поиск в интернете
расширенный поиск
Иу лæг – æфсад у, дыууæ – уæлахиз. Сделать стартовойНаписать письмо Добавить в избранное
 
Регистрация   Забыли пароль?
  Главная Библиотека Регистрация Добавить новость Новое на сайте Статистика Форум Контакты Реклама на сайте О сайте
 
  Строим РЮО 
Политика
Религия
Ир-асский язык
Образование
Искусство
Экономика
  Навигация
Авторские статьи
Общество
Литература
Осетинские сказки
Музыка
Фото
Видео
  Книги
История Осетии
История Алан
Аристократия Алан
История Южной Осетии
Исторический атлас
Осетинский аул
Традиции и обычаи
Три Слезы Бога
Религиозное мировоззрение
Фамилии и имена
Песни далеких лет
Нарты-Арии
Ир-Ас-Аланское Единобожие
Ингушско-Осетинские
Ирон æгъдæуттæ
  Интересные материалы
Древность
Скифы
Сарматы
Аланы
Новая История
Современность
Личности
Гербы и Флаги
  Духовный мир
Святые места
Древние учения
Нартский эпос
Культура
Религия
Теософия и теология
  Реклама
 
 
1919 ГОД
Автор: 00mN1ck / 22 августа 2007 / Категория: Южная Осетия в коллизиях российско-грузинских отн.
Новый 1919 год был одним из самых тяжелых в политической ис­тории Осетии XX века. Он был предсказуем, и к нему тщательно готовились как в Северной Осетии, так и в Южной. Здесь хорошо понималось то прямолинейное восприятие, которое склады­валось вокруг политического положения Осетии, являвшейся якобы форпостом русского большевизма. Не было сомнения в том, что российские белогвардейские патриотические силы, концентрировавшиеся на Северном Кавказе, обрушатся, преж­де всего, на Северную Осетию, занимавшую центральное стра­тегическое положение на Кавказе. О вооруженном походе на Осетию открытые заявления делали и представители грузинско­го правительства. В начале 1919 года из этих двух опасностей главной считалась грузинская агрессия, ставившая перед собою задачи, связанные с организацией геноцида осетинского наро­да; идеи о геноциде рождались в подтверждение тезиса о том, что нет «никакой Южной Осетии», а есть только Грузия.

В январе 1919 года газета «Народная власть» сообщала о формировании «Горского революционного отряда». Он созда­вался из осетин Северной и Южной Осетии. Основная задача, ставившаяся перед вооруженным отрядом, состояла в «охране Военно-Осетинской дороги и защите революции». Стоит пояс­нить - в Северной Осетии отношение к революции и Советской власти, как, впрочем, и белогвардейскому патриотическому движению, было неоднозначным. Здесь не было той политичес­кой монолитности, какою отличалась Южная Осетия. Что касает­ся горского революционного отряда, то его создавали в основ­ном революционные силы Южной и Северной Осетии. Очевид­но, речь шла об организации совместной обороны, так необхо­димой перед надвигавшимися опасностями. В совместную сис­тему обороны входили также строительные дорожные работы на Рокском перевале. В газете «Кавказское слово» в начале февра­ли 1919 года сообщалось, что «с Лиахвского ущелья через гор­ный Рокский перевал прокладывается огромная аробная дорога к Северному Кавказу». Согласно упомянутой газете, строитель­ные работы начались еще в 1918 году: «... в Джавском ущелье, -писала газета, - ежедневно работает 500 осетин для проведения новой дороги». «Кавказское слово» в строительстве дороги ви­дело политическую составляющую как главное. По оценке газе­ты, Южная Осетия «в действительности отпала от Грузии и не подчиняется ее правительству». Ее журналист не скрывал своей враждебной настроенности к осетинам и, сообщая о строитель­стве дороги, соединявшей две части единой Осетии, подчерки­вал: «Осетины открывают русским новые двери в Грузию, а ключи от этих дверей кладут к себе в карман». Газета «Кавказс­кое слово» призывало грузинское правительство Н. Жордания «немедленно же сделать твердый шаг и теперь же приостано­вить проведение Рокского пути», чтобы предотвратить объеди­нение Южной и Северной Осетии. Стоит обратить внимание еще на одну очень важную особенность грузинского общества, где ведущей социальной силой являлась грузинская «образованная знать». Речь идет об «исключительном праве» Грузии быть неза­висимой и свободной, - это был главный политический мотив правительства Н. Жордания, - но точно такое же право здесь, в Тифлисе, никак не желали признать за осетинским и абхазским народами. Обычно подобное политическое явление рассматри­валось как националистическое.

