поиск в интернете
расширенный поиск
Иу лæг – æфсад у, дыууæ – уæлахиз. Сделать стартовойНаписать письмо Добавить в избранное
 
Регистрация   Забыли пароль?
  Главная Библиотека Регистрация Добавить новость Новое на сайте Статистика Форум Контакты Реклама на сайте О сайте
 
  Строим РЮО 
Политика
Религия
Ир-асский язык
Образование
Искусство
Экономика
  Навигация
Авторские статьи
Общество
Литература
Осетинские сказки
Музыка
Фото
Видео
  Книги
История Осетии
История Алан
Аристократия Алан
История Южной Осетии
Исторический атлас
Осетинский аул
Традиции и обычаи
Три Слезы Бога
Религиозное мировоззрение
Фамилии и имена
Песни далеких лет
Нарты-Арии
Ир-Ас-Аланское Единобожие
Ингушско-Осетинские
Ирон æгъдæуттæ
  Интересные материалы
Древность
Скифы
Сарматы
Аланы
Новая История
Современность
Личности
Гербы и Флаги
  Духовный мир
Святые места
Древние учения
Нартский эпос
Культура
Религия
Теософия и теология
  Реклама
 
 
KUVD - «МОЛЕНИЕ-ТАНЕЦ-ПИР» В АРИЙСКОЙ ИДЕОЛОГИИ СРЕДИЗЕМНОМОРЬЯ И ЧЕРНОМОРЬЯ. Начало
Автор: 00mN1ck / 5 апреля 2008 / Категория: Нарты-Арии и Арийская идеология
Как правило, в брачных сюжетах молитвословий Argъaw с танцами у Древа Жених связан с Вепрем - это дублер хорошо знакомого нам по Нартиаде травестированного «близнечного» Гиракола-Uryzmag-Gamauas. С Вепрем соединен и танцует, либо борется герой-охотник, а Vajug-и «наблюдают» за танцем. Даже отвлекаясь от того, что подобные сюжеты называются молитвопениями Argъaw, сама сценография их ясно говорит об инициационном характере этих танцев-схваток и танцев-браков, то есть говорит о принадлежности их к Вере. Персонажи и сценография в них явно сакральные: Древо - это Fædgy Bælas как организующий структурный центр идеи Мирового Брака и Мирового плодородия - символ воспроизводства Обычаев и Потомков; Вепрь - это «брачный символ» Uyryzmag//Wæraz-Гиракола, с восходящими ипостасями травестированного «витязя в свиной шкуре» и Предка породы героев uryzmag-Gamauas; Vaju - это древний бог войны и наставник-патрон инициаций. Уже давно установленно, что эти образы - священные для древних культов, с той поправкой, что это не образы «богов» - это именно «силы». Выше мы усилили основания такой оценки всей образной парадигмы! Образы принадлежат наиболее ранним пластам идейно-теологической системы ариев и восходят к родовой идеологии: одно это заставляет рассматривать «танцы-браки» и «танцы-схватки» как пластическую форму выражения молитвопений Argъaw. То есть «танец»-kavd есть Язык Жестов - составная часть «иллюстративно-манифестационно-символического» Языка Культа, другим его выражением является вербальный Язык «молений»-kuvd...

Рассмотрим молитвопение Аргъау, в сюжете которого содержится сдвоенный образ Вепря-Охотника, «застрявшего клыками в древе» и «трясущегося»... Саму «тряску» охотник и назвывает «танцем», а пластика «парного танца» Охотника-Вепря представлена динамикой и экспрессией «схватки»: Охотник «вцепился в хвост Кабана», «застрявшего клыками в древе», Кабан «вертит-виляет хвостом» и «трясет» Охотника, на «недоуменный вопрос» Ваюгов о сути происходящего Охотник объясняет, что он «от радости танцует» (1., 159). Перед нами Сюжет Культа - рассказанный на Языке Культа! Все пластические мультипликации предельно иллюстративны, а иносказания уже известны: «древо» - это «Древо-Невеста»; «клыки вепря» - это qъox-dændag, ænqъyryzy dændæg, ærnyqъyzy-dændag - это Свирепо Терзающий Брачный Зуб «витязя в свиной шкуре» uryzmag-Gamauas-Гиракола; сам «охотник, сдвоенный в едином танце с кабаном» - это и есть uryzmag-Gamauas-Гиракола; «тряска» - это «танец».

Идея «брачного зуба» - одна из составных частей возрастной идеологии, в которой одним из возрастных маркеров были зубы, а поколения Ровесников назывались Æmdændag - «созубный» или «равнозубный», Æmdændagdjyntæ - «(имеющие равное количество) равнозубые». Нет сомнений, что «зубной индикатор» был одним из определящих признаков в возрастной иерархии Gama. Возрастная замена «молочных» зубов на «взрослые» и появление «брачного зуба» - «зуба возмужания» были рубежными вехами между младенческим и брачным возрастом. Из этнографии известно, что у многих народов при переходе в брачный возраст инициируемым выбивали зубы - это «симпатический метод» Ускорения выпадения младенческих зубов и прорастания взрослых, ставший одним из инициационных испытаний... Но поскольку в Нартиаде брачный зуб был «вставлен», а не «выбит», то это возрастной признак прорастания «зуба возмужания (мудрости)», из чего можно заключить, что у ариев «зуб мудрости» называли «брачным зубом»! То есть возрасты «вырастаний зубов (всех вообще)» - в том числе и брачного зуба - это рубежные индикаторы возрастной иерархии силы Gama.

Очевидно, что «брачный зуб» был иносказанием с фаллическим смыслом - Зуб как показатель достижения возраста Половой Силы был «заместителем» клыка-Фалла в «говорах»-лексике поколенных притч иерархии Gama. Охотник, соединенный - посредством «захвата хвоста вепря» - с кабаном-Вепрем-Гир, являют «образ-двойник-Самца» близнечного травестированного удвоения «витязя в свиной шкуре Гир-Акола-uryzmag-Gama (-uas)», а Древо - это «древо обычая-потомства» и представляет Деву-Невесту. Пластический текст танца, в котором присутствуют фаллический «брачный зуб» - «застрявший в древе» при «радостной тряске», читается совершенно ясно и очевидно, что это классический сюжет праздничных «танцев-эротических терзаний» - Kavd//Kuvd: дуально-родовое наследие в неолите и металлической эпохе.

Но есть один акцентирующий знаковый пластический «код», вербальный смысл которого чрезвычайно актуален для всей кобано-тлийско-скифо-сакской образной парадигмы «звериного стиля»: Клык «витязя в шкуре вепря» uryzmag-Gamauas, «терзающего» Древо-Невесту, является кодовым заместителем Фалла, что переводит «радостные тряски» молитвопений Argъaw в уровень плодородящего Производительного Терзания, выраженного в пластической форме - форме Танца! Что сказано прямо: «сдвоивший себя с вепрем охотник» из молитвопений Argъaw - это брачный двойник «витязя в шкуре вепря» из славопений Нартиады и из скифского логоса Геродота, который утверждает, что его «радостная тряска» является Танцем! И это прямо приводит к заключению, что изобразительным решением идеологемы «рождения-смерти-рождения» Dzæwæggag были сцены Терзаний-Танцев-Kavd, которые одновременно Моления-Kuvd!

