поиск в интернете
расширенный поиск
Иу лæг – æфсад у, дыууæ – уæлахиз. Сделать стартовойНаписать письмо Добавить в избранное
 
Регистрация   Забыли пароль?
  Главная Библиотека Регистрация Добавить новость Новое на сайте Статистика Форум Контакты Реклама на сайте О сайте
 
  Строим РЮО 
Политика
Религия
Ир-асский язык
Образование
Искусство
Экономика
  Навигация
Авторские статьи
Общество
Литература
Осетинские сказки
Музыка
Фото
Видео
  Книги
История Осетии
История Алан
Аристократия Алан
История Южной Осетии
Исторический атлас
Осетинский аул
Традиции и обычаи
Три Слезы Бога
Религиозное мировоззрение
Фамилии и имена
Песни далеких лет
Нарты-Арии
Ир-Ас-Аланское Единобожие
Ингушско-Осетинские
Ирон æгъдæуттæ
  Интересные материалы
Древность
Скифы
Сарматы
Аланы
Новая История
Современность
Личности
Гербы и Флаги
  Духовный мир
Святые места
Древние учения
Нартский эпос
Культура
Религия
Теософия и теология
  Реклама
 
 
СОСЛАН-ДАВИД ЦАРАЗОН В ИСТОРИИ ГРУЗИИ И ОСЕТИИ: ФАКТЫ И ГИПОТЕЗЫ
Автор: 00mN1ck / 16 июня 2007 / Категория: Авторские статьи
СОСЛАН-ДАВИД ЦАРАЗОН В ИСТОРИИ ГРУЗИИ И ОСЕТИИ: ФАКТЫ И ГИПОТЕЗЫ