С декабря 1918 года, с VI съезда осетинского народа, и до мая 1919 года в Южной Осетии не было сколько-нибудь замет­ных общественно-политических событий, которые бы «раздра­жали» грузинские власти, если, конечно же, не считать строи­тельные работы на Рокском перевале. Следует отметить -доро­га, о которой так много говорили в Тифлисе, строилась не толь­ко с идеей объединения Южной и Северной Осетии и организации совместной обороны, но и по другой, не менее важной при­чине: в Грузии публично было принято говорить об осетинах, как о врагах Грузии, и звучали призывы к физическому истреблению осетинского народа. На памяти у жителей Кавказа были свежи еще воспоминания, когда в 1915 году Турецкое правительство уничтожило около двух миллионов армян. В Южной Осетии, где хорошо знали, на какие насилия способны грузинские тавады, возглавившие правительство Грузии, больше всего опасались не столько порабощения, сколько физического истребления на­рода. В связи с этим строительство дороги через Рокский пере­вал, как единственной коммуникации, по которой можно было отступить, рассматривалось также на случай массового геноци­да осетин.

Как и ожидалось, военные события не заставили себя долго ждать. 4 мая 1919 года по распоряжению грузинского прави­тельства Жордания начальник цхинвальского воинского отряда генерал Каралов приступил к подготовке похода в Южную Осе­тию. Поводом для этого послужило создание в Южной Осетии Национального Совета, бравшего на себя неформальное руко­водство осетинским крестьянством. В вооруженном нашествии на Южную Осетию генерал Каралов на самом деле видел не только задачу «в корне разрушить» Осетинский национальный Совет, но и «пройти с войсками» Грузии «весь южно-осетинский район»; естественно, не для «прогулки», а с карательными це­лями.

12 и 13 мая грузинские войска вошли в Южную Осетию и ок­купировали ее территорию. Задолго до этого, с момента, как стали в Грузии обсуждать вопрос о геноциде осетин, Националь­ный Совет обратился к местному населению не вступать в воору­женные конфликты с Грузией, чтобы не дать повода властям Жордания начать военные действия. Грузинские войска, тща­тельно готовившиеся к походу и прихватившие тяжелую артил­лерию, вступили в Южную Осетию, не встретив ни единого выст­рела. Расположившись в осетинских обществах, войска заня­лись тем, чем обычно занимались экзекуторы, - грабили, наси­ловали, разбойничали на территории всей Южной Осетии. Про­изводивший дознание ротмистр Ушваридзе, как официальное лицо, провел расследование разбойного поведения войск, став­шего известным за пределами Грузии. Газета «Молот» писала, что «карательный отряд князя Каралова до самого последнего времени находился в Осетии, где творил бесчинства над непо­корным населением». Эта же газета сообщала, что «со всех сто­рон из всей Осетии» направлялись делегации в Тифлис, выража­лись публичные протесты, требуя вывода грузинских войск, и только после этого грузинское правительство было вынуждено отозвать свои войска. После похода грузинского князя Каралова в Осетию в печати открыто стали писать о «воинствующем импе­риализме» грузинских националистов, - о том, что «социал-де­мократический шовинизм грузинских меньшевиков в этом деле побил рекорд». Правительству дворянина Жордания, называв­шего себя социал-демократическим - такое «определение» слу­жило вывеской - на самом деле в своем абсолютном большин­стве состояло из тавадов или же из лиц, близко стоявших к фео­дальной среде. Оно выражало крайне реакционную националь­ную концепцию строительства грузинского государства. На во­оружении правительства были в основном громкие лозунги и ре­волюционно-демократические заявления, при этом оно остава­лось сугубо феодальной конструкцией, глубоко лживой и потому хилой и явно временной. Одним из наиболее «ярких» представи­телей окружения Н. Жордания был небезызвестный А.И. Чхенкели. Публицист тех времен Арцу Тохов называл его «зоологичес­ким типом грузинских меньшевиков». На конгрессе социалистов в Амстердаме и Берне Чхенкели, нимало не смущаясь, заявлял об «укреплении завоеваний революции в Грузии», о раздаче крестьянам земли, якобы «отнятой у помещиков», о реализации принципов «национального самоопределения нацменьшинств». Газета «Молот» писала по этому поводу, что Чхенкели умолчал о грузинизации «всех учреждений и государственных служб», при этом добиваясь включения в состав грузинского государства малых народов, чтобы «растворить малые нации в державном уг­нетении грузинской нации».