Идея «брачного зуба» Вепря - qъoxdændag, или ærnyqъyzy dændag - «свирепо терзающего зуба» соотносится с идеей фалла «брачных терзаний», а другим вербальным соответствием пластическому решению «брачных терзаний» соответствует ænqъyryzy dændag - «зуб угрозы (брачным насилием-терзанием)», которым Витязи иерархии Gamauas были наделены Первосупругой и Фемидой ариев - Sat-Æna - взамен «снятой с него шкуры вепря» uryzmag. Этот «маскарад наоборот» - снятие «шкуры-маски-брачного футляра-урызмаг-Кабана» - является на самом деле выражением Реформы: образы эпохи собирательского хозяйства с «копанием-рыхлением (почвы, кореньев, злаков и т.д.)» Разоблачены - эпоха Облачалась в «шкуры» Воинов и Витязей, не отказываясь пока от «шкуры волка-Охотника».

Любопытен «правоведческий» аспект этого акта Разоблачения: тот факт, что «снятие шкуры» - разделения «вепря-урызмаг» и «витязя хæмэс» на Старшего и Младшего - санкционировано Фемидой актом замены шкуры на Лично «вставленный витязю брачный зуб вепря», располагает весь сюжет на Древе Обычая-Потомства Fædgy Bælas! Акт «пророс» на Древе - стал нормой закона-Fædg. То есть «отныне» в брачной обрядности отход от «звериного стиля» и образности со «шкурами» стал новой Нормой, Обычаем, Законом для всех Потомков: Fædg!

Эра группового брака закончилась - взаимный выбор супругами друг друга отмечен: Sat-Æna «сама вставила брачный зуб - для самой себя» - это выбор Дамы-Супруги; Gamauas лишился «брачной шкуры вепря», в которой он выступал Кабаном-Производителем брачных карнавалов, взамен на то, чтобы стать персональным владельцем «зуба брачной угрозы», хотя он и обругал Первосупругу за то, что она оставила «себе снятую с него шкуру вепря»-Урызмага - этим выражен выбор Витязя-Супруга! Сюжет предельно иллюстративен и лишь небольшой остаток его «тайны» раскрывается тем, что «борадзаевский осел преследует Первосупругу неотступно» и она «откупается» от него - Откупается от Проклятия - «брачным зубом» Витязю, оставаясь «со шкурой вепря» - с Урызмагом как символом прежнего группового брака! Это означает, что на календарных празднествах сохранялась свобода брачных связей как пережиток - общность жен на оргиастических карнавалах в праздничные дни оставалась! И на свадебных торжествах тоже: невеста, прежде чем стать «персональной» женой избранника «по новой традиции», бывала доступна своим «теоретическим мужам по старой традиции» - этой разовой доступностью она и ее избранник Откупались от родичей мужа, которые все имели на нее право по старым обычаям группового брака...

Но Gamauas «проклял ее за это» - этим он посягнул на правоту Фемиды! И это знак того, что с изгнанием сиртов с ныхаса Оружием, «прорастанием» Оружия на «древе законов» - Древе Фемиды, патриархальный уклад отметает остающиеся традиции эпохи syrtdana - «сэрдоновско-бабские» порядки рода Naf отметаются Витязями вместе со «звериными шкурми»! И перед нами снова иллюстрация перехода от родовых норм nartamongæ к цивилизации uasamongæ!

Kavd//Kuvd - это древние карнавалы-балцы сиртов и нартов у водоемов и лесов, когда «голые люди пасутся - едят траву», к ним через реку - или на остров - инициируемые юноши доставляют на лодках угощение, преодолевая козни «сирен-водных дев» donbyttyrchyzdjytæ, «победив водных дев» юноши включаются в празднество и женятся, как правило - на двух, трех или более «сестрах»-donbyttyrchyzg: таковы отложения древних культов плодородия в стойких сюжетах Нартиады и Argъaw. В этих сюжетах «танцы-браки-схватки» распадаются на «схватки с водными девами-птицами donbyttyrchyzg», на «браки с водными-девами-птицами donbyttyrchyzg» и на «празднества вообще».

Геродот рассказал о происхождении савроматов от амазонок и скифских юношей - это тот же сюжет оргиастического брака сиртов и нартов с языком жестов - Танцами, но даже для времени Геродота он выглядит пережитком далекого прошлого и в нем нет брака-празднества, но есть признаки танца-карнавала как языка жестов с «разбоями-охотами», по-видимому - хотя бы отчасти тоже танцами-Схватками... Но древние культы Плодородия и акта Творения в сюжете очевидны: произведено на Свет Потомство - Новый Народ савроматов!

Это переосмыслено в «плодородие Войны» как достойного и прибыльного дела - в них есть совместный балц-поход с «охотами-разбоями» и эротикой: в брачной обрядности Эпохи Войн «плодородие» - как и все прочие аспекты Веры - уже предельно пропитано воинским духом...

Но в молитвопениях Argъaw воинского духа явно меньше, чем в Нартиаде: когда родители «закапывают дочерей в яму», но те «прокапывают подземный ход» прямиком к счастливому браку - это инсценированная идеологема Dzæwæggag с «ямой-могилой-смертью», перешедшей «прокапыванием-прорастанием» в «рождение-Брак». По схеме Dzæwæggag «невесты-деревца» преодолевали прежнее - небрачное состояние ямы-могилы - «смертью этого состояния» и «прорастанием при помощи Матери-Земли», переходящим в «рождение»-брак. В Нартиаде это выражается балцами сиртов и нартов, с «привязываниями» сиртов к древу и очевидно, что здесь сирты - это не только девы-древа, но и юноши, то есть пока еще «немужи», а именно инициируемые, которые в ходе обряда «умрут» для общности матерей syrtdana - решительно порвут с женской общностью, и «родятся привязанными к невесте-древу» в браке уже как мужи-нарты, получат мужские имена и перестанут быть презренными «бабами» syrtdana-syrton. Брак - это «привязывание» юношей к Древу, а через Древо - к «богатствам» нижней сферы - это вступление в детородный этап жизни и в кругооборот Восходящего Плодородия, с «обретением богатств» посредством соединения Мужской производительной силы Огня и Неба, с Женской производительной силой Воды и Земли. Это выражается тем, что девы и юноши в браке «связываются» - инициируемых «привязывают» и мотив этого акта «вязки» объявлен - вяжут «для обретения богатства»... Для обретения Потомства, верного Обычаям - Нормам Жизни...

Акт «привязывания к древу-невесте» равносилен акту «застревания в древе (брачным зубом-фаллом)», хозяином которого является «витязь в шкуре вепря» uryzmag-Gamauas. Как «привязывание к древу», так и «застревание в древе» являются иносказаниями со значением «брачной связи» для «обретения богатства» - это приобщение к древу Обычая-Потомства Fædgy Bælas и кругообороту Мирового Плодородия, производимого слияниями Огня-Неба-Отца и Воды-Земли-Матери, приумножающих Потомство, послушное нормам Обычая. Снова подчеркнем аналогию: Прометей-Огонь «прикован» к жене-материку Асии - «горе асов» Kauk-As - связан браком с Землей-Асией. Заметим, что мы не имеем ввиду гесиодовского Прометея, пытавшегося обмануть Зевса, или эсхиловского Прометея-богоборца, но образ бога-Огня-Неба и богини-Земли-Материка: «свирепые терзания» на «горе асов» Прометея Орлом манифестируют «смерть», «рождающую» цивилизацию, как терзания орлами-грифонами являют идею «смерти» нижнего уровня - идею «смертей-рождений» по Д.С. Раевскому - как переходов между регистрами трех уровней Творения на скифской пекторали.

