поиск в интернете
расширенный поиск
Иу лæг – æфсад у, дыууæ – уæлахиз. Сделать стартовойНаписать письмо Добавить в избранное
 
Регистрация   Забыли пароль?
  Главная Библиотека Регистрация Добавить новость Новое на сайте Статистика Форум Контакты Реклама на сайте О сайте
 
  Строим РЮО 
Политика
Религия
Ир-асский язык
Образование
Искусство
Экономика
  Навигация
Авторские статьи
Общество
Литература
Осетинские сказки
Музыка
Фото
Видео
  Книги
История Осетии
История Алан
Аристократия Алан
История Южной Осетии
Исторический атлас
Осетинский аул
Традиции и обычаи
Три Слезы Бога
Религиозное мировоззрение
Фамилии и имена
Песни далеких лет
Нарты-Арии
Ир-Ас-Аланское Единобожие
Ингушско-Осетинские
Ирон æгъдæуттæ
  Интересные материалы
Древность
Скифы
Сарматы
Аланы
Новая История
Современность
Личности
Гербы и Флаги
  Духовный мир
Святые места
Древние учения
Нартский эпос
Культура
Религия
Теософия и теология
  Реклама
 
 
Две редакции романа Д. Мамсурова «Тяжелая операция»
Автор: 00mN1ck / 23 февраля 2016 / Категория: Авторские статьи
Р. С. Кантемирова

Две редакции романа Д. Мамсурова «Тяжелая операция»Творчество Дабе Мамсурова — это значительная веха в истории развития осетинской советской литературы.

Тематика многочисленных рассказов, повестей и романов писателя — это единая, неразрывная цепь, длиною от первой русской революции 1906 года до 60-х годов ХХ-го столетия. Его творчество — своего рода зеркало, отражающее путь осетинского крестьянства не только к политической свободе, но и к своему духовному возрождению.

Жизнь произведения искусства всегда определяется не только автором, его создавшем, но и временем, общественной средой, в которой книга появляется. Некоторые из них быстро входят в широкий круг читательских интересов, начинают восприниматься как художественная история народа. В число их можно отнести и роман Д. Мамсурова, особенно, «Тяжелую операцию».

«Среди романов, вышедших в 30-ые годы в осетинской литературе,— писал X. Ардасенов,— роман Д. Мамсурова «Тяжелая операция» является самым значительным по объему и поставленным проблемам произведением»(1). Подобно романам «Поднятая целина» М. Шолохова, «Заря Колхиды» К. Лордкипанидзе, «Шора» Дж. Икрами он посвящается периоду коллективизации, когда под руководством Коммунистической партии происходили коренные сдвиги в социально-общественной жизни деревни, в психологии и мировоззрении крестьянина, формировался характер нового человека. Появление первого романа в осетинской литературе на столь важную и ответственную тему было подготовлено движением революционной действительности и самим внутренним развитием осетинской литературы.

Роман «Тяжелая операция» написан буквально по горячим следам коллективизации (1934) и поэтому с его страниц веет свежестью первых дней строительства колхозов, слышится биение сердец пионеров колхозного движения. Отдельные главы романа стали печататься в 1937 году на страницах журнала «Мах дуг». Однако полностью роман вышел только в 1939 году.

Хотя роман был издан, но работа над ним не прекращалась и в последующие годы, т. к. для большого романа, — по словам М. Горького, — требуется основательное изучение нашей эпохи... Для того, чтобы написать большой роман с основательным изучением эпохи, нужно знать многое»(2). И, конечно же, нужно время.

В книге «Исторический метод в биологии» К. А. Тимирязева говорится, что первичные факторы, из которых слагается естественный отбор в природе, —безграничная производительность и неумолимая критика, действует и в высших сферах человеческого творчества. Почти все ученые, художники, писатели всегда единодушно утверждали, что совершенство произведений достигается длительным и многократным отбором, вычеркиванием всего слабого, лишнего, т. е., говоря словами Л. Н. Толстого, «золото добывается промыванием». Именно таким путем шел Д. Мамсуров к совершенствованию своего романа. Через 16 лет, после длительного совершенствования мастерства, достаточно вооружившись методом социалистического реализма, опираясь на свой многолетний творческий опыт и учитывая замечания критики, он заново переработал «Тяжелую операцию».

Второе издание (1949 г.) вышло с незначительными изменениями, которые скорее можно отнести к редакционной правке, чем к авторской работе над текстом произведения. Основные изменения Д. Мамсуров внес в третье издание, вошедшее в 3-х томник избранных произведений писателя (1954 г.).