Отвод грузинских войск из Южной Осетии не означал снятия с осетинских обществ военного контроля грузинского прави­тельства. В Цхинвальском и горных районах Южной Осетии оста­валось до начала осени 1919 года 100 милиционеров; в октябре этого же года эти силы были подкреплены батальоном регуляр­ных войск. Таким образом, в 1919 году Северная и Южная Осе­тия были оккупированы с одной стороны деникинскими войска­ми, с другой - вооруженными силами правительства Жордания. Последние не ограничивали свои функции оккупационным конт­ролем над политическими процессами в Южной Осетии. В их за­дачу входило также овладение главными коммуникациями - Во­енно-Грузинской и Военно-Осетинской дорогами, пролегающи­ми через Осетию. Особый интерес для правительства Грузии представлял Рокский перевал, контроль над которым позволял предотвратить объединение Южной Осетии с Северной Осети­ей. В связи с этим Тифлис в этом районе держал дополнитель­ные воинские силы, фактически поставленные на содержание местного населения. Вскоре здесь, в районе Рокского перевала, организовалось повстанческое движение, направленное на изг­нание оккупационных грузинских войск. Повстанцы смогли разо­ружить посты грузинских сил, свергнуть местную власть, уста­новленную в районе Горийским уездным начальником. Повстан­ческое движение разворачивалось и в других районах Южной Осетии, но оно жесткими мерами подавлялось оккупационными войсками Тифлиса. Ситуация для повстанцев осложнялась тем, что югоосетинский крестьянский «большевизм», суть которого заключалась в освобождении от засилья грузинского феодаль­ного «меньшевизма», был окружен с двух сторон - на севере генералом Деникиным, на юге -дворянином Жордания.

"Южная Осетия в коллизиях российско-грузинских отношений" М.М. Блиев. 2006г.

при использовании материалов сайта, гиперссылка обязательна
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
  Информация

Идея герба производна из идеологии Нартиады: высшая сфера УÆЛÆ представляет мировой разум МОН самой чашей уацамонгæ. Сама чаша и есть воплощение идеи перехода от разума МОН к его информационному выражению – к вести УАЦ. Далее...

  Опрос
Отдельный сайт
В разделе на этом сайте
В разделе на этом сайте с другим дизайном
На поддомене с другим дизайном


  Популярное
  • Танец… на крупе лошади
  • Мариинские вечера
  • В Сочи стартовала V ежегодная конференция «Взгляд в цифровое будущее»
  • О родном слове
  • Популярность точек доступа Wi-Fi, построенных по проекту устранения цифрового неравенства, резко выросла после обнуления тарифов
  • Аншлаг за аншлагом
  • Заслуженному артисту РФ Бексолтану Тулатову – 85
  • Директором по организационному развитию и управлению персоналом МРФ "Юг" ПАО "Ростелеком" назначен Павел Бугаев
  • Константин Боженов возглавит работу с корпоративным и государственным сегментами в «Ростелекоме» на Юге
  • "Разговор с Отечеством"
  •   Архив
    Октябрь 2017 (32)
    Сентябрь 2017 (55)
    Август 2017 (33)
    Июль 2017 (29)
    Июнь 2017 (44)
    Май 2017 (36)
      Друзья

    Патриоты Осетии

    Осетия и Осетины

    ИА ОСинформ

    Ирон Фæндаг

    Ирон Адæм

    Ацæтæ

    Осетинский язык

    Список партнеров

      Реклама
     liex
     
      © 2006—2017 iratta.com — история и культура Осетии
    все права защищены
    Рейтинг@Mail.ru