И уже ясно, что скифы «не переписали» идею терзаний с ее образностью из кобано-тлийской иконографии, но явили «идейный плагиат» наследников - и символизируют «рождение» верхнего уровня с более высокими жизненными ценностями, чем на нижних, как воспреемники идеологии «горы асов»: «от уровня к уровню обретаются нарастающие по ценности Богатства»! В «терзаниях-эросе» Творится Жизнь.

Снова все та же идеологема «рождения-смерти-рождения» Dzæwæggag, теперь с Прометеем - с восхождениями от «менее достойного» к «более достойному»: от «незнания Огня» - к «узнаванию Огня» как одному из воплощенных переходов от «бедности» - к «богатству»! Осмысление «женитьбы» как уход от жизни «без огня» и приход к цивилизации «с огнем»: брак Прометея с Асией//Азией - это все тот же брак Огня-Света-Верха-Неба с Землей-Мраком-Низом, в котором «земля» представлена «материком» Асией - «землей асов», а место их брачной «взаимоприкованности» представлено «горой асов» Kauk-As. Перед нами еще одно свидетельство общности эллинско-ас-аланской Веры, ибо анализируемые знаковые состояния мужа-Верха и жены-Низа, как и вербальный статус жены-«материка-земли-горы», принадлежат единой функциональной системе и образности древнеарийской идеологии, а переходы между ними принадлежат идеологии Dzæwæggag с ее поколенно-возрастными переходами «рождения-смерти-рождения»!

И можно с полными на то основаниями заключить, что ærny-qъizy-dændag - эти «дико-свирепо терзающие зубы» весенних сюжетов Мирового Брака, когда Огонь-Жар «терзает-растапливает и растворяет» Лед-Холод и освобожденная Вода начинает «рождать» плоды - плоды «танцев-браков», «танцев-схваток» и «радостных танцев с застреванием в древе-невесте брачным зубом-клыком» «витязя в шкуре вепря» uryzmag-Gamauas - эти акты являются воплощениями той же идеологемы «свирепых терзаний» и всей образности этой идеологической системы: идейно-семантический контур «схваток-терзаний-застреваний зубами в древе-невесте» включает все мультипликации сцен терзаний, изображенные в кобано-тлийско-скифо-сакской иконографии! А сюжет с терзанием «прикованного к жене-Асии» на «горе Ас-ов» Прометея свидетельствует, что и эллинской...

Напомним, что сюжеты «войны со змеями» в кобано-тлийской иконографии вполне сопоставимы с авестийским обычаем храфстра - обрядовым убиением змей, лягушек и прочих ползучих гадов - исполненного Батрасом «как бы в последний раз» в эпоху реформы Веры с введением цивилизации uasamongæ. Эту Последнюю - Решающую - Схватку с «гадами из древнего Пантеона-Чаши» культов рода Naf-Nafah, культов времен единства арие-греков, Авесты и Нартиады, Батрас выиграл усами: терзания «змей-лягушек» усами тоже вписаны в порождающие «терзания-схватки», только Patyr-As породил не «детей» или «отдельный обычай» - от Творил богатства-Бон Ноаого Мира Витязей! Но идеальный герой Patyr-As не последовал примеру своего предка Gamauas, осилившего в своей части Творения «зубом» «лишь три уровня Чаши-Пантеона»: Patyr-As не использовал для «терзания» «брачный зуб» - терзал усами: Усы есть тоже признак брачного возраста, в эпоху металлла они «стальные» - это знак Железного Века... Очевидно, что с этого - Переломного для Реформы As-ов - времени авестийский язык xatiag-au-xatai все больше вытеснялся из обращения языком новой религии uasamongæ, языком новых жрецов-воинов asu//uas, языком As-ов, в конечном счете - современным ас-аланским.

Это можно использовать как датирующий признак: социальная страта pa-tur-tyr-As-pa скифов и ее «зеркальная» страта «батрАс-тотрАсов» Нартиады, являвшаяся социальной опорой Переворота Аристократов, начала складываться задолго до Геродота! А «самый молодой народ»-страта pa-tur-tyr-as-pa, как выясняется, и представлял «народ»-As - лучшиее семя «народа»-Patur, «народа»-Patyr, ибо датировать появление рода Naf и «народов» nart и syrt надо наверняка тысячелетиями ранее: то есть только страта-народ As-Patur-Patyr мог иметь при Геродоте «всего лишь тысячелетний возраст». Это XY-XIII века до новой эры...

«Время Patur-Patyr-As-ов» может датироваться только как «раньше», но никак не «позже», но есть еще два датирующих критерия: время появления топонимов Asia//Azia и Kauk-As в греческих источниках; время кобано-тлийских изображений «схваток-терзаний» Героя со Змеями... БатрасовоТерзание Змей усами - это вербальный «синоним» Схватки со Змеями в иконографии кобано-тлийцев, дающей одни из вариантов мультипликации идеи «терзания-эроса-Творения». Что датирует только саму ее мультипликацию, но вовсе не датирует Начало идеи! Но это достоверно датирует самих творцов сюжета из народа Patur-Patyr, который в терзаниях Творил свою «историю» и сотворил Новый Народ As: в XY-XIII вв. до н.э. он уже обитал на «горе асов»-Kauk-As! От этих As-Patur и As-Patyr, с их предком Tur-Gamauas, происходит и династ As-Bægatyr. По признаку того, что все варианты сюжета Творения в разряде социогенеза дают Новый Народ, который именуется то Sauromat, то As, а мы знаем, что Ас - это иерархи военной силы Gamauas и в верхней проекции - Цари, то савроматы - это обитатели «горы асов» того же времени, что и Ас-ы. Так что сведения античных историков, в частности Страбона и Птолемея, об обитании савромато-сарматов на «горе асов»-Kauk-As - абсолютно достоверны!

Таким образом, терзания «невест брачными зубами», терзания Гидр-Змей-Лягушек «усами», терзания хищными зверями и птицами Лошадей-Оленей - почему-то Д.С. Раевский не перенес свои верные интерпретации «терзаний» со скифской пекторали на кобано-тлийские сюжеты - терзание Прометея орлом и это наверняка грифон Arcъiw-Pa-Ksaj, «танцы-схватки-браки» с «брачными терзаниями невест-дерев» - это огромный сюжетный пласт древних культов Плодородия Огня-Неба и Воды-Земли, смысловым стержнем которых является идеологема «рождения-смерти-рождения» Dzæwæggag! Брачные «порождающие терзания» составляют стержень молитвопений Argъaw, как брачные походы-балцы с «терзаниями-кознями» нартов и сиртов составляют стержень славопений Нартиады по разделу «внутренней жизни Нарты», как брачная охота-разбой выражена «терзанием» амазонок скифскими юными воинами - и это наверняка дерзкие Patyr-As - в ходе этого «произведено» потомство - савроматы Геродота, в составе которых исторически «оказалось» отдельное племя As... И на арене истории появилось племя-народ асы-ясы-осы-усы... Идеологическая выдержанность всех этих, как и многих других сюжетов арийской Веры, включая Учение о мировом строе Законов и Поколений Fædgy-Bælas - как бы «истории» Обычаев и Потомков «вообще» - уже очевидна!