В каком направлении шла творческая работа писателя, что не удовлетворяло его в двух первых изданиях романа, какие части «Тяжелой операции» подверглись большей переработке и почему, и как они отразились на идейно-художественной стороне романа — вот те вопросы, на которые мы пытаемся ответить в этой небольшой статье.

Но так как проследить всю внутреннюю эволюцию романа от начала До конца, очертить каждый этап в отдельности, подкрепить анализ достаточным количеством убедительных и показательных примеров нет возможности в одной статье, приходится ограничивать тему.

Основная идея романа «Тяжелая операция» — руководящая и направляющая роль Коммунистической партии в деле коллективизации сельского хозяйства, в духовном росте крестьянства. И все изменения, внесенные автором в третье издание (1954 г.) были сделаны именно с целью усиления этой линии. Прежде всего Д. Мамсуров пересмотрел композицию романа. Наибольшей творческой обработке подверглась образная система романа, которая шла по двум линиям: по линии углубления содержания образов и появления с этой целью новых сцен, новых героев. Прежде всего Д. Мамсуров пересмотрел композицию романа.

В первой редакции роман начинался с изображения событий в городе, в домашней обстановке, с конфликта между Заурбеком — коммунистом, участником революции и гражданской войны, активным строителем Советской власти и его женой мещанкой Верой. Причина разлада — необоснованная ревность жены и «неверность мужа».

В этой же главе автор знакомит нас с другими действующими лицами: Хаматом, человеком без определенных знаний и мыслей, стариком-кучером, который повезет Заурбека в колхоз, Хату, другом детства Заурбека, семьей рабочего крахмального завода Ислама.

Однако вопросы, поднимаемые в этой главе, в основном, носили отвлеченный или же лишь только узко-семейный характер, не являлись началом дальнейшего развития определенной сюжетной линии, а обрывались где-то на полпути. Поэтому в третьем издании (1954 г.) автор полностью исключает эту главу. Только отдельные эпизоды, повествующие о личных взаимоотношениях Заурбека и Веры, и знакомящие нас с Хату, с его строем мыслей и образом жизни, отнесены соответственно в. глубь романа.

Образы Хамата и старика-кучера также не вошли в новое издание, так как они не сформировались в самостоятельные образы, а носили лишь фрагментарный характер.

Третье издание романа «Тяжелая операция» начинается с приезда Заурбека, посланца партии, двадцатипятитысячника в. с. Зиланкау. В этой же главе читатель знакомится со всеми основными действующими лицами и с партактивом села.

Но вместе с тем, к сожалению, в 3-м издании не сохранены яркие страницы, рассказывающие о сиротской доле Заурбека, о первых его шагах в революционной деятельности, а также страницы, повествующие о крепкой дружбе Заурбека с самого детства с Хату, об истоках мелкобуржуазного начала в характере Хату, хотя все это во многом предопределило дальнейшее развитие каждого образа.

В переработанном издании автор значительно углубил и расширил главы, относящиеся к перестройке советской деревни, к духовному становлению нового человека, отражающие яростную борьбу нового со старым не только в жизни, но и в сознании людей. Для этого в композиционную ткань произведения включены новые страницы и отдельные картины. Прежде всего это касается седьмой главы(3).

В первой редакции романа (1939 г.) молодая учительница Нина, директор школы, комсомолка заживо сожжена в своем доме учеником Асабе. Руководил злодеянием местный кулак Костин. Страх перед разоблачением (Нина с помощью своих всезнающих учеников составила списки кулаков, припрятавших зерно) был основным мотивом злодеяния. Причина достаточна веская. Но автор разрешает острый вопрос слишком односторонне и упрощенно. Читатель почти ничего не знает ни о руководителе преступления, ни о исполнителе, известно лишь, что он сын Темыра Кудзиева. Но кто они? На какой ступени социальной жизни стоят отец и сын? О чем они думают? Наконец, что их объединяет с кулаком Костином? Вот круг вопросов, которые встают сразу же при чтении первой редакции романа. Дать ответы на эти вопросы и не коснуться внутреннего мира героя, его мировоззрения, его истоков, невозможно.

Немаловажное значение в жизни народа в те годы имела и религия, в сетях которой долгое время находились сознание и психология крестьянина. Решение многих задач зачастую было в прямой зависимости от религиозных верований людей, особенно в мусульманских районах, где «традиции всех мертвых поколений тяготеют, как кошмар, над умами живых»(4).

