В 60-х годах позапрошлого столетия внимание администрации Терской области было приковано к маленькому селу в Военно-Осетинском округе, на южных отрогах Сунженского хребта, откуда во Владикавказ поступала информация о переселении его жителей в Турцию. Секретные письма со штампом “Аул Скут-Кох” отправлялись с гонцами оттуда, из замка Муссы Кундухова, в Кабарду, Чечню, Владикавказ.
В 80-90-е годы XIX века Скут-Кох был переименован в Эммаус. Он был в центре хозяйственной жизни Владикавказского округа. Новое название ему дали немецкие колонисты, оценив необыкновенную красоту места, окруженного зелеными холмами, чудесным лесом и фруктовыми садами, в центре которых, как на ладони, словно маленькое уютное гнездошко, устроили они свою колонию. Немецкие колонисты-лютеране не случайно выбрали это название - Эммаус.
Так же называлось местечко близ Иерусалима, где, согласно Евангелию от Луки, воскресший Господь был узнан двумя учениками - Клеопой и Петром - в преломлении хлеба. Именно название Эммаус наиболее органично олицетворяло красоту этого поистине райского уголка Осетии. Не случайно названия Скут-Кох, Раздзог и сейчас не пользуется популярностью у местных жителей. Они до сих пор свое село предпочитают называть “Еммаус”.
Следующий период в истории Эммауса связан с переселением сюда куртатинцев в 1907 г.
Прошло уже сто лет с тех пор, как жители горных сел куртатинского общества - Даллагкау, Гусара, Гули, Дзуарикау, Дзивгис, Барзикау, Харисджин, Хидыкус, Цымыти, Урикау, Саниба, Верхний Кора, - воспользовавшись услугами Крестьянского Поземельного банка, при помощи которого российское правительство проводило столыпинские аграрные преобразования в Осетии, купили имение Эммаус, опираясь при этом на посредничество присяжного поверенного Гаппо Баева.
Таким образом, данному событию в этом году исполнилось сто лет.
Прошлое села - это настоящее наглядное пособие, на примере которого можно ярко проиллюстрировать все самые значительные вехи исторического развития Осетии в XIX-XX вв.
А началась эта история еще в 1839 г., когда семье тагаурского алдара из Горной Санибы Алхаста Кундухова за преданную службу России его сыновей - Каспулата, Муссы и Ибрагима, - разрешено было поселиться вместе с 80-ю дворами крестьян (хотя переселилось всего 40 дворов) в урочище Скут-Кох, на бывшие земли кабардинского князя Бековича-Черкасского, выкупленные казной.
Аул Скут-Кох находился на стыке четырех округов Терской области (Чеченского, Кабардинского, Ингушского и Осетинского). Кундуховский аул размером 5080 десятин, так же, как и соседние села, должен был препятствовать имаму Шамилю контактировать с западным Предкавказьем - Кабардой и горскими адыгскими народами.
Через урочище Скут-Кох “хищнические партии постоянно пробирались на Военно-Грузинскую дорогу”. Поэтому переселение сюда многолюдного аула было необходимо и с военной точки зрения.
Из сыновей Алхаста Мусса Кундухов был особенно чтим среди кавказских генералов. Именно Муссе Алхастовичу, заслужившему особую благосклонность начальства, был выделен в 1842 г. столь значительный надел, несмотря на остроту земельного вопроса в плоскостной Осетии. Земля Кундуховых не была дана в их исключительное владение.
Правительство исходило из положения, что вся плоскостная земля - собственность казны. В 1853 г. Кундуховым было по плану отведено лишь 2800 десятин (а не 5080), но не в личное потомственное владение, а в общинное вместе с 11-ю дворами кавдасаров. И даже в таком виде вопрос о собственности на землю в Скут-Кохе не был решен окончательно.
Аулы переселенцев в предгорьях Кабардино-Сунженского хребта становились все многолюднее, пополняясь переселенцами из горной части Осетии. В отличие от кундуховского алдарского аула, соседние селения - Заманкул и Батакоюрт, - были фарсаглагскими. Это обстоятельство, а точнее нерешенность земельного вопроса, обострило отношения Кундуховых с их соседями, особенно с жителями Батакоюрта. На почве таких разногласий брат Муссы Каспулат бежал в горы.
Кундуховы выстроили в Скут-Кохе оборонительный замок для защиты всего аула и в порядке очереди держали дневной и ночной караулы по 4 человека. Замок в Скут-Кохе, выстроенный из белого камня, находился в северной части села на возвышенности. Окруженный двухметровой каменной стеной, растянутой на 82 м, он служил настоящей крепостью, в которой укрывались жители аула во время набегов банд абреков, и из бойниц которой они держали оборону.
В 1851 г. М. Кундухов писал, что жители соседних аулов в случае опасности оставляли свои дома и укрывались в Скут-Кохе, а “неприятель предавал их жилища огню”. Замок производил внушительное впечатление. Он словно парил, величаво возвышаясь над окружающим ландшафтом. Внутри замка находились мечеть и кунацкая.
Когда М. Кундухов в 1857 г. стал начальником Военно-Осетинского округа, а в 1860 г. начальником Чеченского округа, в своей кунацкой он принимал в любое время суток “неизвестных людей”. Его подозревали в намерении стать во главе общего восстания на Восточном Кавказе против Российского правительства и в связях с мусульманского толка чеченской сектой зикристов Кунта-Хаджи.
Недовольство крестьянской реформой 1861 года, да и в целом российской политикой на Кавказе усиливало враждебные антироссийские настроения, особенно среди мусульманской знати. В этих условиях присутствие генерала М. Кундухова в пределах Терской области для царской администрации становилось более чем нежелательным.