Cтрой этой Веры, с ее Учением и «историей», изложен молитвопениями Argъaw, славопениями kadæg - Нартиадой, вербально-«проговаривавшимися» молитвами Kuvd, сопровождавшимися пластическим текстом танца Kavd. Теперь остановим внимание на «персональном» составе образов, через которые выражается идея «танца-терзания-схватки-брака».

Парадигма женских образов «звериного стиля» в танцах, за единичными исключениями, та же, что и парадигма образности syrton-syrtdana: «утка» - acc (ацц), «олениха-лань» - qъwaz, «голубь» - bælon и т.д. Иногда вместо арийского qъwaz упомянуто qъaz - «гусь» (тюрк.), что не нарушает идейной «привязанности» образа к водным птицам - девам donbyttyrchyzg, но по времени является весьма поздним замещением арийской «утки»-acc: не ранее хазарского времени - это на тысячу лет позднее идейной гегемонии социальной страты pa-tur-tyr-as-pa, во времена которой «звериный стиль» вепрей, медведей, хищных кошек, волков, лис, уток, косуль, оленей, кобылок-сук и прочего переводился в антропоморфные воплощения идеологии uasamongæ. Но для изобразительного ряда молитвопений Argъaw еще характерны древнейшие образы «звериного стиля».

Отметим, что образы из молитвопений Argъaw - «утка»-acc, «голубь»-bælon, «олениха-лань»-qъwaz - это воплощения «девы-невесты-рождающей матери» Дзерассы из славопений Нартиады: мы снова приходим к тому, что претенденты на брак с Дзерассой - это «витязи-герои-охотники» в разных «брачных шкурах» мужской парадигмы образов. Это время перехода от «звериного стиля» древних молитвопений Argъaw религии nartamongæ - к образам героев-витязей-охотников цивилизации uasamongæ, все еще одетых в шкуры «звериного стиля» своих прообразов. Из молитвопений и славопений нам хорошо известны: «витязь в шкуре вепря» - uryzmag-Gamauas, «витязь в шкуре медведя» - Ars-Ama-uAs, предположительно «витязь в шкуре хищной кошки» - TarGamauas, а «арийская птица-грифон» - Arcъiw-Pa-Ksaj перешел в разряд «лучших помощников» брачных героев-витязей-охотников. Но тут же стоят и образы вовсе «без шкур»: превосходнейший Витязь Нартиады «могучий витязь» Asamas-Asmaz (Ama-uAs-As-Maz), и другой предстваитель этой парадигмы высших иерархов Gamauas - «великий витязь» uAs-Styr.

Исходя из того, что нам известны идеологема «рождения-смерти-рождения» Dzæwæggag, и ее пластическое решение в форме «терзаний-схваток» как производительного акта мирового Верха и Низа, воплощенного в мужской и женской парадигмах образов, легко восстановить «драматургию» и «режиссуру» древних брачных танцев-карнавалов. Очевидно, что на материке-равнине с названием Asia//Azia и на горе с названием «гора асов» Kauk-As, населенных «породой»-стратой pa-tur-tyr-As-pa, «дерзкие» «qaitar-(catiar Геродота)» пастухи быков Patur и юные пастухи Patyr - древние «ковбои» - изображали в танцах «радостные тряски-терзания», воплощая собой образ витязя, и выбор у них был невелик: Вепрь-Могучий-As, Медведь-Могучий-As, Хищная Кошка-Могучий-As, Арийский Птица-Arcъiw-(орел). Несколько богаче был выбор у их избранниц-невест: «плескливые лисы», утки, косули, кобылки, голуби и т.д. Разумеется, для своих травестированных брачных танцев-карнавалов они непременно готовили соответствующие «наряды-шкуры»: мужские - земных и летающих «хищников», женские - «водоплавающих» и «травоядных».

Эволюция мужских и женских карнавальных нарядов определялась продолжавшимся общим отходом от идеологии nartamongæ и образов «звериного стиля» по мере замещения их образностью идеологии uasamongæ: от нартовского образа «самца-вепря-uryzmag//wæraz-гир», «самца-медведя-ars», «самца-хищной кошки-staj» и «арийской птицы-arcъiw» - к образу индивидуального «супруга-витязя-As», одетого пока «в брачные шкуры» этих самцов, а затем и без - такова суть перехода. Параллельно эволюционировали женские наряды от сиртовских гидр-черепах-змей-лягушек-уток-голубей-лис-мышей-кабаних-косуль-кобыл - к символам и образу индивидуальной «супруги», одетой пока «водоплавающей птицей (утка-лебедь)».

Соответственно этому эволюционировала и «режиссура» брачных танцев-карнавалов, все менее воплощавшая идеологему Dzæwæggag, то есть все менее выражавшая брак как ступень очередного возрастного перехода «рождения-смерти-рождения»: переосмысление инфернального спектра этой идеи в «терзание-схватку» с боевым значением было и переосмыслением «эротического неистовства» вепрей-самцов в воинский дух витязей-As. Индивидуальный брак аристократов - это не столько отказ от групповой эротики нартов, сколько отказ от любого проявления «неблагородно-неизысканной эротики» (Gamauas-Særtæ>Kama-Sutra): никакой «радостной тряски-терзания» избранницы в «присутствии неравных» - идея «равного достоинства танцующих» - одна из центральных в Нартиаде!.. Даже танцевальные рефрены-возгласы «трясок-терзаний» отбракованы аристократами и нам предстоит их установить: сохранились только воинский рефрен uAs Tox - «асская схватка-бой», или Assa - призывная форма от As, которые выглядят и условием, и вербальным символом танца, и - вне всякого сомнения - признаком «антипорнографической цензуры витязей» As-ов, напраленной против «грубого примитивзма оргий» нартов... Это - Реформа!

Наиболее обычным воплощением сиртов в брачных карнавалах Нартиады являются «кобылки»: «витязь в шкуре вепря» uryzmag-Gamauas с процессией прочих нартов «верхом переправляются через реку» - это поход балц, а сирты (syrtdana-сэрдон) «плетутся с ними», на «середине реки» нарты начинают «стричь ноги», затем «отрезают губы лошадей сиртов», а сирты «отрезают хвосты у лошадей нартов»... Совершенно инициационный брачный сюжет, хотя его традиционно трактуют как «козни» между «именитыми нартами» и «сэрдоном»: первые смеются - «чему улыбается твоя лошадь? (вопрос к старцу-syrtdana)», ответ - «тому, что она видит перед собой (видит бесхвостых лошадей нартов)». В целом это правильное толкование - сюжеты Нартиады на это и рассчитаны: младенцы - непосвященные в тайны взрослых - так и должны их понимать...

Выше мы уже разбирали этот сюжет, отметив, что «переправы через Воду» означают Брак, а иносказание «стрижка ногтей (в темноте, в воде, в сомнительных условиях)» указывает на эротический смысл действия. То есть это сюжет брачного похода-карнавала с «вепрями-самцами», но «самок» здесь изображают «кобылки-сирты», верхом на которых нарты «переправляются через Воду» и «стригут ногти посреди Воды»... Напомним, что «групповые стрижки ногтей», да при том - в «походе», да при том - «на переправе», где даже и «кобылок не меняют», бывают только при походах-переходах с одной возрастной ступени на другую, тогда же стригут волосы на голове и делают из них разные «обереги», колдуют на них, прячут как «секреты» и прочее... То есть - это даже не иносказания: просто мы уже не знаем существенных этнографических деталей...

