ахалцихский район, г. Ахалцихе - 30 - 9
21. Марнеульский район, г. Марнеули - 16 - 7
22. Казбегский район - 13 - 4
23. г. Поти - 9 - 4
24. г. Батуми - 5 - 3
25. Зугдидский район, г. Зугдиди - 2 - 1
Итого по внутренним районам Грузии - 28176 - 9032
Абхазия - 236 - 93
Южная Осетия - 914 - 335


Из таблицы видно, что лидирует по количеству изгнанных осетин столица «демократической» Грузии - Тбилиси. Затем следуют Горийский и Карельский районы. Конечно, учет осложняется тем, что огромное количество беженцев самостоятельно распределялись по родственникам как в Северной Осетии, так и в Южной.

Всего в Южной Осетии в период 1991-1992 годов зарегистрировались более 15 000 беженцев и вынужденных переселенцев, покинувших места прежнего проживания в результате грузино-осетинского конфликта. Из них 10 148 человек прибыли из районов Южной Осетии, остальные же являются беженцами из внутренних районов Грузии.

Кроме того, по данным Южной Осетии, более 35 тысяч жителей сел Южной Осетии выехали в период боевых действий в РСО - Аланию, Россию. Однако далеко не всех ставили на учет: существовала даже негласная договоренность югоосетинского руководства с правительством Северной Осетии не регистрировать беженцев из Южной Осетии. Это объяснялось опасениями, что беженцы закрепятся в Северной Осетии надолго, и, кроме того, власти, конечно, рассчитывали на то, что смогут в короткое время отстроить с помощью советского руководства разрушенные и сожженные дома, покинутые жителями.

В Южной Осетии также менялась демографическая ситуация. С установлением мира миграция не прекратилась, просто покидавшие республику теперь были не беженцами, а мигрантами. Что касается беженцев, они тоже, естественно, старались как-то устроиться. Многие из них смогли приобрести жилье в городе, искали работу, пробовали заняться челночной торговлей, что стало самой популярной стратегией выживания в послевоенных условиях. Югоосетинские села в прошлом со смешанным населением теперь стали чисто грузинскими, собственно, они и образовали так называемый «анклав».

В смысле стабильности уровня населения Южная Осетия никогда не была особенно благополучной. Отток трудоспособного населения в поисках лучшей жизни наблюдался здесь и до войны. Тогда эта беспорядочная миграция никого не волновала, но с введением в обиход таких понятий, как «таможня», «граница» и т. д., количество передвижений возросло и приобрело односторонний характер. По официальным данным, в 1990-1993 годах из республики официально выписались 5349 человек. Тех же, кто уезжал, не выписавшись, но с намерением наладить жизнь в другом месте, было гораздо больше. Процент именно таких неучтенных мигрантов, выехавших в суматохе войны и где-то потом устроившихся, наиболее высок.

«Считалось предательством покидать Южную Осетию во время боевых действий. Казалось, главное - пережить войну, а там мы отстроимся, постепенно вернемся к мирной жизни и, может, даже начнем процветать. Но когда кончились бои, все оказалось не так просто, и, переждав напряженную полосу затишья, люди оказались перед вопросом: как быть дальше? Жизнь на некоторое время как бы потеряла смысл, который во время боев заключался в том, чтобы защищать родину. И вот этой самой родине уже оказались не нужны умеющие стрелять руки. Разбитой родине нужны были строители, готовые работать так же бескорыстно, как и жертвовать жизнью, поскольку платить было нечем, кроме как пустыми гильзами да неистребимым запахом дыма пожарищ.

Вынужденный мигрант, отказавшийся получить статус беженца Р.А. педагог, выехал с семьей в Россию: «Страшно не хотелось уезжать. Сначала я думал: поеду, подзаработаю и вернусь. Но шла воина, двое моих малышей уже кашляли от долгого пребывания в подвале, деньги давно кончились и негде было взять. Школа, в которой я работал, осталась в грузинской зоне, в городе для меня работы не нашлось. Оружия у меня не было, да и если бы даже было, моя сильная близорукость делала меня бесполезным на этой войне. Я уехал в Россию, в провинцию, устроился неплохо - здесь нехватка педагогических кадров, квартиру обещают. Когда еще я вернусь домой, да и вернусь ли?»