В конфликтах, где одним из мобилизационных ресурсов является
использование этнического (национального) фактора, исторический
дискурс всегда играет большую роль. Для таких конфликтов, как
грузино-осетинский, где роль этнонационального фактора
возрастает до определяющих размеров, борьба за утверждение
собственной версии истории является необходимым элементом
организуемого политического процесса. Можно согласиться с
выводом доктора исторических наук, главного научного сотрудника
Института этнологии и антропологии РАН В.А. Шнирельмана, который
пишет: «Представления об отдаленном или не столь отдаленном
прошлом служат важным политическим орудием и широко используются
идеологами и политиками»1.
Политическая судьба южных осетин в ХХ веке является ярким
тому примером. В новейший период своей истории южные осетины
столкнулись с необходимостью, во-первых, отстаивать давно
установленные и даже само собой разумеющиеся факты своей истории
от фальсификаторских поползновений части грузинских
интеллектуалов и, особенно, историков, обслуживающих национал-
экстремистские установки грузинских инициаторов грузино-
осетинского конфликта, а во-вторых, прояснить малоизученные
периоды своей истории и предложить цельную, научно
аргументированную ее версию обществу. Процесс этот сопровождался
и неизбежными при таких обстоятельствах конструктивистскими
построениями отдельных авторов, призванными скорректировать
историческую картину в нужном направлении, «достроить» ее до
требуемых, определяемых и задаваемых грузино-осетинским
конфликтом параметров.
Мы, вслед за В.А. Тишковым, «исходим из того, что история как
осмысленная версия – это современный ресурс, и в принципе каждое
новое поколение пишет свою собственную историю, как и в каждом
поколении присутствуют конкурирующие версии с разными шансами
стать если не единственными, то хотя бы доминирующими. Многие из
исторических версий – это те же политические лозунги, но только
в форме академического нарратива или псевдоакадемических
сочинений»2. Вместе с тем, нельзя упускать из виду то
обстоятельство, что в пылу историко-идеологического
противоборства, стремясь к максимально результативному
исполнению политического заказа, ученые и журналисты зачастую
игнорируют даже безоговорочно принятые ранее научным сообществом
исторические данные, отметают самоочевидные для их оппонентов
обстоятельства: ведь история, в первую очередь, все же является
наукой, т. е. всегда содержит в себе надежно фиксированные и
достоверно выясненные исторические знания. Для грузино-
осетинского конфликта учет этого фактора обязателен, так как с
этой точки зрения позиции сторон существенно разнятся: для
формирования «исторического аргумента» в пользу своих
политических устремлений политизированной части грузинских
интеллектуалов приходится прибегать к сильным натяжкам,
умолчаниям относительно неудобных для них фактов, а порой и к
прямым фальсификациям. Что же касается осетинских
интеллектуалов, то для отстаивания своих научных и политических
позиций им в целом оказывается достаточной защита имеющихся
исторических фактов в отечественной науке, включая и результаты
исследований ведущих грузинских ученых.
Роль «исторического аргумента», таким образом, весьма высока
для мобилизационных усилий сторон в конфликте и приближения к
продекларированным историко-политическим целям. «Именно
исторический фактор, – утверждает известный ученый-кавказовед
Ю.С. Гаглойти, – является решающим аргументом в проблеме
легитимизации Республики Южная Осетия и грузино-осетинском
(югоосетинском) конфликте в целом. Аргумент этот заключается в
том, что, согласно более чем достоверным свидетельствам греко-
латинских, древнегрузинских и древнеармянских нарративных
источников, территория Южной Осетии с древнейших времен являлась
частью этнической территории формирования осетинского этноса»3.
Таким образом, этногенез южных осетин есть органичная
составляющая этногенеза единого осетинского народа. Обращаем
особое внимание на то, что этот посыл не оспаривается никем, в
том числе оппонентами осетинских историков.
В истории грузино-(юго)осетинских взаимоотношений есть
некоторые ключевые эпизоды, определяющие их развитие в целом, и
без понимания которых трудно (если вообще возможно) составить
правильное представление о них. Одним из таких эпизодов, на наш
взгляд, является история брака грузинской царицы Тамар с алано-
осетинским царевичем Сосланом Царазоном – Ос-Багатаром4.
Известно, что под именем Ос-Багатара в разные периоды
действовало несколько осетинских исторических персонажей. Но
наиболее масштабным и прославленным из них, бесспорно, следует
признать Сослана, мужа и соправителя грузинской царицы Тамар.
Следует согласиться с выводом профессора Г.Д. Тогошвили о том,
что «основной тенденцией грузино-осетинских взаимоотношений с
древнейших времен являлась совместная борьба против иноземных
завоевателей»5. Деятельность Сослана-Давида в этом отношении
являет собой яркий пример союзнических, тесных отношений
картвелов (грузин) и асов-осов (осетин), развивавшихся со времен
общей борьбы против парфян в 1 в. н. э.6 С помощью осетин
картлийские цари Азорк и Армазели вернули утерянные ими
территории. Особое значение дружеским отношениям с алано-
осетинскими правителями придавал царь Асфагур, скончавшийся в
Осетии при подготовке к очередному походу против Персии7.
Именно в союзе с осетинами грузины отстаивали свою независимость
от персидских и византийских завоевателей, затем с VII в. –
против арабов, а впоследствии и против турок. «Мы вправе
считать, – пишет по этому поводу профессор Г.В. Цулая, – что в
эту сложную для Армении и Картли эпоху племена и народы
Северного Кавказа нередко являлись подлинно спасительной для них
силой»8. С этим выводом трудно не согласиться.
Здесь уместно привести предание, записанное в Осетии
выдающимся русским ученым конца XIX – начала ХХ вв. В.Ф.
Миллером: «Было три брата: Суан, Ос и Картыл. Картыл остался на
родине и стал родоначальником Грузин (Картли). Суан пошел и
поселился в нынешней Сванетии, которая от него получила свое
имя. Третий брат – Ос поселился в Алагирском ущелье и стал
родоначальником Осетин»9. В другом предании, записанном
известным русским ученым конца XIX в. Ф. И. Леонтовичем,
говорится, что «в старинное время, неизвестно когда, вышли из
Мислуга (страны далеко на Юге) три брата воеводы, по имени Ос,
Картул и Лек. Ос завладел страною около (…) горы, от него
произошли осетины; Картул основал свое царство около Тифлиса, от
него происходят карталинцы; Лек пошел дальше на восток и основал
там свое царство, от него происходят лезгины»10. Следовательно,