Что касается «обрезания губ у кобылки сэрдона» - это тоже не иносказание: смысл в том, что кобылки-сирты подвергаются нартами «брачному терзанию», при том и девицы, под которыми разумеют «неприрученнных, необъезженных кобылок». Это рефлекс дефлорации дев в единстве с осмыслением приручения лошадей особым приемом bildogъ//byltux(æn), что буквально значит «закручивание губ» (2., 261): перед нами указание на то, что в составе брачных походов-балцев бывали и «необъезженные кобылицы» и «такие кобылицы» были «под сиртами», но не «под нартами» - это еще девицы, которые пока «под властью сиртов-женщин», то есть не поднялись пока в полноценный статус женщин - не были в браке. И в брачных походах с девицами бывали юноши, которым предстояло - тоже впервые -«объездить кобылок»... Женщин от дев отличает признак «под нартами»: «обрезанными» кобыльи хвосты были именно у «кобыл под нартами» - это особо отмечено. Именно кобылки под нартами - бесхвостые.

Это обозначает женщин, которые в браке родили ребенка - нельзя было носить косу или длинные волосы после рождения первого ребенка и их обрезали... А у «кобылиц под сэрдонами (syrtdana)» хвосты необрезанные - они «девственницы» или те, что еще «не рожали». В обрядовой поэзии ас-алан девичьи косы сравниваются с «хвостами коней» - это сказано вполне определенно: юноша просит девицу показать свои косы, на что она отвечает, что это излишне, разве что если он никогда не видал «хвоста коня ведзенаг», или «хвоста вороного коня» (3., 115, 270, 271). Составители переводят «коня ведзенаг» как «греческого коня» (4., 409), но в отношении «девичьих кос-лошадиных хвостов» это не требует уточнений. Перед нами какой-то рефлекс скифо-эллино-амазонских сюжетов с «эорпата»...

Момент, требующий уточнения: на «нерожавших кобылицах (на девах с косами-хвостами)» восседают «сэрдоны», но это явно не «старцы»: в парадигме образов syrtdana есть и юноши, которые еще не перешли в нарты - для этого им остается вступить в брак, что даст право на новое - мужское - имя и мужской статус нарта. Эти «юноши-сэрдоны» и «терзают» своих кобылок закручиванием губ, «объезжая их» и этим входя в сообщество нартов: перед нами сюжет брачного карнавала-похода древности - юноши с девицами, а нарты с сиртами... Но не может быть, чтобы наставниками молодых не бывали матерые: в других сюжетах syrtdana (сэрдон) переносит на спине «витязя в шкуре вепря» uryzmag-Gamauas, при этом ясно сказано, что «переносит потому», что syrtdana «(сэрдон) kæstær -младший»... uryzmag-Gamauas все так же, на середине реки, «режет ногти на ногах»... Этот сюжет (5., 42) являет «объездку молодых - младших - кобылок матерыми наездниками-наставниками», «витязями в шкурах». И еще раз напоминает нам, что Нартиада различает состав парадигмы syrtdana по полу - это женщины всех возрастов без зрелых мужей, и незрелые мужи, по возрасту - это юноши до женитьбы и старики в ту пору жизни, «когда их струя уже не образует пены»...

Эти брачные празднества у Воды являются пирами Kuvd с травестированными танцами Kavd: в одних случаях пируют «за счет» сиртов - поедают «барана сэрдона», в других - за счет нартов поедают «корову uryzmag-Gamauas». Но Корову поедают в Лабиринте разврата! При этом попеременно, то «сэрдон»-Syrtdana, то витязь Gamauas восседают на Голове Коровы и произносят Моления-Кувд, совершается «насилие-терзание-эрос» и «убитые дети - сэрдоны» «возрождаются нартами»! Здесь «изобретается лира-Фæндыр и все происходит под молитвопения и славопения! Перед нами отложение сюжетов «грандиозных» инициационных оргиастических карнавалов Древности, совершавшихся у Древа-Склепа-Лабиринта, которые предстают Главными святилищами доасской Веры!

В вариантах жертва-Корова разделена на «корову урызмага» и «корову хамэса». И перед нами все та же идея жертвования как «устроения-Творения Мира! Интересно отметить, что в Нартиаде «баран» известен только как «жертва для танца-моления-пира Kuvd//Kavd» у Воды, а Корова - только в Лабиринте разврата. Впрочем, в неявной форме корова как-будто есть в других сюжетах Брака: этимология qъwaz заключает «корову»-gav и «козу»-az (6., 319-320), но в сюжетах это именно «лань», «самка оленя». Зато образ Færni-Fyr (-«фарновский баран») известен как брачный образ молитвопений Argъaw. Но вернемся к «брачным жертвам» нартов и сиртов - это отложение Брачных карнавалов Kuvd//Kavd нартов и сиртов.

При этом есть еще одно правило: то одежды нартов сжигаются или бросаются в воду, то нарты «мстят сиртам (сэрдону)» тем же - это отголоски уничтожений одежд при переходах из возраста в возраст. В новый возрастной статус позорно переносить одежду прежнего статуса, тем более в нарты юношам нельзя войти с «одеждой статуса syrtdana» - это недопустимо, но и оставлять ее опасно - тогда верили в козни колдовства, поэтому, чтобы по одежде не наколдовали зла, ее сжигали на брачных карнавалах... Отсюда «снимания-сжигания-разрубания-прятания» мужских «кабаньих», «медвежьих» нарядов-шкур или «орлиных крыльев», и женских «черепашьих-лягушачьих-змеиных-лисьих» и прочих нарядов-«шкур» в Нартиаде и Argъaw, в фольклористике один из этих вариантов известен как «мотив Мелюзины».

В этнографии ас-алан к древним ряжениям, скорее всего, восходит свадебный обычай «не видеть лица невесты до брачной ночи»: невесту «нельзя показать» ни жениху, ни гостям - это отголосок ряженых брачных карнавалов, когда вся церемония разыгрывалась как Мировой Брак между Светом-Небом и Водой-Землей, а участники были закрыты масками до - или даже во время - «радостных трясок-танцев-терзаний» с «застреваниями брачными зубами в деревцах...»... Время проведения весенне-летних календарных брачных карнавалов с танцами-молениями-пирами Kuvd//Kavd - это весенне-летняя пора, когда в природе нарастал эротический дух alu-balu tæf, способствовавший беременности и рождению потомства.

И показательно, что свадебные гимны ас-алан имеют особое название и припев-рефрен alaj-bulaj. Нет сомнений, что эротический дух древних брачных карнавалов alu-balu и свадебные гимны alaj-bulaj объединены как близостью форм, так и содержанием, еоторое разделено эпохами «до» и «после» Реформы: невест увозят из домов родителей alajbulajgængæ (7., 85). Буквально это означает, что невест увозят «делая алай-булай»... Составители сборника переводят фразу несколько иначе - «с пением алай-булай» (8., 241).

