Коренной народ Осетии сохранил традиции и обычаи веры предков, своей национальной религии, имеющей свои истоки в духовном мире древних арийских народов. Осетины через века пронесли свое целостное религиозное мировоззрение, духовную практику, ритуалы, обряды. Как и много веков назад осетины возносят общественные молитвы к Богу в Священных рощах, в сложенных на высотах дзуарах. Священная трапеза – Куывд, три пирога и пиво, приготовленные для обряда молитвы, сакральные жертвоприношения, свойственные нашей традиционной религии, продолжают оставаться наиболее естественной для абсолютного большинства осетин формой религиозной практики. В последние годы все большее число молодых осетин проявляет активный интерес к духовному наследию своих предков, осознаёт значимость родной культуры и религии. В республике уже официально зарегистрированы две религиозные организации осетинской традиционной веры. Таким образом, многотысячелетняя религиозная традиция осетинского народа получила институциональную форму, которая позволит ей занять достойное место в нашем современном обществе, соответствующее ее значению в духовно-нравственном пространстве осетинской нации.

При этом осетинский народ всегда отличался уважением и терпимостью к иным религиозным течениям, организациям и общинам, существующим в республике. Как известно, в Осетии легко прижились христианство и ислам в самых различных формах и видах. Отрадно, что их последователи вполне комфортно чувствуют себя в нашей республике.

Однако хотелось бы рассчитывать на то, что представители этих конфессий также будут проявлять уважение к святыням осетинской традиционной религии, к ее основополагающим концепциям и духовным практикам. К сожалению, не всегда это имеет место. Так, наше внимание не мог не привлечь комментарий благочинного православных церквей РСО-А Василия Шауэрмана, который был размещен в ходе его он-лайн пресс-конференции на портале «15-й регион» 16 июля с.г. В ходе конференции был получен вопрос некоего Асланбека о том, как он (благочинный) относится к идее возрождения в Роще Хетага христианской часовни, которая там якобы исторически располагалась. Высокопоставленный православный священнослужитель дает неожиданный и труднообъяснимый ответ: «Конечно положительно. Роща Хетага - свидетель чуда, которое совершил Бог по молитве к святому Георгию. Конечно, это место должно быть, в первую очередь, местом молитвенного обращения к Богу и святому Георгию».

Во-первых, следует отметить, что нигде в научной и иной литературе, в этнографических описаниях не упомянуто о существовании какой-либо христианской часовни в Роще Хетага. Более того, любые священные рощи, соответственно и Роща Хетага, в православии считаются местами поклонения языческим богам. Так, в Библейской энциклопедии сказано: «Для принесения жертвы языческим лжебогам жертвенники часто устроялись в рощах и на высотах». Тем большее недоумение вызывает та готовность г-на В.Шауэрмана, с которой он подхватывает идею «христианизации» не только осетинской священной рощи, но и самого культа Уастырджи. Остается только надеяться, что речь идет о случайной оговорке благочинного, о неточности его формулировок, связанной с форматом интернет-общения.

Предлагаем принять к сведению, что у большинства осетин есть собственная национальная религия, и нам совершенно безразлично, какой статус «присваивают» ей некоторые наши неграмотные или недоброжелательные оппоненты. Мы-то знаем, что у нас есть наша самобытная монотеистическая религиозная идеология, и мы намерены отстаивать ее право на существование и развитие.

На высотах и в рощах находятся дзуары осетинской традиционной веры. Роща Хетага – дзуар Уастырджи, место общественных молитв адептов традиционной осетинской веры, их обращения к Богу и к Уастырджи. Нашим согражданам-христианам следует раз и навсегда понять, что православный святой Георгий и великий небесный покровитель Осетии Уастырджи – это в чем-то схожие, но все же принципиально разные персонажи разных религиозных миров.

Мы, представители Оргкомитета Северо-Осетинской республиканской религиозной организации «Уацдин» хотели бы выразить надежду на то, что любые попытки узурпации святынь осетинской традиционной веры и дискредитации ее духовных начал и религиозных практик, которые могут привести к появлению напряженности в межнациональных и межконфессиональных отношениях, будут исключены из планов представителей других конфессий.