В наиболее неблагоприятный первый послевоенный год в Южной Осетии наблюдалась сильная утечка кадров медицинских, специалистов разного профиля и т. д. Вот официальные данные Комитета по социальной защите правительства РЮО: в июне 1993 года, через год после окончания войны, в республике насчитывалось 6 тысяч безработных, кроме того, 4 тысячи человек фактически не работали, хотя трудовых соглашений не расторгали и числились рабочими неработающих предприятий. Еще 9 тысяч - на полном государственном обеспечении, это беженцы» (Газета «Ард», № 3, июнь, 1993 г.).

Рост уровня миграции объяснялся не только безработицей и экономическими проблемами. Неопределенность политического будущего Южной Осетии, отсутствие перспектив, специфический послевоенный рост преступности - вот сильнейшие факторы, побуждающие людей уезжать.

Имеющиеся законы не гарантировали безопасность бизнеса, поскольку не выполнялись. Оставшееся на руках у вчерашних защитников республики большое количество личного, нигде не учтенного оружия в условиях безработицы и слабости властей неизбежно приводило к вооруженным «разборкам». Часть молодых людей и отцов семейств уезжали в Северную Осетию, в другие российские регионы - на заработки. Большое количество семей оказались временно неполными.

Неожиданно в сентябре 1993 года война напомнила о себе страшным событием: рядом с селом Ередви была обнаружена братская могила 12 осетин, взятых в заложники грузинскими бандитами в марте 1991 года и похороненных заживо.

История №7. Пропавшие без вести
Тедеева Зарина Викторовна, председатель благотворительного фонда «Память» Комитета семей погибших, без вести пропавших и раненых: «Прапорщик Ушанг Гиголаев, служивший в саперной части в Цхинвале, 18 марта 1991 года нанял военный «Урал», собираясь в Чере проведать родителей. К нему собрались попутчики, сели в машину. Гиголаев, двое русских военнослужащих и шофер были вооружены. Машина направилась мимо Ередви через Ксуис в Чере. В Ередви стоял грузинский пикет, но их не остановили. В Дменисе и Сатикаре с машины сошли тамошние жители. Те, кто собирался поехать обратно в город, должны были ждать машину после ее возвращения из Чере. У села Дменис стояло много народу, велись тревожные разговоры о том, что происходило в эти два дня. «Разве можно сейчас ехать через Ередви!» - говорили люди пассажирам. Накануне четверо грузин, ехавших на бензовозе, были убиты, причем они были сожжены, в том числе некий Миндиашвили Мераб по кличке Виро (по грузински - «ишак» - И. К), отличившийся особой жестокостью и зверствами:
это он добил учителя Дмитрия Кочиева, которого, избитого, с переломом позвоночника, «скорая» везла из Курта. Он застрелил его прямо в машине, а его 15-летнего сына, ехавшего с отцом в больницу, заставил глотать осколки выбитого стекла. Бандиты рвались отомстить за своего Виро, ехать 6ыло опасно. Но мужчины вернулись в машину, боясь показаться трусами. В машине было 25 человек. У села Ередви, там, где есть переход через мост в сторону с. Берула, поперек дороги стоял трактор. Машина не успела отъехать назад, к ней подскочили грузинские бандиты, сорвали тент, ворвались в кузов и, избивая железными прутьями всех подряд, скинули на землю. Ивану Догузову, который крикнул русским: «Стреляйте! Стреляйте!», нанесли смертельный удар, он скончался сразу. Через некоторое время женщин с детьми зашвырнули обратно в кузов и отпустили машину. Оставшихся продолжали избивать. Машина приехала на турбазу, где стояли внутренние войска. Спасшиеся женщины в истерике требовали помощи задержанным мужчинам, но военные отказались что-либо предпринимать. Из мужчин спаслись водитель, двое русских и Гиголаев, сидевшие в кабине. Они даже не пытались стрелять. Лишь программа «Время» вечером того же дня сообщила, что в Ередви были задержаны 12 осетин и уведены в неизвестном направлении. В сообщениях об этом случае подчеркивалось, что люди были задержаны в рейсовом автобусе - чтобы отвести недовольство от военных, которые не приняли мер по недопущению расправы над людьми. Пленных возили по грузинским селам и кричали: «Эй, кто хочет осетинской крови?» Но люди закрывали двери и окна. В Мегврекиси их отвезли в штаб, потом вернули обратно и повезли к отцу того самого Виро, но он не захотел принимать участия в убийстве, сказав, что не знает, кто убил его сына. И тогда их отвезли обратно в Ередви, сбросили в яму, засыпали ее и разровняли трактором. На второй день, 19 марта, скончался от инфаркта Дмитрий Гагиев, отец братьев Гиви и Таймураза, попавших к грузинам в числе тех двенадцати. Родственники вели поиски, как могли, находили пути для розысков по тюрьмам всей Грузии, получив информацию, что в числе бандитов были бывшие уголовники. Поиски вела и следственная группа прокуратуры СССР. Захоронение нашли 26 сентября 1993 года. В первый день были найдены останки пяти человек. Место другого общею захоронения было указано грузином, жителем Ередви, который издали наблюдал за происходящим. Когда останки уже увозили, он незаметно быстро спустился вниз и обозначил место общей могилы камнями. Там и были найдены останки других семи человек 28 сентября. У всех убитых были сломаны ребра, у некоторых - позвоночники, тела были полуобоженные, там же в яме нашли оплавившуюся канистру из-под бензина. Руки и ноги были связаны проволокой».