Но что означает слово-понятие-образ «алу-балу - алай-булай»? Этимологии alu-balu или alaj-bulaj как-будто нет... Сопоставительного фона тоже почти нет: можно привести почти не употребляющееся теперь «алибалитæ» со значением «двусмысленных намеков», и «пробу» народно-этимологического толкования alu-balu одним из информаторов. Который утверждал, что это «искаженное» alæu-balæu, а последнее было танцевальным «па» свадебных танцев, требовавшим от исполнителя «заступить» и потом «отступить»... Но это все!

И, следовательно, словосочетания alu-balu, alaj-bulaj уже не понятны или являются «искажениями» alæu-balæu, но сама форма слова и его толкования ясно читаются в одном смысле: в смысле «возвратно-поступательного движения» брачных танцев. Это толкование привлекательно еще и потому, что тяготеет к пластическому решению, уже известному нам по «радостной тряске-танцу» с «терзанием и застреванием в древе-невесте брачным зубом» из брачного сюжета молитвопений Argъaw... И тогда «сальные намеки» алибалитæ становятся как-будто понятными...

Более того, «сальные намеки» прямо сопоставляются с «сальным» сочетанием ralli-balli, что означает все то же «обратно-поступательное предосудительное хождение - туда-сюда и бог весть где», в том числе и «сексуальную распущенность»... При этом ralli-balli является синонимом coppay (9., 348) - танцев и шествий для вызывания дождя или по убитому молнией... Последние - цоппай - уже совсем близко к акту Творения: «убитый молнией» вписывается в идеологему «рождения-смерти-рождения» и пластику «терзания-охоты-эроса» как «счастливец - выбранный для высшего возрождения самим небом-Хуссау»! Шествия-танцы-Творения - и вместе с тем «предосудительные хождения» и «распущенность»... Круг значений очерчен.

Употребление alaj в некоторых свадебных гимнах ас-алан, где оно выступает как припев с тем же значением, но уже без bulaj (10., 91-94, 247-250), свидетельствует только о временах распада древней карнавально-брачной образности с забвением его символов и атрибутов: Нартиада еще помнит сочетание alu-balu, а часть свадебных гимнов помнит alaj-bulaj.

При этом регулярность повторов alaj в свадебной поэзии сближает его с припевами-рефренами uæræjdæ или chepena, которые известны во всей обрядовой поэзии, а песни со знаком-рефреном «чепена» входят в круг свадебных песен и этим прямо соответствуют песням alaj-bulaj. С одним различием: «чепена» отличаются от alaj-bulaj разнузданным весельем и крайней непристойностью, однако значения рефренов «уæрæйдæ» и «чепена» тоже неизвестны... И все же можно отметить, что «непристойность» chepena и «сальная двусмысленность» alibalitæ и ralli-balli дают новые ориентиры для толкования «возвратно-поступательного» толкования alu-balu и его вариантов как действия, связанного с «эротическим духом». С этим же «духом» должны быть связаны «прыжки», поскольку единственное танцевальное «па» в «чепена» - это попеременные прыжки на правой и левой ноге вперед-назад, или по ходу вращения хоровода, или на месте.

Значение «возвратно-поступательности» обеспечивается префиксами a-(ra-) и ba-: первые означают направление «вовне», второй - «внутрь», то есть семантический контур надо искать для отделенной от префиксов корневой части -lu. Отделим префиксы во всех остальных словосочетаниях и тогда весь корневой ряд примет такой вид: lu, li, laj, ulaj, læu, а значения его должны быть в сфере «брачных действий», «эротического духа» и «радостной тряски-танца» с «прыжками».

Брачное действие и эротический акт с «радостной тряской» и «танцем-прыжками» не оставляют других вариантов, кроме как сопоставление ряда lu-li-laj-ulaj-læu с «прыжком-покрытием самки» liwyr (-yn, -d). Этимология слова, через ступень ræ-wer, восходит к fra-vair, вторая часть которого значит «кидать» (11., 46). Эротическое значение «прыжков-трясок-киданий» известно, что заставляет обратиться к «скачущим всадницам-амазонкам» как одной из проекций брачной обрядности и лексики Нартиады… Чрезвычайно созвучные li-Wyr, в геродотовской передаче “эор” – “ли-уэр” ас-аланское; Bæxtæ, в геродотовской передаче “пата” – “бæхтæ” ас-аланское... То есть «эорпата» – это «лиуэрбæхтæ»: «прыгливые кобылки» - «амазонки», участницы брачных карнавалов нартов и сиртов!

И все проясняется: «брачные» значения рефренов alaj-bulaj и alaj, «эротическое» значение alu-balu, «сальные» значения alibalitæ и ralli-balli, «прыжок-покрытие самки» liwyr восходят к ræ-wer! Этим мы восстановили древнейший арийский песенный рефрен брачных «танцев-песен-молений» Ræ-Wer-Wer-Ræ! Размеренное повторение бесчисленных танцевальных прыжков на протяжении многодневных брачных карнавалов сопровождалось бесчисленными повторениями рефрена ræ-wer-ræ-wer-ræ-wer-ræ-wer, из-за чего происходила инверсия - перестановка частей - и образовалась форма wer-ræ. И очевидно, что многократное повторение давало всего несколько повторяющихся комбинаций ræ и wer, даже и с учетом показателя множественного числа tæ: ræ-wer-tæ, и с инверсией wer-ræ-(j)-tæ; повторения wer-wer-ræ дало weriræ, wæriræ, orira, повторения wer-ræ-(j)-tæ-wer-ræ-(j)-tæ дало werirætæ и wæriratæ и т.д. Они представлены хорошо известными современными формами ас-аланских песенных рефренов woj-rædæ-wærædæ, wæræjdæ, ræjdæræ, wæ-ræj-dæ-ræ, orira, о-ræj-dæ, o-ri-o-ri-oræj-dæ, gъaræjda, gъarajda, wæ-ri-ra-ræ, ridadæ, ræwæ-wæræjdæ, wæ-æræ-ræ, ræjd-wæ, wæri-raw, ærawa-ræjd-wa и т.д. И это еще одно подтверждение того, что «гора асов» Kauk-As была родиной древних индоевропейцев-ариев начиная со времен брачных карнавалов дуально-родовой эпохи с «браками-трясками-терзаниями». Это еще одно подтверждение кобано-тлийско-скифо-сако-ас-аланской непрерывной этнической преемственности на Горе!

Иначе не объяснить - каким образом этот мощный по глубине времен и объему культурный пласт так полно представлен у ас-алан, при этом - с сохранением последовательной канвы его развития! И не объяснить - каким образом неарийские насельники «горы асов», от Северного Кавказа до Закавказья, усвоили столь мощные пласты арийской культуры, какими являются Нартиада, танцы Kavd//Kuvd и песнопения Wæræjtæ... Важно отметить и то, что lu-li-laj-ulaj-læu прямо соотносится со славянскими (русскими) песенными рефренами: lu-li - с «лю-ли-лю-ли», форма alu-balu - с «гъальем-вальем» в брачных песнях о «зайце-заиньке», а ralli-balli соотносится с русским «трали-вали» как по форме, так и по значению «легкомысленно-предосудительного поведения»... Рефрен ræ-wer - lu-li известен на огромной территории - практически во всем ареале Кавказа и Восточной Европы: Лю-Ли - Ле-Лю - Ля-Лю как рефрены и названия богинь плодородия представлены почти во всем славянском ареале, особенно на Украине и Руси. И в Средиземноморье: надо думать, что теоним богини Лето - это тот же рефрен li-lu-læu с показателем множественности tæ, что является одной из проекций множественной формы ræ-wer-tæ...