у осетин длительно присутствует представление о родстве с
грузинами. Интересно, что и грузинский летописец Джуаншер
Джуаншериани, повествуя о создании Вахтангом Горгасалом
Дарьяльских ворот, подчеркивает, что сделано это было для того,
«чтобы без его приказа не переходили осетинские (…)
родственники»11. Таким образом, исторические предания,
записанные выдающимися русскими учеными-кавказоведами XIX в.,
свидетельствуют о родственных отношениях осетин и грузин.
Сближению народов способствовало укрепление христианства в
Грузии и Алании-Осетии. В Х – ХIII вв. грузино-осетинские
отношения особенно интенсифицировались. В тот период были
заключены многие династические браки, среди которых историки
выделяют брак царя Грузии Георгия III с дочерью осетинского царя
Худана Бурдухан. Дочь от этого брака, царица Тамар, в свою
очередь, вышла замуж за осетина Сослана, в крещении Давида, из
знатного осетинского рода Царазонов. При Сослане-Давиде и Тамар
Грузия достигла пика своего развития, чему в решающей степени
способствовал военно-политический дар Сослана-Давида и
оказываемая ему поддержка из Алании-Осетии. Под руководством
Сослана-Давида и при его личном участии были одержаны такие
замечательные победы, как разгром в 1195 г. в Шамхорской битве
объединенных сил сельджукских султанов во главе с Абубекром,
взятие турецкой твердыни Карса и разгром в Басианском сражении
1205 г. войск западнотурецких правителей во главе с султаном
Рума Рукн-ад-Дином.
В своем фундаментальном монографическом исследовании «Сослан-
Давид» профессор Г.Д. Тогошвили обстоятельно раскрывает контекст
эпохи и ряд примечательных обстоятельств, проливающих свет на
подлинную историю описываемого венценосного брака. Следует
подчеркнуть, что сам этот брак состоялся, преодолевая сильное
сопротивление грузинских знатных родов, чьи представители также
претендовали на брак с царицей и, тем самым, на престол.
Внутригрузинскими интригами объясняется первый брак Тамар с
сыном Владимиро-Суздальского князя Андрея Боголюбского Юрием (в
грузинских летописях – Георгий, матерью которого была ясыня-
осетинка).
Придворные историки Тамар подчеркивали, что Тамар и Сослан-
Давид хорошо знали друг друга, так как Сослан-Давид много
времени проводил при грузинском царском дворе (возможно, какое-
то время получал там образование и воспитывался: обычай отдавать
одного из детей на воспитание в сильную дружественную семью
хорошо известен на Кавказе). Однако для нашего анализа личные
взаимоотношения в семье играют сугубо подчиненную роль. Главным
является то, что такой брак мог состояться лишь при
соответствующих политических условиях, каковыми в то время
являлись необходимость отражения внешней угрозы Грузии и
внутригрузинской стабилизации (включавшая и необходимость
подавления мятежнических и изменнических поползновений части
грузинской знати). В этих условиях Сослан-Давид лучше, чем кто-
либо другой, мог отстаивать интересы грузинского государства.
«Правящая династия единой феодальной монархии Грузии, – писал
профессор Г.Д. Тогошвили, – претендуя на политическое наследство
одряхлевшей Византийской империи и выступающая в роли
объединителя народов Кавказа в единый политический и культурный
мир в условиях противостояния с агрессивным тюрко-сельджукским
миром, естественно, нуждалась в верных союзниках»12. Военный
потенциал соседнего Осетинского царства, с которым имелись
тесные и взаимовыгодные связи, в том числе династические, был
тем фактором, который перевесил все остальные – и брак
состоялся, причем осетинский царевич был признан законным царем-
соправителем Грузии и в летописях соответственно именовался
вместе с царицей Тамар. Естественно, что Сослан-Давид опирался
не только на политическую силу Аланского (Овсского) царства, но
и непосредственно на осетинский отряд, составлявший его личную
военную опору.
Необходимо отметить, что к X – XII в. такие династические
браки стали обычным явлением. Прав профессор М.П. Санакоев,
который подчеркивает, что «династические браки были довольно
часты и между царскими домами Византии, Грузии, Армении и
Алании»13. Так, например, на осетинской царевне Альде был женат
картлийский царь Георгий I; Баграт IV был женат на дочери
осетинского царя Урдуре, сестре Дорголеля Борене; дочь Давида
Строителя была выдана замуж в Осетию. Сын Давида Строителя, царь
Грузии Деметре I, как уже отмечалось выше, женил своего
младшего сына Георгия на осетинской царевне – дочери царя Худана
Бурдухан, и именно его готовил к занятию престола. Старший сын
Давид устроил дворцовый переворот и начал расправу над
сторонниками брата, однако через несколько месяцев скончался, и
царем стал Георгий (Георгий III), получавший военно-политическую
поддержку, как всегда, когда в этом возникала нужда, из Осетии-
Иристона. Лишь будучи весьма сильным правителем, Георгий мог
решиться на беспрецедентное явление в грузинском
престолонаследии – возвести на трон свою дочь. При этом он,
несомненно, учитывал, что «Тамар была племянницей (хæрæфырт)
осетинских царей. По осетинским обычаям, хорошо
засвидетельствованным этнографическими данными, хæрæфырт
(племянник или племянница) пользовался особым почетом и
вниманием у рода матери. Весь род матери (в первую очередь, дядя
по матери) выступал защитником и покровителем племянника или
племянницы»14. Ясно, что Тамар в достаточной мере владела
осетинским языком (ибо иное очень трудно представить для дочери
осетинки), и, скорее всего, посещала Осетию, так как в
осетинском фольклоре она один из распространенных и излюбленных
персонажей, что отмечал В. Пфаф: «Судя по близкому отношению,
которое сказание в Осетии ставит имя Тамары к собственной
народной жизни, должно заключить, что она часто бывала в этой
стране»15. Такой вывод нам представляется логичным,
убедительным и объективным.
Сослан-Давид наилучшим образом решил стоящие перед ним
задачи, сделав Картли – тогдашнюю союзницу Алании-Осетии –
сильным и независимым государством. Последняя битва, выигранная
им во славу Грузии – Басианская битва с сельджукским войском
Рукн ад-Дина16. При этом обращаем особое внимание на то, что
профессор Г.Д. Тогошвили подверг убедительной критике
насаждаемую в грузинской историографии версию о Сослане-Давиде
как «муже-слуге» Тамар, доказав на основании грузинских
источников, что Сослан-Давид являлся реальным царем-соправителем
Грузии17. Попытки любой ценой принизить роль Сослана-Давида в
истории средневековой Грузии имеют сомнительные конъюнктурные
цели, далекие от исторической науки. Тем не менее, в грузинских
хрониках по данному вопросу имеется немало несуразностей и
противоречий.
