Согласно представлениям осетин, мужчина достигал оптимума жизненной силы в тридцать лет — qomyl ("мощный, всесторонне сильный"), æhhæst læg ("завершенный мужчина") — и этот уровень сохранялся до сорокапятилетнего возраста. После сорока пяти лет мужчина слабеет — lædjy qom sæfy ("мужская мощь теряется"), læg fæstæmæ cæwy ("мужчина идет назад", к немощности). То есть жизнь мужчин представлялась как "путь вверх", с того времени, как в три года они еще мальчиками начинают coggag —"отправляются в мужчины". По возрастной иерархии qomyl, мужчины "доходят" до пика, после чего "идут назад" — к немощности. И так же, как "биологическое" рождение мужчины отличается от рождения его дееспособности qom — на три года по времени, так и "смерть" его дееспособности наступает раньше физической смерти. А восходящие и нисходящие ступени мужских культов, на всем протяжении дееспособности qomyl от социального рождения и до социальной смерти, составляли суть обучения и освящения в обрядах Нартамонга. О некоторых его чертах сказано в первой главе, здесь добавим еще одну.

В праздник Nog Bon ("новый свет", то есть Новый Год) устраивался особый "танец мужей" Nærton Simd ("Симд нартов"), представлявший одновременно и кувд, пир-моление. Мужчины от тридцати до сорока пяти лет составляли огромный круг в два яруса [344], по другим данным — в три, ярусы стояли на плечах друг друга. Танец продолжался всю ночь, а в эпосе — три дня или семь дней. На ныхасе, при решении очень важных вопросов, мужчины от тридцати до сорока пяти лет стояли в непосредственной близости от стариков и именно они вели дискуссию. Мужчин этого возраста называли fenæg — "ветераны, повидавшие". Но стать таковыми они могли только пройдя все три ступени походов: годичный поход при вступлении в брак; затем трехлетний поход и, по-видимому, оба заканчивались к возрасту до двадцати трех лет. Поскольку по идее всей схемы, в тридцать лет должен был достигаться пик дееспособности qomyl, в двадцать три года отправлялись в третий — семилетний поход. Этим достигался уровень воинской дееспособности hæstqom, после чего мужчины становились всесторонне дееспособными qomyl, уважаемыми и все повидавшими ветеранами.

В эпосе в семилетние походы отправлялись только narty guppyrsartæ — "выпуклоголовые из нартов", самые отборные мужи. И если учитывать обычай искусственного вытягивания черепов у аланской аристократии, можно предположить, что аристократами становились только те, кто ходил в многолетние походы — это было их привилегией.

Можно полагать, что ступени воинского посвящения начинались с достижения трудовой полноценности kwystqom в семнадцать лет, когда отправлялись в годичное брачно-военное предприятие, а затем в трехлетний поход, и оба похода занимали по срокам первый семилетний цикл воинского периода. Второй семилетний цикл этого периода был весь занят походом, в который отправлялись в возрасте двадцать три года, то есть воинский период длился два семилетних цикла, как и трудовой. Такая система воспитания вписывается в контур жизни общества, для которого война и походы были своего рода индустрией, столь же регулярным промыслом, как скотоводство и земледелие, но с решающим влиянием на социальные процессы.

А.А. Чочиев "НАРТЫ - АРИИ И АРИЙСКАЯ ИДЕОЛОГИЯ", Москва 1996