Поэтому, когда М. Кундухов обратился к начальнику области с просьбой разрешить ему уволиться со службы и переселиться с семьей и родственниками в Турцию, она “была встречена без огорчения”. Кундухов обещал при этом, что возглавит переселение 3000-5000 семейств осетин, чеченцев и карабулаков. Основной контингент переселенцев дал Восточный Кавказ.
В составе первой партии переселенцев были семьи генерал-майора Муссы Кундухова, его братьев Афако, Каспулата, их крестьяне, а также другие Кундуховы, алдары Тхостовы, Есеновы, Алдатовы, Кануковы, Мамсуровы и другие. Они отправились в Турцию в июле 1865 г.
Мусса-паша Кундухов, как его стали называть в Турции, обосновался в вилайете Сивас и получил должность командующего армией.
В русско-турецкой войне 1877-1878 гг. он сражался против своих бывших товарищей по оружию, а скончался в 1889 г. в Эрзеруме.
Скут-Кох в 1865 г. был выкуплен у Кундухова казной. Часть его земли была отмежевана Заманкулу (642 десятины) и 1055 десятин Батакоюрту. Оставшиеся в Скут-Кохе 17 дворов были переселены в Тулатово (Беслан).
Новым владельцем скут-кохской казенной дачи (бывшей Кундуховской), уже значительно уменьшенной в размере (950 десятин), стал начальник Осетинского (впоследствии Владикавказского) округа - А. Ф. Эглау. В 1887 г. он пригласил на свои частно-владельческие земли в Скут-Кох 14 семей немецких колонистов. Они должны были организовать в Скут-Кохе “образцовое хозяйство” и “тем самым показать окружающему туземному населению улучшенные способы земледелия”.
В 1897 г. колония была переименована из Скут-Коха в Эммаус. Старостой (шулыцем) колонии был Иоганн Реттенбахер. Колонисты по-новому обустроили селение, отстроили себе каменные и саманные дома (25 дворов), в селении была одна мужская и одна женская школы. Эммаус просто утопал в зелени. Фруктовый сад размером в 6 десятин окружал колонию переселенцев.
В северной части села немцы выращивали виноград, с северо-востока была высажена большая ореховая роща, создана система водоснабжения села и орошения сельхозугодий (большинство этих садов было вырублено во время Великой Отечественной войны на дрова, когда в лес стало ходить опасно). Колонисты выращивали также хлеб, была у них и бахча.
Разводили только крупный рогатый скот и лошадей. Таким образом, они превратили этот маленький уголок осетинской земли в райское место благодаря своему огромному терпению, трудолюбию и аккуратности - исконно немецким качествам.
Несмотря на достигнутые успехи, 18 июня 1905 г. колонистское правление в Эммаусе было упразднено.
Имение Эммаус было продано г-ну Дицману. При содействии Крестьянского поземельного банка (КПБ) хутором Куртатинского товарищества, состоявшего из 55 дворов осетин, имение Эммаус и было приобретено у последнего. В этом приобретении большую помощь куртатинцам оказал присяжный поверенный Георгий (Гаппо) Васильевич Баев, стараниями которого в 1907 г. на Осетию было распространено действие КПБ и в целом проводились столыпинские преобразования.
По замыслу П. А. Столыпина вся Россия должна была быть поделена на хутора-участки, полученные крестьянами в собственность вне пределов территории села. Покупная цена десятины составляла в среднем 150 руб. Из них 120 руб. в виде ссуды выдавалось КПБ, а 30 руб. вносили сами покупатели. Сумма долга банку от Куртатинского товарищества составляла 98000 руб., ежегодный платеж - 4410 руб. Не все жители справлялись с выплатой долга.
Многие возвращались обратно в горы.
Общая площадь хутора составляла 944 десятины, из которой удобной земли было 780 десятин, леса - 5. Земля между членами товарищества была поделена по жребию доверенными лицами. Количество приобретаемой земли было различным и зависело от состоятельности покупателя.
Так, переселившийся из с. Даллагкъау Д. Сокаев купил 5 дес., Тауби Сокаев - 20 дес., Бекмурза Кцоев из с. Гули - 20 дес., Пецо, Дзарахмат, Дрис, Заурбек и Хатахцкъо Кцоевы - по 10 дес. Джела и Габи Елкановы из с. Дзивгис - по 10 дес., Джела Цоколаев - 10 дес., Дзицыл Дзодзиев из с. Барзикау - 20 дес., Дола и Горджен Годжиевы 20 и 10 дес. соответственно,
Туган и Дзиго Джелиевы 5 и 10 дес., Хамурза Габоев - 20 дес., Заурбек Мсоев из с. Барз - 20 дес. Хатахцкъо и Саукудз Хестановы - по 20 дес., Дзамболат, Инус и Миртиз Гусовы из с. Хидыкус - по 20 дес., Тепсарихъо Кодзаев из с. Урикау - 10 дес. Боци, Малаг и Акмурза Томаевы - по 20 дес. и 10 дес. Долг банку выплачивался товариществом ежегодно. После Октябрьской революции он был аннулирован.
В 30-е годы, во время коллективизации, этот населенный пункт получил новое название - Раздзог, то есть “идущий впереди”. Но сейчас, к сожалению, Раздзог - далеко не первый. Сказались те потрясения и эксперименты, которым подвергалось село на протяжении последних лет. Главные его проблемы - это отсутствие рабочих мест, воды и, наверное, веры в собственные силы.
Но сельчанам не надо далеко идти за примерами того, как добиться процветания - они есть в их собственной истории…
М. КОДЗАЕВА-ЧШИЕВА, кандидат исторических наук, преподаватель СОГПИ. |