Темнота и отсталость народа всегда были на руку врагам Советской власти. Они использовали их в своих корыстных, преступных целях, не останавливались ни перед чем. Убийство, саботаж, поджоги — все было приемлемо для них. Горели заводы и фабрики, школы и колхозные амбары. Лилась кровь ни в чем не повинных людей. Так сожжена была и учительница Нина. Но в первом издании романа этот вопрос связан только с именем кулака Костина и носит характер личной мести.

В ходе работы над текстом третьего издания Д. Мамсуров постарался расширить и углубить эту проблему, связать ее с другими факторами, и в частности, с религиозными, поэтому ввел новых действующих лиц (Типа, Белеккон и др.). В ткань произведения, как было сказано, были включены отдельные сцены « картины, такие как принятие решения об открытии клуба на месте мечети (с. 138—141); возмущение женщин против этого решения (с. 142—143); ночь перед преступлением в мечети (с. 147—151).

Вновь включенные сцены обогащают общую сюжетную линию романа, показывают еще одну сторону борьбы коммунистов с врагами Советской власти и с религиозным фанатизмом народа. И хотя автор не всегда последователен в освещении этих вопросов, однако ему удалось показать ярче и убедительнее коварство и подлость сельского кулачества, трудности и лишения коммунистов, комсомольцев и активистов села в годы коллективизации.

Кулаки распустили по селу слух, что детей будут разлучать с родителями (коммунисты хотели открыть детский сад), что в школе их учат всяким непристойностям, непослушанию, непочитанию старших, натравливают против религии. И возмущенные женщины во главе с Белеккон (жена кулака Дзантемира Сабаткоева) врываются в комнату Нины, оскорбляют ее, избивают и таскают за волосы за то, что она внесла предложение открыть клуб на месте мечети. Женщины не могут ей простить осквернение святого места, превращение его в «хъомдон», или, если точнее выразить их мысли, в «дом терпимости».

Но именно под сводами этой «святой обители» темной ночью в тесный узел сплетутся коварство и фанатизм. И в их ненависти сгорит учительница Нина, искалечится душа юного Асабе.

Автор внес частичные изменения и в образную систему: отца Асабе теперь зовут Гина. Скупо и лаконично, но точно и выразительно дает нам автор здесь не только внешний портрет, но и внутренний мир старика. «В темной обители в глубине мерцал огонек. Его слабые лучи еле освещали лицо человека с длинными, белыми усами. Это был хромой от рождения Гина. Рядом с ним, поджав свои ноги, сидели трое (местные кулаки) и обсуждали план злодеяния».

Религиозный фанатик Гина готов пожертвовать своим единственным сыном во имя своих убеждений. После закрытия мечети он чуть с ума не сошел, замышлял даже поджечь ее, но потом все же выпросил себе место сторожа и молился там в одиночку. Посылая Асабе на преступление, Гина успокаивал его: «Два раза я ездил в Мекку замаливать свои грехи. Тоже самое сделаешь и ты потом. А теперь исполни свой долг перед богом, сын, дабы не осквернить храм божий».

В результате указанных изменений роман освободился от излишней растянутости, повествование в целом получилось более напряженным и динамичным.

С этой же целью был опущен и конец первоначальной редакции романа, повествующий о разоблачении и аресте злейшего врага Советской власти и колхозного строя Сафара, прикрывшегося высокой должностью секретаря райкома, а затем председателя колхоза.

Обо всем этом в третьем издании сказано только скороговоркой в послесловии романа. Как готовый результат окончательной победы колхозного строя, автор дает картину последней встречи Заурбека с Сафаром. «Как волк в клетке промелькнуло лицо Сафара сквозь оконную решетку вагона, но поезд шел быстро и невозможно было присмотреться к нему». Разоблачение и арест и здесь прошли как бы за кулисами, поэтому подобное сокращение незначительно повлияло «а качественную сторону произведения.

Творческая работа писателя проявляется не только в создании новых сцен, но и в углублении характеров героев. Если в первой редакции довольно часто встречаются образы уже сложившиеся статичные, то в третьем издании автор пытается показать рост героя, становление его характера, преодоление им пережитков прошлого. Так, совершенно по-новому прозвучал в третьем издании образ Ханифы. Включены сцены, рассказывающие о ее тяжелой сиротской доле, о сомнениях и нерешительности перед вступлением на путь борьбы, о клятве на могиле мужа Тугана, павшего от рук бандитов — посвятить всю жизнь, всего себя борьбе за счастливое будущее. И несмотря на то, что все это дается в основном в авторской передаче, а не в процессе развития действия, образ Ханифы стал ярче и содержательнее. В таком плане он стал как бы естественным продолжением темы духовного становления новой женщины, берущей свое начало в творчестве Д. Мамсурова еще в первых рассказах (Дашхан «Первый шаг»).