Когда могло осуществиться столь глубокое проникновение такого «интимного» пласта культуры, какой является брачная обрядность? Можно уверенно заключить, что в определяющей степени это происходило во времена единой Веры в зоне маршрута «снопов счастливых урожаев»: от Скандинавии, Урала и «горы асов» Kauk-As c маленькой «землей-материком асов» Aсией Геродота - до большого Средиземноморья в Европе! Многообразные воплощения «мотива Мелюзины» у славян и ариев явно «не младше» общеарийской эпохи, а скорее всего - «ровесники» индоевропейского единства... Но вербальный фон явно ас-аланский (арийский): фертильная идея «брака-танца» решена в пластической форме «танца-тряски» с «застреванием брачным зубом» в «древе-невесте», что выражает эротику «тряски-терзания брачными зубами» в припевах-рефренах со значением «трясок-прыжков с покрытиями самок» ræ-wer-Wer-Ræ-(j)-Tæ, и его разновидностями от alu-balu - alaj-bulaj - liwyr (lu-li-laj-ulaj-læu) до wæræjdæ. Пластическое воплощение «трясок с зубовно-клыковными терзаниями (невест)» - это лишь одна из проекций идеологемы «рождения-смерти-рождения» Dzæwæggag, Реформа витязей Ас-ов героической эпохи вписала в нее форму брачного «танца-схватки» - tox, а также «воинских танцев-схваток» (у)Ас-Тох.

И весь догероический набор рефренов заменен в танцевальной культуре аристократов на uAs Tox или Assa - вызов-призыв явить «стремительную силу» - асса: не «танец-терзание-eros», а «танец-схватка асов» uAs Tox; из брачных рефренов как-будто заменены все на один uAsy Wer-Ræ-(j)-Tæ, буквальное значение которого - «прыжки...-покрытия (...) асом..». Очевидно - это «переходный индикатор» Реформы: аристократы-индивидуалисты много веков платили дань традициям коллективных форм брака: они разыгрывались на календарных празднествах с элементами древних брачных карнавалов. Реформаторы преуспели, но процесс был бесконечно долгим, хотя пресс и цензура Реформаторов заметны по итогам - Традиция Увяла уже в Нартиаде...

Старые рефрены утратили древний смысл, но хорошо сохранились и известны в современной хореографии ас-алан, особенно аристократические «assa», «uas tox» и «uasy wæræjdæ».

Как могло осуществиться столь глубокое проникновение обрядов брачной сферы «страны и горы асов» в культуры Евразии? Очевидно, что только совместное участие насельников этой территории в брачных карнавалах древности могло дать такой результат, что было возможно только при условии единой Веры! И свидетельства единого пласта культуры налицо: славянские «лю-ли-лю-ли», «гъальем-вальем», «трали-вали», фертильная тема с «мотивами Мелюзины», воплощенная в одинаковой образности... Последняя имеет широкие аналогии не только в Азии, но и в Европе, от Скандинавии и Германии до ее крайнего запада. Несомненно, что отсчет времени для этих схождений надо вести от эпохи индоевропейского единства, но несомненно и то, что отмеченный пласт брачных обрядов и лексики восходит к ас-аланской (арийской) общности. Этому есть и эллинский фон.

Он вполне заметен: брачные истории, начиная от брака бога огня Прометея и богини «земли-материка асов» Асии, с проекцией развязки на «горе асов» Kauk-As, включая также браки в виде «схваток-терзаний» эллинов и амазонок, да еще «брачные происки» сирен-сиртов-donbyttyrchyzg против эллинских мореходов, боги Посейдон и Po-Ksaj-Don с параллельными функциями и общим теонимом, параллельные «теонимы» скифов и греков - все это можно принять за дополнительные свидетельства единства Веры в дотроянские времена. К дотроянским временам восходят идеи, привязанные к образам «проповедников» из «пастухов» и «воинов» «абарисов-парисов», учредивших культ Аполлона и его сестры Артемиды, превознесших Афродиту выше Геры и Афины, представлявших «воинство Аполлона» и его разящие Стрелы. Парис погиб на Троянской войне, что можно считать датирующим признаком «жизни проповедников» культа Аполлона и Артемиды на Аппенинах - здесь имеется ввиду Аристей. Выше мы отметили этапы восхождения Париса от «юного пастуха» до «воина» с системой признаков, сближающей его с образом Ахсартага по типу возрастных и качественных переходов, которые идеально вписываются в идеологию Dzæwæggag и иерархию воинов Gamauas, и могут рассматриваться как типовой переход из статуса «юных пастухов» Patyr в статус «юных пастухов-воинов» Patyr-As...

Заметим, что «абарисы-парисы со стрелами Аполлона» весьма близки «батрас-тотрасам» в трех функциональных уровнях: и как учредители-проповедники, и как юные пастухи, и как воины... А «аристей» - учредитель культа Аполлона и Артемиды - по той же функциональной схеме вполне соответствует «жрецам-воинам»: и его «эпос об аримаспах», и сам он -умирающий и воскресающий по идеологеме Dzæwæggag гиперборей, по Геродоту, Нартиаде и Argъaw явно принадлежащие к арийской Вере, являют признаки - как минимум - «идейного родства» между ними! Напомним составы антропонима ary-as-tai и этнонима ary-ama-as-pay: «жрецы-воины» «аристеи» оставались воинством арийской Веры «жрецов-могучих-воинов-охранителей» «аримаспов»?.. Или просто еще не утратили ее, оставались «воина ми арийской веры» и пытались распространять ее... Учреждая ее культы в Средиземноморье и популяризируя «жрецов-воинов-охранителей» изложением их эпоса для догомеровских-догеродотовских греков... Как знать, если бы «Эпос об аримаспах» дошел до нас, не имели ли бы мы самую древнюю запись Нартиады...(!) Так или иначе, авторство «Эпоса об аримаспах» - это еще одно свидетельство жреческого статуса Аристея, желавшего пропагандировать «народ жрецов-воинов» и через это - общую с ними Веру.

Вернемся к предположению об этимологическом сходстве имен-титулов abaris-paris и arystej: во всех трех именах-титулах ясно различимо ary - «арийский», во всех трех различимо -is (as), а в первых двух pa(y) - «пастух»... Что позволяет рассматривать описательное «парис» - это пастух, судия (или скорее жрец, ибо рассудил богинь Геру, Афину и Афродиту) и воин» как своего рода «функциональное клише»: функционим pa-ary-as точно отражает все «качества париса» как «пастуха-жреца-воина»... Даже тема чудесных Брачных плодов древа Обычая-Потомства Fædgy Bælas с браком Дзерассы и Ахсартага близка теме Яблока «раздора» с браком Париса и Елены, аналогичны они и в развитии - обе закончились гибелью воинов-женихов, тема благорасположения богов - во главе с Xussau - к близнецам Ахсар-Ахсартагу сродни благорасположению к проповедникам Абарису-Парису и Аристею богов-близнецов Аполлона и Артемиды, равно как и Афродиты, культы которых вершились и в Скифии, и в «малой» Асии - Ионии.