Список погибших:
1. Джанаев Ибрагим Абдулович - 1965.
2. Гобозав Омар Давидович - 1958.
3. Техов Махар Мелитонович - 1965.
4. Техов Чермен Каргоевич - 1972.
5. Техов Адам Виссарионович - 1924.
6. Гиголаев Мурат Захарович - 1965.
7. Гиголаев Ибрагим Кузьмич - 1964.
8. Гиголаев Альберт Согратович - 1963.
9. Гагиев Гиви Дмитриевич - 1968.
10. Гагиев Таймураз Дмитриевич - 1957.
11. Догузов Важа Георгиевич - 1952.
12. Догузов Иван Михайлович - 1958.

Причастность осетин к убийству группы головореза Виро так и не была доказана. Но Ередвские заложники были не единственными жертвами мести за его смерть. Помимо особо жестоких убийств, о которых мы уже говорили, в ходу у грузинских бандитов были не присущие христианам ритуальные убийства, принесение осетин в жертву на могилах убитых грузин. В годовщину смерти Мераба Миндиашвили, того самого Виро, 14 марта 1992 года, грузины захватили Багаева Зураба Петровича, 1970 года рождения, жителя села Хахет Дзауского района. Это село во время землетрясения 29 апреля 1992 года полностью исчезло под огромным оползнем. Зураб Багаев - один из двух спасшихся жителей села, он был в Цхинвале в это время. 14 марта он шел к своим родственникам, проживающим близ Красной Церкви в Цхинвале, расположенной недалеко от въезда в с. Тамарашени. В ночной мгле его захватила группа грузин из Тамарашени. Есть сведения, что Зураб Багаев был ритуально убит на могиле Виро.

Маргиев Саркис Чагаевич, житель села Меджврисхеви, был также ритуально убит на кладбище в с. Бершует на могилах грузин, погибших во время нападения на с. Цинагар...
#1 написал: славик (21 мая 2009 19:59)
я из лагодехского района село верхи хечили в момент трагедии меня там небыло служыл в армии нограждан много пропало из нашего колхоза пона и соседних сел тоже всех не перечесть а сегодня там ксожелению уже никого нет все уехали кто куда . спосибо за внимание

славик,
славик,

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
  Информация

Идея герба производна из идеологии Нартиады: высшая сфера УÆЛÆ представляет мировой разум МОН самой чашей уацамонгæ. Сама чаша и есть воплощение идеи перехода от разума МОН к его информационному выражению – к вести УАЦ. Далее...

  Опрос
Отдельный сайт
В разделе на этом сайте
В разделе на этом сайте с другим дизайном
На поддомене с другим дизайном


  Популярное
  • Победила «Оцифровка». «Ростелеком» выступил партнером форума молодых журналистов в Северной Осетии
  • Островский по-болгарски
  • Александр Сокуров: Бороться за силу просвещения
  • Работы осетинских художников 1920-х годов
  • Вахтанговская премьера владикавказской «Кармен»
  • В музее – «Легкое головокружение»
  • Подарок от Бориса Мессерера
  • Очаг Фатимы
  • Берега вечности истинной поэзии
  • Весенние краски «Молодости Осетии»
  •   Архив
    Апрель 2017 (39)
    Март 2017 (56)
    Февраль 2017 (51)
    Январь 2017 (62)
    Декабрь 2016 (65)
    Ноябрь 2016 (23)
      Друзья

    Патриоты Осетии

    Осетия и Осетины

    ИА ОСинформ

    Ирон Фæндаг

    Ирон Адæм

    Ацæтæ

    Осетинский язык

    Список партнеров

      Реклама
     liex
     
      © 2006—2017 iratta.com — история и культура Осетии
    все права защищены
    Рейтинг@Mail.ru