Часто в процессе переделки произведения автор сокращает те или иные главы или отдельные сцены. Это происходит не только с целью освобождения от слабых и неудавшихся мест, сколько от стремления автора подчеркнуть, особо выделить какие-то важные, узловые моменты, выдвинуть и еще больше оттенить тот или иной образ.

Так, Д. Мамсуров в третьем издании, уже в первой главе «Тяжелой операции» параллельно с образом главного героя романа Заурбека дает образ секретаря комсомольской организации с. Зиланкау Мусса. Это не новое действующее лицо. С ним мы встречаемся и в первой редакции (гл. 10, с. 102) в момент подготовки открытия клуба и на собрании бедноты. Но здесь образ как бы стоит на втором плане, не несет достаточной идейно-психологической нагрузки, не отражает в полной мере роль и значение комсомола в изображаемый период. Поэтому создание образа комсомольского вожака, который бы полностью отвечал духу времени, было немаловажной задачей в раскрытии основной идеи романа.

Учитывая все это, Дабе Мамсуров образ Мусса как бы передвигает вперед, на первые страницы, заменяет им старика-кучера. Дает его в большем развитии, чем в первой редакции. Перед взором читателя вырастает портрет Муссы: «Это был молодой широкоплечий парень. Веснушки не портили его круглое красивое лицо, но наоборот, придавали своеобразную обаятельность. Голубые его глаза смотрели спокойно и выражали ум».

Внутренний же мир его раскрывается в беседе с Заурбеком по пути в Зиланкау. Из отношения Мусса к происходящим событиям, его стремления к знаниям мы видим в нем настоящего комсомольца тридцатых годов. Не все в нем пока совершенно, не все ему пока понятно, но всего этого он добьется на продолжении всего романа. Ведь он на пути становления. И в этом во многом поможет ему Заурбек — представитель партии.

В процессе творческой обработки образной системы романа Д. Мамсуров основное внимание сосредоточил на образе главного героя Заурбека. В отличие от первого издания, где дан подробный его портрет (невысокого роста, широкоплечий мужчина лет 35, в кепке, в темно-синих брюках на выпуск и шевиотовой сорочке национального покроя) в третьем издании автор как бы предоставляет читателю право самому составлять портрет героя, исходя из его поступков и действий. Мамсуров удачно сочетает их с внутренним миром, с мыслями и переживаниями Заурбека о личных и общественных делах, о будущности молодежи, об окружающих его людях. И не важно, высокий он или низкий, в национальной он одежде или европейской. Важно то, что о нем люди говорят. «Вот ведь поистине золотой человек. Ничего начальственного в нем нет. Вот это настоящий начальник».

Для подтверждения этих качеств героя в тексте произведения мы находим новые сцены и отрывки: молодежь села после комсомольского собрания, где Заурбек делал доклад; его встречи со стариками села; беседа о добровольности при вступлении в колхоз; строгий выговор Ханджери, красному командиру в годы гражданской войны, за отступление от линии партии, за его партизанские методы при проведении коллективизации; принципиальный спор с Сафаром; беседа с первым секретарем обкома партии и др. Именно в этих сценах образ Заурбека каждый раз поворачивается к читателю с новой, лучшей стороны и предстает перед ним как активный проводник политики партии.

Отшлифовывая образ Заурбека, Д. Мамсуров хотел еще раз подчеркнуть основную идею романа — руководящую и направляющую роль Коммунистической партии не только в деле коллективизации сельского хозяйства, но и в духовном росте крестьян, и это ему во многом удается.

Однако, увлеченный образом центрального героя, автор оставляет в тени другие персонажи романа. Так, схематичен образ двадцатипятитысячника, рабочего Темырболата. Ни в первом, ни во втором издании он не получил достаточно полного освещения. Как тень Заурбека, он появляется в наиболее критических обстоятельствах. И со слов автора мы узнаем, что «речь у него не отличалась сложностью и красноречием. Говорил он просто, но знал боль и заботы простого народа».

Между тем образ Темырболата способствовал бы более полному и всестороннему раскрытию основной идеи романа, объяснил бы значение великой помощи, оказанной крестьянству рабочим классом. Старый коммунист, рабочий Касполат вообще остался за кулисами, и читатель так и ничего не узнал о нем и не услышал даже его голоса.