Через краткое время после Басианского сражения Давид-Сослан
внезапно умер, о чем грузинские источники предельно скупо
сообщают: «Нагрянуло горе, умер Давид-Сослан, человек,
исполненный всякого добра, божеского и человеческого, прекрасный
на вид, в сражениях и на войне храбрый и мужественный, щедрый,
смиренный и превознесенный в добродетелях. Он оставил двух
детей: сына Георгия и дочь Русудан. Плакали, рыдали и повергли в
печаль всю вселенную»18.
Причина смерти царя не сообщается, что является поразительным
фактом. По гипотезе грузинского историка Т. Жордания, Сослан-
Давид был убит тайными мусульманскими убийцами – асассинами,
равно как и Тамар, а потом и их сын Георгий Лаша19. Загадочным
и удивительным представляется и то, что нет прямых указаний на
место его смерти. Более того, не сохранилось достоверных
сведений о его захоронении, что просто невозможно для царя,
находящегося в апофеозе своей славы. Профессор Г. Д. Тогошвили
по этому поводу склонен согласиться с мнением известного
грузинского историка, профессора И. Лолашвили20 и др. о том,
что Сослан-Давид похоронен в Гелати – усыпальнице царской семьи
со времен Давида Строителя.
По нашему мнению, гибель царя-победителя от мусульманских
убийц в обязательном порядке должна была быть использована в
официальной идеологии грузинского государства для укрепления
позиций царской семьи и сплочения народа перед лицом коварного и
беспощадного врага. Ничего подобного в исторических документах
Грузии не зафиксировано. Кроме того, в версии Т. Жордания
остается без ответа вопрос о том, почему в Грузии не знают, где
похоронен великий царь-соправитель, сыгравший выдающуюся роль в
истории грузинской государственности.
Всем этим противоречиям и странностям, на наш взгляд, может
быть лишь одно объяснение: Сослан-Давид был устранен самой
грузинской правящей верхушкой, после Басианской битвы пришедшей
к выводу, что алан-осетин на троне Грузии более не нужен. Тогда,
и только тогда логичное и естественное объяснение получает тайна
причины его смерти. В этом случае, по нашему убеждению,
становится более понятным, почему могилы Сослана-Давида в Грузии
нет. Очевидно, что и грузинская церковь, имевшая сильные позиции
в государстве, была заинтересована в сокрытии ужасающего для
церковного мироощущения факта цареубийства, что также логично
объясняет указанные умолчания. Отсюда также получает логичное
объяснение длительность и значимость антиосетинской установки
большей части верхов грузинского общества. Скрывавшийся от
народа, но известный в узком верхушечном кругу царской династии,
грузинской знати, церковного священноначалия и придворных
историков факт убийства царя-осетина из поколения в поколение
генерировал реакцию отторжения осетин, преобразуя по известным
законам психологии комплекс вины в комплекс агрессивной спеси.
Проблема местонахождения захоронения Сослана-Давида не нова.
Попытки ее решения в разные годы предпринимались не только в
Грузии, но и в Осетии. Мы считаем заслуживающим внимания
исследование Т.Б. Мамукаева, посвященное знаменитой в Осетии
Нузальской часовне. «Преднамеренно или случайно, – отмечает
автор, – но история скрыла не только причину смерти выдающегося
государственного и военного деятеля средневековой Грузии Сослана
Давида, но и место его погребения»21. В грузинской
историографии давно установлено, что цитировавшаяся выше запись
о «нагрянувшем горе» сделана в «Картлис цховреба» лишь много
столетий спустя. Между тем осетинское предание сохранило
сведения о том, что Сослан-Давид принял смерть по дороге от
Карса в Тбилиси. Известно также, что тело везли из г. Гори через
Никози (Южная Осетия), затем через перевал Зикара в Северную
Осетию, и далее через Касарское ущелье (Уаллаг-Ир) в Нузал, где
расположено родовое кладбище Царазонов, из рода которых
происходил Сослан-Давид. «Картлис цховреба», сообщая о
погребении сына Сослана-Давида Георгия Лаша, указывает, что
похоронен он был в Гелати «в усыпальнице отца его», но
археологические раскопки в монастыре этого не подтвердили.
Возможно, что Сослан-Давид был привезен в Гелати, где над ним
совершили похоронный обряд по христианскому канону, а затем
оттуда был отвезен в Осетию – что, заметим, хорошо согласуется с
нашей гипотезой, так как присутствие царя-осетина в усыпальнице
грузинских властителей само по себе вполне могло быть признано
нежелательным, а в случае действительно его насильственной
смерти от грузинских заговорщиков-аристократов захоронение в
Гелати становилось просто невозможным.
Ввиду большой исторической значимости вопроса, директором
Эрмитажа академиком И. А. Орбели в июне 1946 г. в Нузал была
направлена группа археологов, которые произвели раскопки под
руководством Е. Г. Пчелиной и при участии сотрудников Северо-
Осетинского научно-исследовательского института (ныне СОИГСИ им.
В. И. Абаева ВНЦ РАН и Правительства РСО-А) и Республиканского
музея краеведения Северной Осетии. «Открытие, – пишет об этом
В.А. Шнирельман, – обещало стать столь значимым для осетин, что
раскопки были приостановлены и для наблюдения за их ходом были
приглашены председатель Совета министров СО АССР А. П. Газзаев и
секретарь Северо-Осетинского обкома ВКП(б) по пропаганде С. Н.
Битиев. Здесь же присутствовали ведущий специалист по ранней
истории осетин проф. Б. В. Скитский»22 и др. Раскопки дали
результат. Обнаруженное погребение мужчины с оружием и личными
вещами было тщательно исследовано в патолого-анатомическом и
палеопатологическом аспектах. Установлено, что «смерть субъекта,
тело которого было погребено в Нузальской часовне, наступила
вследствие травм, нанесенных в затылочную и правую теменные
области. (…) Смерть квалифицируется как насильственная»23.
Эксперты дали следующее пояснение: «Анализируя характер,
свойства и механизм образования каждого из обнаруженных
повреждений, а также свойства травмирующих орудий, вызвавших
перелом костей, мы считаем возможным следующим образом
представить последовательность нанесения телесных повреждений и
условий их образования.
Пострадавший, по всей вероятности, находился в движении,
будучи верхом на коне. В удобный момент противник нанес ему удар
(удары) в голову твердым тупым предметом с ограниченной ударной
поверхностью. После этого пострадавший потерял сознание. Во
время падения тело всадника повернулось вокруг своей оси по ходу
часовой стрелки при фиксированном состоянии стоп. В результате
этого одномоментно образовались винтообразные переломы обеих
большеберцовых костей на уровне верхней трети диафиза. В
дальнейшем, когда его верхние конечности достигли поверхности
земли, наступил перелом костей правого плеча и предплечья. Можно
допустить возможность возникновения перелома костей правой руки
и верхних переломов большеберцовых и теменной костей при
внезапном падении всадника вместе со скачущим конем»24.
Следует подчеркнуть, что грузинский историк Вахушти
Багратиони в XVIII в. впервые упомянул об изображении Сослана-
Давида на стене Нузальской часовни в ряду портретов его
предков25. А известный исследователь истории и этнографии
осетин В.Б. Пфаф сообщал о ясно различимом имени Сослан между
третьим и четвертым портретами26. Облик погребенного,
восстановленный по методу М. М. Герасимова, соответствует его
описанию в грузинских хрониках. Возраст тоже совпадает. По
осетинскому преданию, в одном из боев Сослан-Давид был ранен в
ногу, что подтвердилось проведенной экспертизой останков. Здание
часовни – типичное языческое склеповое сооружение средневековой
Осетии («зæппадз» – «гробница»), но уникальна тем, что фрески в
ней написаны в манере грузинской фресковой живописи, а надписи
сделаны древнегрузинским шрифтом, т. е. погребенный был особо
почитаем не только в Осетии, но и в Картли-Грузии, а его склеп
одновременно являлся и часовней. Наконец, следует указать и на
надпись на стене склепа-часовни: впервые она была опубликована
академиком М. Броссе (M. Brosset) в Париже в 183027, в ней
перечислены имена девяти братьев из Уаллаг-Ирского (Алагирского)
ущелья – Ос-Багатар, Сослан Давид, Пидарос, Джадарос, Сокур,
Георгий, Исаак, Романоз и Басил – владельцев крепости-таможни в
Касарском ущелье и золотых и серебряных рудников. Надпись
дискуссионна. Мы согласны с теми учеными, которые интерпретируют
ee естественным образом на материале осетинского языка. Так, Ос-
Багатар с высокой вероятностью относится к Сослану-Давиду, как
его и называет осетинский фолькор. Пидарос – это осетинский
эпитет «фидар» – «сильный», «крепкий», и относится к Джадаросу,
в осетинском фольклоре Джада-богатырь, отец Сослана-Давида.
Сокур – это осетинское «сохъхъыр» – «косой» (на один глаз), и
является осетинским прозвищем Георгия Лаша, у которого, по
данным грузинских летописей, один глаз был поврежден. Отметим
также, что у осетин до сих пор встречается фамилия Сокуровы, в
основе которой осетинское «сохъхъыр». Три последние имени
относятся к «служителям Христа». Эти и другие аргументы
позволяют вполне обоснованно считать, что в Нузальской часовне
захоронен Сослан-Давид. В этом случае политический интерес
грузинской правящей верхушки к удалению царя-осетина из
усыпальницы грузинских царей оказался комплементарен
политическому интересу руководства владетельного рода Царазонов
захоронить великого осетина на своем родовом месте. Это
позволяло соблюсти древнюю традицию и поднять престиж рода,
ведущего свое начало, согласно его историческим претензиям, от
римских кесарей. В то же время видный ученый-алановед В.А.
Кузнецов отвергает гипотезу о захоронении в Нузальской часовне
Сослана-Давида28. Однако мнением В.А. Кузнецова вопрос,
очевидно, не закрыт. Всесторонний, тщательный анализ отношений
Алании-Осетии и Грузии в период после смерти Сослана-Давида мог
бы, на наш взгляд, пролить дополнительный свет на это загадочное
место в истории двух народов.
Отметим еще одно весьма симптоматичное обстоятельство. Сразу
после открытия и изучения гробницы в Нузале грузинская
русскоязычная газета «Заря Востока» опубликовала интервью с вице-
президентом АН ГССР С.Н. Джанашиа. Академик в директивном тоне
повторил известную грузинскую позицию о происхождении Сослана-
Давида от «боковой ветви грузинской царской династии Багратиони,
утвердившейся в Осетии (! – Авт.) в XI в., и известной под
именем Багратион-Эпремидзе»29. Он заявил об отсутствии каких бы
то ни было исторических данных о происхождении этого рода из с.
Нузал (в чем с ним нельзя не согласиться, но по иным причинам),
и предупредил, что строить догадки по данной проблеме
рискованно.
В Грузинской советской энциклопедии, в разделе «История»
события периода царицы Тамар описываются подробно, однако в
обширном тексте лишь один раз упоминается Сослан-Давид: «Грузино-
осетинское содружество стало еще теснее после бракосочетания
царицы Тамар с осетинским царевичем Давидом Сосланом (Сосланом-
Давидом. – Авт.)»30. Указанное «содружество» в представлении
грузинских историков имеет совершенно определенные черты:
«Черкесы, осетины (…), находившиеся в вассальной зависимости от
Грузии, органично влились в образовавшийся Кавказский феодальный
мир. В последний период царствования Тамар горцы Северного
Кавказа находились в числе вассалов Грузии (…)»31. Грузинские
историки, в разной мере страдающие фанаберией шовинизма, априори
утверждают в энциклопедии: «Отношения, установленные Давидом
Строителем с Осетией (1-я четверть 12 в.), строились на
вассальных принципах. Возникшей на экономической базе вассальной
зависимости Осетии от феодальной монархии Грузии, естественно,
способствовало и единоверие (? – Авт.)»32. Далее грузинские
историки «оригинальничают», утверждая: «Осетины активно
участвовали в создании единой Кавказской феодальной монархии,
гегемоном которой была Грузия»33. Все это, очевидно, имеет
большее отношение к пропаганде грузинского «ура-патриотизма», но
не исторической науке.
Интересно также привести посвященные Сослану строки
выдающегося памятника грузинской литературы – поэмы
средневекового поэта Грузии Шота Руставели «Витязь в тигровой
шкуре» («Вепхис тхъаосани»). Анализ переводов поэмы на другие
языки не входит в задачи данной работы, однако рассмотрение
русских переводов выявляет показательную картину.
Известно пять полных переводов поэмы на русский язык: К.
Бальмонта, Н. Заболоцкого, П. Петренко, Ш. Нуцубидзе и Г.
Цагарели. Так, в переводе Н. Заболоцкого, опубликованном в серии
«Библиотека всемирной литературы», строки о Сослане-Давиде
звучат следующим образом: «Божеству грузин Давиду, что грядет
путем светила, // Чья с восхода до заката на земле известна
сила, // Кто для преданных опора, для изменников – могила, – //
Написал я эту повесть, чтоб досуг его делила. // Мне ли петь
дела Давида, возглашая славу слав. // Я служил ему стихами, эту
повесть отыскав»34. В предисловии профессор И. Абашидзе писал,
что ««Витязь в тигровой шкуре» Шота Руставели вошел в число
самых удивительных творений, созданных человеческим гением»35,
в чем мы с ним безусловно согласны. Тем не менее в предисловии
ни слова не сказано о Сослане-Давиде, кому посвящена
удивительная поэма. В переводе П. Петренко строки о Сослане-
Давиде выглядят следующим образом: «Царь Давид наш солнцеликий,
славный в думах и делах, // От Восхода до Заката на врагов
наводит страх»36, т. е. именование осетина богом грузин было