Значительное место как в первом, так и во втором издании романа занимают страницы классовой борьбы, яростных схваток с кулаком, затаившимся врагом, сумевшим пробраться даже в ряды партии. По этому поводу М. Паррастаев пишет: «В процессе работы над романом автор каждый факт описывает ярко, художественно верно. Но талант его особенно проявляется там, где он рассказывает о врагах народа и революции»5. Внимательный анализ двух изданий романа позволяет несколько уточнить данное положение. Нам кажется, что автору все же следовало более полно показать в своем романе образы врагов Советской власти и колхозного строя. Разоблачение и раскулачивание Дзантемира Сабаткоева в обоих изданиях оказались достаточными для завершения коллективизации. Внезапно появляется на страницах романа кулак Костин. И хотя в третьем издании его образ несколько дополнен сценой в мечети, о которой мы уже говорили выше, он также внезапно убит рукою Ханифы. Читатель так и не сумел полностью проникнуть в звериное нутро этого коварного врага.

Более жизненны образы Алихана и Сафара, злейших врагов Советской власти, хотя и их поступки не всегда достаточно мотивированы.

Так Алихан плохо скрывает свою враждебную деятельность: насильственно заставляет крестьян вступать в колхоз, открыто выступает против участия коммунистов в полевых работах, не скрывает своих связей с троцкистами. Порой произносит слова, которые выдают его с головой, наконец, он один из главарей вооруженного нападения на колхозный скот. В конце концов он попадает в руки колхозников и ими застрелен. Великолепную конфликтную ситуацию автор сгладил, объяснив убийство Алихана мотивами личной мести колхозника Соли (когда-то Алихан выгнал его из-за пиршественного стола из своего дома).

Сопоставляя последнюю редакцию романа «Тяжелая операция» (1954) с прежними изданиями (1939, 1949 гг.), мы чувствуем, как после «третьей прополки» он засиял новой красотой.

Редакционные исправления в целом говорят о чувстве высокой ответственности писателя за свое дело, о его партийном подходе к литературе.



1 Ардасенты X. Ирон роман ӕмӕ йӕ проблемӕтӕ.— Мах дуг, № 10, с. 79.

2 Горький М. О литературе. М., «Сов. писатель», 1955, с. 436.

3 Так как содержание соответствующих глав первого и третьего издания не совпадают, то в каждом конкретном случае мы будем указывать год. издания.

4 Маркс К., Энгельс Ф. Немецкая идеология,— Соч., изд 2-е т 3 с. 119.

5 Пӕррӕстаты М. Социалистон реализм Мамсыраты Д. сфӕлдыста- ды.—«Мах дуг», 1968, № 9, ф. 77.



Источник:
Кантемирова Р. С. Две редакции романа Д. Мамсурова «Тяжелая операция» // Осетинская филология: межвуз. сб. ст. Орджоникидзе: Изд-во СОГУ, 1981. Вып. 2. С. 111—119.
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
  Информация

Идея герба производна из идеологии Нартиады: высшая сфера УÆЛÆ представляет мировой разум МОН самой чашей уацамонгæ. Сама чаша и есть воплощение идеи перехода от разума МОН к его информационному выражению – к вести УАЦ. Далее...

  Опрос
Отдельный сайт
В разделе на этом сайте
В разделе на этом сайте с другим дизайном
На поддомене с другим дизайном


  Популярное
  • Спектакль про непридуманное
  • Кусочек армянского солнца
  • К проблеме этнорелигиозной самоидентификации современных осетин
  • Северный адреналин
  • Цветная жизнь - заслуженному художнику РФ Ушангу Козаеву – 65
  • Долго будет Карелия сниться
  • Дочь солнца
  • В согласии с судьбой
  • Турецкая осень "Сармата"
  • Искусство осетинской примадонны
  •   Архив
    Декабрь 2017 (15)
    Ноябрь 2017 (48)
    Октябрь 2017 (48)
    Сентябрь 2017 (55)
    Август 2017 (33)
    Июль 2017 (29)
      Друзья

    Патриоты Осетии

    Осетия и Осетины

    ИА ОСинформ

    Ирон Фæндаг

    Ирон Адæм

    Ацæтæ

    Осетинский язык

    Список партнеров

      Реклама
     liex
     
      © 2006—2017 iratta.com — история и культура Осетии
    все права защищены
    Рейтинг@Mail.ru