признано невозможным. В указанном издании строфа имеет номер
1789, но в издании 1984 произошли изменения и строфа нумеруется
как 158437, хотя текст строфы сохранен. Автор предисловия член-
корреспондент АН ГССР С. Цаишвили писал: «Наряду с Тамар, в
поэме восхваляется и ее супруг Давид Сослани, скончавшийся в
1207 г. Поскольку другое произведение той эпохи, «Тамариани»,
было написано около 1205 г., но в нем герои «Витязя в барсовой
шкуре» еще не упоминаются, руствелологи полагают, что этот
последний был завершен его автором именно в 1205 – 1207 гг.»38.
В переводе академика Г. Цагарели строки о Сослане-Давиде звучат
так: «Божеству грузин – Давиду, чей всегдашний спутник – солнце,
// Я слагаю песнопенья, чтя двора его устав»39. Переводчик
подчеркивает, что «предлагаемый труд является первой попыткой
создания русского поэтического перевода гениальной поэмы
непосредственно с грузинского»40, что действительно придает ему
особую ценность. Далее, перевод поэмы осуществил и академик АН
ГССР Ш. Нуцубидзе, декларировав при этом его максимальную
научность; у него слова о Давиде переведены так: «Для царя
Давида солнце было ласковым патроном. // Для него я эту повесть
рассказал в стихе граненом»41. Первая строка, как видим,
кардинально отличается от перевода Г. Цагарели и Н. Заболоцкого,
хотя во второй строке посвящение поэмы Сослану-Давиду все же
сохранилось. Наконец, в переводе К. Бальмонта: «Для грузинской я
богини, луноликой, чьей святыне // Царь Давид, во всей гордыне
блесков солнечных, слуга, // Ей, чьим страхом все объято от
Востока до Заката, // Песнь сложил, в ней повесть сжата, для
царицы – жемчуга»42. Во вступлении к изданию А. Барамидзе и С.
Цаишвили писали: «Автор почтительно воспевает царицу Тамар и ее
мужа-соправителя Давида Сослани»43. Исследователи сделали
вывод: «Поскольку вместе с Тамар поэт воспевает и ее супруга –
Давида Сослани, постольку и «Витязь в барсовой шкуре» издан в
период царствования Тамар и Давида, то есть между 1189 и 120
годами (в 1189 Тамар сочеталась браком с Давидом Сослани, а в
1207 Давид скончался)»44.
Для полноты картины считаем необходимым привести и перевод
поэмы с грузинского на осетинский одного из лучших осетинских
поэтов второй половины ХХ в. Георгия Бестаева: «Арын гуырдзыйы
хуыцауы – хур-Дауыты ном мæ фысты…» («Нахожу (именую, возношу)
грузинского бога – солнце-Давида имя моими письменами…» (перевод
наш. – Авт.))45. К этому следует добавить, что Г. Бестаев в
совершенстве владел грузинским, осетинским и русским языками.
Показательна глубокая, почти мистическая связь между поэмой
«Витязь в барсовой шкуре», Сосланом-Давидом и судьбами Картли
того времени. И. Абашидзе в вышеуказанном предисловии к изданию
перевода Н. Заболоцкого особо подчеркивал: «А назавтра, сразу
после появления этой книги (и, соответственно, загадочной смерти
Сослана-Давида, добавим мы. – Авт.), Грузия была оторвана от
внешнего мира и на протяжении веков оставалась похожей на
закрытый концентрационный лагерь»46. Что и говорить,
чрезвычайно сильное, эмоциональное и объективное сравнение
постигшего Грузию исторического бедствия.
Анализируя биографию Сослана-Давида, необходимо, на наш
взгляд, указать на блестящую работу В.И. Абаева47. Выдающийся
отечественный филолог подчеркнул, что правитель Алании-Овсети
домонгольских времен, являвшийся по своему военно-политическому
и экономическому ресурсу ровней киевским князьям, хазарским
каганам и грузинским царям, претендуя на звание наследника
Цезарей, добавил к позднелатинской форме Caesar патронимический
формант –on: Cæzaron – «сын Цезарей», с последующей
перестановкой согласных z и r (что часто встречается в
осетинском языке). Аналогичную операцию проделал Иван Грозный,
принявший титул царя (как известно, это стяженное «Цезарь»),
чтобы возвыситься над князьями; в Осетии это было нужно для
выделения из «князей» – «ældar»-ов.
Равным образом из August (us) филологически безупречно
выводится Æghuz, Ælghuz. В. И. Абаев анализирует популярную
поэму «Алгузиани» известного осетинского и грузинского
культурного и общественного деятеля Ивана Ялгузидзе (Габараева)
(1775 – 1830), написанной им на грузинском языке, где своего
героя Алгуза он связывает с Августом Кесарем. Выдающийся ученый-
иранист считает, что И. Ялгузидзе пользовался фольклорными
источниками, достаточно ясными в его время, но уже смутными и
расплывчатыми к концу XIX века. В.И. Абаев сравнивает формулу
грузинской династической генеалогии Иесиан-Давитиан-Соломониани
с полным заглавием поэмы «Ahust”ian-Alhuzian-Rusian-Carazon-
C”axiloni» и указывает на противопоставление грузинской царской
генеалогии с ее ориентацией на Библию – осетинской,
ориентированной на Рим. Уничтожение Алании – Осетинского
государства татаро-монголами ликвидировало и царские претензии
правящих родов Осетии. Однако их потомки сохранили память о
своем легендарном происхождении от римских правителей. Важно,
что В.И. Абаев своим исследованием убедительно поддержал
грузинских и осетинских ученых, отвергающих версию Вахушти
Багратиони о принадлежности Сослана-Давида к боковой
(«осетинской») ветви грузинской династии Багратионов.
Действительно, эта версия появилась в политических условиях
первой половины XVIII в., когда Вахтанг VI образовал комиссию
для систематической работы над летописанием и критическим
переосмыслением всего написанного ранее («Картлис цховреба»
обрывалась на XIV в.). Затем его побочный сын Вахушти Багратиони
провел огромную многостороннюю работу по написанию истории
Грузии. В то время правители Грузии вели уже иную, более
враждебную политику в отношении Осетии. В соответствии с новыми
конъюнктурными политическими установками Сослан-Давид, которого
никак невозможно было вычеркнуть из истории страны и грузинского
народа, «должен был стать» одним из «своих» царевичей, но не
этнически осетинским царевичем.
Отдавая себе отчет в дискуссионности предложенной нами версии
жизни и смерти Сослана-Давида, мы, тем не менее, считаем, что
имеющегося исторического материала достаточно по крайней мере
для того, чтобы данная версия имела право на существование и
являлась предметом дальнейших научных изысканий. Убеждены также,
что чем меньше темных мест и белых пятен останется в истории
взаимоотношений грузинского и осетинского народов, тем скорее
будет завершен наличный грузино-осетинский конфликт, имеющий,
как это очевидно для любого непредвзятого исследователя, не
только и не столько конъюнктурно-политические основания в
современном геополитическом дискурсе, сколько историко-
культурологические и идеолого-политологические основания в
длительной их ретроспективе.


ПРИМЕЧАНИЯ

1 Шнирельман В.А. Быть аланами. Интеллектуалы и политика на
Северном Кавказе в ХХ веке. М., 2006. С. 10.
2 Тишков В.А. Реквием по этносу. Исследования по социально-
культурной антропологии. М., 2003. С. 503.
3 Гаглойти Ю.С. Необходимое дополнение // Южная Осетия,
2006, 27 мая. Автор работал ранее министром иностранных дел
Республики Южная Осетия, ныне ведущий научный сотрудник Юго-
Осетинского научно-исследовательского института, заведующий
кафедрой истории Юго-Осетинского госуниверситета им. А.А.
Тибилова.
4 Мы используем принятое написание «Ос-Багатар» (осетинское
«Ос-Бæгъатыр»), хотя беспроблемно можно пользоваться и
написанием «Ас-Багатар».
5 Тогошвили Г.Д. Сослан-Давид. Владикавказ, 1990. С. 5.
6 Сочинения Корнелия Тацита. Т. II. Тбилиси, 1987. С. 280 –
291.
7 Картлис цховреба ( Подготовил к изданию по всем основным
рукописям С. Г. Каухчишвили). Т. I. Тбилиси, 1955. С. 59 – 62.
8 Мровели Леонти. Жизнь картлийских царей. Извлечение
сведений об абхазах, народах Северного Кавказа и Дагестана.
Москва, 1979. С. 92.
9 Миллер В.Ф. Осетинские этюды. Ч. 1. М., 1887. С. 138.
10 Леонтович Ф.И. Адаты кавказских горцев. Т. II. Одесса,
1886. С. 19.
11 Картлис цховреба. Т. 1. Тбилиси, 1973. С. 156.
12 Тогошвили Г.Д. Сослан-Давид. С. 49.
13 Санакоев М.П. Генеалогические разыскания // Известия Юго-
Осетинского научно-исследовательского института. Вып. XXXV.
Цхинвал, 1998. С. 60.
14 Там же. С. 62.
15 Пфаф В.Б. Материалы для истории осетин // Сборник
сведений о кавказских горцах. Вып. V. Тифлис, 1871. С. 42.
16 Историки сообщают также, что «среди множества
политических и военных достижений славного правления Тамар (и
Сослана-Давида. – Авт.) особый интерес вызывает основание
Трапезундской империи. (…) Армия царицы Тамар (Сослана-Давида. –
Авт.) заняла Трапезунд и прилегающую к нему территорию побережья
Черного моря, расположенную дальше на запад. Во главе новой
независимой империи был поставлен Алексей Комнин, получивший
образование в Грузии. Трапезундская империя просуществовала до
1461 г.» (Лэнг Д. (David M. Lang) Грузины. Хранители святынь.
М., 2006. С. 132 – 133). Более того, реализуя военно-
политическую программу Сослана-Давида, грузинская армия заняла
Эрдебиль, затем Тебриз и Казвин, и «на протяжении нескольких
поколений иранский Азербайджан управлялся представителями
грузинской династии» (там же, с. 134).
17 Тогошвили Г.Д. Указ. соч. С. 74 – 75.
18 Картлис цховреба. Т. II. Тбилиси, 1974. С.100.
19 Жордания Т. Хроники. Т. III. Тбилиси, 1967. С. 571.
20 Лолашвили И. Тайна склепа Давида Сослана. Тбилиси, 1971.
С. 118.
21 Мамукаев Т.Б. Тайна Нузальской часовни. Принадлежат ли
исследуемые останки Давиду Сослану. Орджоникидзе, 1969. С. 32. В
предисловии член-корреспондент АМН СССР, профессор Д.Г. Рохлин и
доктор медицинских наук, профессор А.В. Цагарейшвили высоко
оценивают выполненную Т.Б. Мамукаевым работу «на основании
сопоставления полученных им анатомо-антропологических данных с
учетом исторических, литературных и фольклорных сведений и
археологических данных» (С. 6).
22 Шнирельман В.А. Указ. соч. С. 120.
23 Там же. С. 98.
24 Там же. С. 102 – 103.
25 Вахушти. География Грузии // Записки Кавказского
отделения Императорского русского географического общества. Кн.
XXIV, в. 5. Тифлис, 1904.
26 Пфаф В.Б. Указ. соч. С. 33.
27 Броссе М. Нузальская надпись // Азия. 1830. С. 305 (Цит.
по: Мамукаев Т. Б. Указ. соч. С. 109).
28 Кузнецов В.А. Реком, Нузал и Царазонта. Владикавказ,
1990. При этом автор сообщает о рукописи, хранящейся в
Петербургской духовной академии, где «находим следующие важные
данные: «Предание осетинцев гласит, что изображение Пидароса,
Сослана и прочих были портреты Осса богатыря и его братьев; что
тут же на стене было написано Оссом богатырем, где сокрыты его
сокровища и что в 1821 году приходской священник Самарканов
родом из города Горий (Гори, южнее Цхинвала, – Авт.), прочитав
эту надпись и найдя сокровища, их выкрал и надпись соскоблил»
(С. 83). Исследовав изуродованные стены часовни-склепа, В.А.
Кузнецов делает вывод: «Все это – не случайность, характер
повреждений настолько целенаправленный и системный, что мы
вправе предположить здесь единовременную акцию по ликвидации
всего, что было связано с ктиторами церкви и их генеалогией:
полностью уничтожается стихотворение, стираются лица ктиторов и
святых воинов – патронов ктиторов, повреждаются лики святителей,
поскольку они были братьями светских ктиторов» (С. 82 – 83).
Есть еще одно свидетельство. «У меня были старинные
грузинские рукописные книги по истории, а среди них одна – о
жизни византийских святых, в которой местами говорилось о жизни
осетинских царей и были помещены их портреты. Так как владетель
этой книги не согласился продать ее нам, то я выписал из нее все
касающееся осетинской нации. В 1903 году я вернул эту книгу
хозяину Василию Тедешвили (осетинская фамилия Тедеты с
грузинским окончанием «-швили». – Авт.). (…) Со временем эта
книга перешла в руки художника Гиго Зазиашвили. У Зазиашвили эту
книгу на время попросил знаток грузинской письменности и
изобразительного искусства Ясон Давидович, князь Цициашвили. Он
срисовал из нее портреты, которые мы и напечали в своей книге,
за что приношу ему благодарность. (…) Василий Тедешвили сообщил
мне устно, что его старинная книга унесена из Нузальской
часовни. Также есть сведения, что священник Русиев выкрал из
Нузальской часовни все материалы и книги по истории Осетии, о
чем, оказывается, говорил и издатель «Иалгузиани» историк Н.
Гамрекели. (…) Пропало оттуда очень много ценных материалов об
Осетии. Н. Гамрекели знает, при каких обстоятельствах это
случилось» (Чичинадзе З. История Осетии по грузинским
источникам. Составлена на основе устных сказаний, народных
преданий и сохранившихся старинных сведений. Тифлис, 1915.
Переиздана в Цхинвале в 1993 г. С. 145 – 146). О священнике
Русиеве З. Чичинадзе упоминает и на с. 144: «Не то чтобы
собирать новые сведения, но даже большинство тех, которыми
осетины располагали и которые хранились в Нузальской часовне,
были изъяты и упрятаны священником Русиевым, он даже замазал
роспись на стенках этой часовни. За что он был так обозлен,
чтобы так зло поступить, нам неизвестно. Но таково уж счастье
осетинского народа и его, по выражению Н. Гамрекели, «покрытой
мраком неизвестности» истории. Разгром, уничтожение ценностей –
это его удел. Потому и получилось так, что кроме карталанской
Осетии, даже в самой центральной Осетии не сохранилось никаких
памятников старины (…) уничтожено все».
Согласно указанной З. Чичинадзе рукописи, «первым лицом,
взошедшим на возрожденный престол в XIV веке, был некто Тевдре
Багратиони, потомок Давида-Сослана, которого также называли и
Тамариани. У него было пять сыновей. Первый – Гамза. Он был
назначен наследником престола. (…) После Тевдре на царский
престол взошел его сын Гамза. Портреты зачинателей этой династии
были изображены еще в древности на стенах Нузальской часовни,
откуда в 1750 году были срисованы в известную нам старинную
рукопись» (С. 144 – 145).
29 Интервью с академиком С.Н. Джанашиа // Заря Востока.
1946, 21 июня. К симптоматичным обстоятельствам, видимо, следует
отнести и имеющие давнее хождение в Грузии легенды и россказни о
распутстве Тамар, пьянстве Георгия-Лаша и т. п. Как известно,
место захоронения царицы Тамар до сих пор не обнаружено.
30 Грузинская советская энциклопедия. Тбилиси, 1981. С. 66.
31 Там же. С. 65.
32 Там же. С. 66.
33 Там же.
34 Шота Руставели. Витязь в тигровой шкуре (Пер. Н.
Заболоцкого. Предисловие И. Абашидзе). М., 1969. С. 338.
35 Там же. С. 5. Перевод Н. Заболоцкого впервые был издан в
1958 г. и претерпел некоторые злоключения. Так, например, в
издании его перевода 1980 года для школьных библиотек (помимо
центрального, книги серии «Школьная библиотека» издавались и на
местах, т. е. имели очень большие тиражи даже по советским
меркам) строфы заключения, где упоминался Сослан-Давид, попросту
отсутствуют.
36 Шота Руставели. Витязь в тигровой шкуре (Пер. П.
Петренко. Предисловие И. Орбели). М. – Л., 1938. Литературоведам-
руствелологам известно, что П. Петренко в связи с трагической
гибелью не успел довести свою работу до конца, и с 1515 строфы
перевод завершен Б. Бриком.
37 Шота Руставели. Витязь в барсовой шкуре (Пер. П. Петренко
при участии и под ред. К. Чичинадзе). Тбилиси, 1984. С. 234.
Отметим, что перевод «вепхис» как «барс» является точным, т. е.
поэму следует называть «Витязь в барсовой шкуре», как она
именуется и в грузинских академических изданиях.
Редактор издания член-корреспондент АН ГССР С. Цаишвили
указывает в предисловии: «Имеются сведения о том, что почти весь
тираж первого издания поэмы (1712 г.) был сброшен в реку» (с.
7). Такое решение труднообъяснимо, так как это издание было
осуществлено по инициативе царя Вахтанга на основе имевшихся в
его время старинных рукописей поэмы; тем не менее содержание
поэмы в какой-то ее части (исторической? церковной?) оказалось
настолько неприемлемым, что царское издание было утоплено.
Интересно отметить, что С. Цаишвили в своем предисловии
писал, что «породнение с Россией спасло Грузию и ее народ от
физического уничтожения» (с. 30). Обращаем внимание на то, что
С. Цаишвили не единственный авторитетный ученый Грузии,
признававший огромную позитивную роль России в судьбе Грузии.
Однако сегодняшние интеллектуалы Грузии преднамеренно стараются
обходить такие объективные характеристики России.
38 Там же. С. 7.
39 Шота Руставели. Витязь в барсовой шкуре. М., 1953. С.
242. Первое издание перевода Г. Цагарели было осуществлено в
1937 г. к 750-летию Ш. Руставели по постановлению ЦК КП(б)
Грузии о проведении юбилея поэта (разумеется, дата установлена
произвольно, так как год рождения Ш. Руставели, равно как и
место рождения, неизвестны).
40 Там же. Предисловие к 1 изданию.
41 Шота Руставели. Витязь в барсовой шкуре. (Пер. Ш.
Нуцубидзе). М., 1941. С. 250 (строфа 1668).
42 Шота Руставели. Носящий барсову шкуру (Вступительная
статья, составление, подготовка текста и примечания А.Г.
Барамидзе и С.С. Цаишвили). Л., 1988. С. 235. Данное издание
полезно тем, что в нем приведены три перевода поэмы и читатель
имеет возможность сравнения. Отметим, что по мнению А.Г.
Барамидзе, «заключительные строфы (перевода К. Бальмонта. –
Авт.) переведены Е. Тарловской» (Барамидзе А. Из истории одного
перевода поэмы Руставели на русский язык // Очерки и
исследования из истории грузинской литературы. Т. 6. Тбилиси,
1975. С. 96)
43 Там же. С. 6.
44 Там же. С. 6 – 7. В словаре, приложенном к изданию,
авторы вступительной статьи указывают: «Давид – видимо (? –
Авт.) Давид Сослани (ум. 1207), супруг царицы Тамар, осетинский
царевич и выдающийся полководец».
45 Шота Руставели. Стайы Цармдарæг (Витязь в барсовой
шкуре). Издание 2-е. Цхинвали, 1986. С. 277. Считаем, что
литературоведам Осетии стоило бы произвести полный анализ
иностранных переводов «Витязя в барсовой шкуре», начиная с
лондонского издания перевода английской поэтессы Марджори
Уордроп 1912 г.
46 Указ. изд. С. 6.
47 Абаев В. И. Происхождение осетинских фамильных имен
Cærazontæ и Æghuzatæ // Литературная Осетия. 1982. № 60.

В.Д. ДЗИДЗОЕВ, К.Г. ДЗУГАЕВ
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
  Информация

Идея герба производна из идеологии Нартиады: высшая сфера УÆЛÆ представляет мировой разум МОН самой чашей уацамонгæ. Сама чаша и есть воплощение идеи перехода от разума МОН к его информационному выражению – к вести УАЦ. Далее...

  Опрос
Отдельный сайт
В разделе на этом сайте
В разделе на этом сайте с другим дизайном
На поддомене с другим дизайном


  Популярное
  • Танец… на крупе лошади
  • В Сочи стартовала V ежегодная конференция «Взгляд в цифровое будущее»
  • Мариинские вечера
  • Аншлаг за аншлагом
  • Популярность точек доступа Wi-Fi, построенных по проекту устранения цифрового неравенства, резко выросла после обнуления тарифов
  • Заслуженному артисту РФ Бексолтану Тулатову – 85
  • Директором по организационному развитию и управлению персоналом МРФ "Юг" ПАО "Ростелеком" назначен Павел Бугаев
  • "Разговор с Отечеством"
  • Константин Боженов возглавит работу с корпоративным и государственным сегментами в «Ростелекоме» на Юге
  • Немое кино и живая музыка
  •   Архив
    Октябрь 2017 (32)
    Сентябрь 2017 (55)
    Август 2017 (33)
    Июль 2017 (29)
    Июнь 2017 (44)
    Май 2017 (36)
      Друзья

    Патриоты Осетии

    Осетия и Осетины

    ИА ОСинформ

    Ирон Фæндаг

    Ирон Адæм

    Ацæтæ

    Осетинский язык

    Список партнеров

      Реклама
     liex
     
      © 2006—2017 iratta.com — история и культура Осетии
    все права защищены
    Рейтинг@Mail.ru