Из Скифии и через Скифию проходил путь Счастливого Снопа гипербореев, которые, по раскладу Геродота, Нартиады и Argъaw несомненно были частью скифов-ариев земли-Асии и «горы асов»: «сверх»-boræ означало просто «выше» третьей функции, выше функции производителей богатства - Счастливого Снопа. «Выше» были «воины»-As и «жрецы»-Ary, которые охраняли Богатства-boræ: первые - в образах героев-As, вторые - в образе арийской птицы Arcъiw-Pa-Ksaj (орел-грифон). Последний «терзал» эллинского бога огня Прометея, когда тот был «прикован» к «материку-горе асов» - к Асии: прикован «брачными узами» к своей жене-Асии, то есть изначально бог Неба-Огня в образе арийской птицы «терзал» брачными «терзаниями» богиню Земли-Горы ариев-асов, что позже было переосмыслено в «терзания» Орлом самого Прометея на «материке-горе асов» Kauk-As - Asii. Так что фрагменты единой Веры, выражавшейся и маршрутом «снопов счастливых урожаев», протянувшимся от Скандинавии, Урала и Кавказа - до Средиземноморья, вовсе не выглядят изолированными...

И мы должны предположить, что брачные карнавалы ариев в древности были едины с брачными хороводами у славян: центральный персонаж последних - заяц, который в поздних песнях представлялся «женихом», у ариев был «невестой». Однако тот факт, что песни эти пели женские хороводы, свидетельствует о «женском» начале «зайца» и у славян. Заяц был одним из основных брачных воплощений Дзерассы: Дзерасса была «зайцем», когда на нее «охотился плетью» Gamauas, в результате чего «заяц» родил идеального героя Батраса. По текстам «удары плетью» только парализуют «зайцев», но они «оживают всякий раз»; в славопениях и молитвопениях масса сюжетов, когда плетью «обращают в животных», «меняют пол и возраст»... Это делает даже uAs-Styr-dji, оживляя юношей «ударами плети» - его образ трактуется как ипостась Gamauas без шкур «звериного стиля», но в стиле-«облике георгия», по ас-алански dji-wær-dji.

Мы неоднократно отмечали, что «битье» иносказательно выражает «эротический акт» и как правило «бьющим» бывает Gamauas, но отметим теперь, что замещение «эроса» на «битье» происходило и во время танцев чепена, когда пелись непристойные песни с откровенными требованиями «попользовать» невесту, а в пристойных вариантах этих же песен призывают «невесту бить»... Распорядители танцев - radgæs - еще в начале века использовали для битья танцующих - «за ошибки» - нагайки, сделанные «под» фаллос быка или даже из оплетенного ремешками penis-а быка, иногда с чернью и с серебряным покрытием и гравировкой: в собрании Г.А. Бонч-Осмоловского 1910-1911 годов в Эрмитаже, под №4866 (4866-11), хранится экземпляр такой плети из Осетии. Они восходят к образности и идеологии брачных танцев древности, с «терзаниями» невест-«ланей-зайцев-кобылок» брачными «зубами» «вепрей-медведей-хищных кошек», перешедшими на стадии пастухов-скотоводов в «терзания» невест «фаллическими плетьми» женихов-«быков»... Они восходит к образности переходной эпохи nartamongæ-uasamongæ, когда образы аристократов uAs все еще «влезали» в шкуры «звериного стиля» эпохи родовой демократии нартов!

Другими словами, образность «быков» восходит к идеологии Dzæwæggag, по которой «вложением мертвого» Вепря-Урызмага в шкуру быка и бросанием его в Воду «оживляется» более высокий статус «Быка-Урызмага». То есть и здесь «влезанием» Урызмага в шкуру быка выражена вариация uryzmag-Gamauas, а замена «шкуры вепря» на «шкуру быка» имела пластический и вербальный контексты: пластическая замена вепря-wæraz на быка-tur выражалась параллельными вербальными формами uryzmag-Gamauas и tur-Gamauas. Древний Qaitar (геродотовский «дерзкий» catiar) и «ковбой» Pa-Tur - «пастух быков», по идеологеме Dzæwæggag возродился «омолодившимся» героем-витязем Pa-Tur-uAs в статусе «юных витязей-пастухов» Tyr-uAs-Pa (-траспиев), а затем перешли в более высокие статусы воинской иерархии Gamauas.

По той же схеме Dzæwæggag cовершен и переход из образности «звериного стиля» нартовской «демократии» к антропоморфным воплощениям аристократов: «демократ» pa-tur «возродился» на ступени аристократа -uAs и могучих Gamauas с утратой-«смертью» его прежнего статуса «пастуха-охранителя»-pa(y). И был «одет в шкуру быка» на переходной стадии: Tur-Gamauas отражает пастушескую стадию перехода от образа древнего предка «звериного стиля» быка-Tur, при трактовании «древности» как «старости и дряхлости по возрасту» еще со времен охотничьей стадии и ее образов - вепря, медведя, волка, хищной кошки - к «вочеловеченному» образу героической эпохи Gamauas.

И выясняется, что преобразование соционима «дерзких ковбоев» - формы Tur-Tyr со значением «быки юные», «буйные туры», «буйтуры» - в теоним Tutyr, со снижением индикатора «быка»-tur и усилением акцента на признак «юности»-tyr, происходило при заинтересованном расположении к этому переносу со стороны новых идеологов - юных аристократов Tyr-As-Pa (траспиев). То есть потомки скифского Арпоксая - катиары и траспии - были теми идеологами реформы Веры, которые произвели из старых образов Свой: «свой» Tur-Gamauas с «быком»-tur и его еще более «свой» вариант с «юным»-tyr в форме Tyr-Gamauas! Но нюансы формы не сохранились и мы имеем Tar-Gamauas: эта форма известна как эпоним «предка кавказских народов» - Таргамос - сохранившаяся в грузинской традиции.

И к нам снова, из другого пласта данных, восходят доказательства того, что состав имени Предка народов, населяющих «гору асов» Kauk-As, заключает в себе тот же этнический компонент As, который заключен в названии материка-земли Asia: tar-Gamauas... И понятно - почему именно на «горе асов» отложилась кобано-тлийская пластика «терзаний», почему отложения ретроспективных брачных «терзаний» с женой Асией-Землей были именно кавказские «терзания» Прометея-Огня, почему культы и обряды с эротическими «битьем-схватками-застреваниями-танцами-терзаниями» «дерев-невест-гидр-змей-черепах-лягушек-зайцев-лисиц-ланей-кобыл» составляют структурный элементарный строй идеологии Dzæwæggag - Нартиады и Argъaw!!! Тема «битья-терзания» присутствует и в славянских песнях о «зайце», но излишне, наверно, напоминать, что и это один из образов Дзерассы... Нет никаких соменний, что именно «гора асов»-Kauk-As была Центром арийской цивилизации - ее Родиной-Раем: Хара Березайти.

Выясняется, что и русская поговорка «раз бьет - значит любит» - это рефлекс древнего «идеологического клише» с иносказанием такого рода, к которому неприменимо расхожее «мудрое умозрение» эпохи цивилизации - это «след» единой Веры, единой пластики и образности...

Можно ли ожидать, чтобы эллинские танцы-карнавалы-шествия ряженых komos и tragos сохранили признаки древнейших брачных травестированных обрядов времен единства Веры? Учитывая, что ко времени Геродота на его родине уже устраивались сугубо авторские «политические» инсценировки комедий и трагические шествия сатиров с темами «на злобу дня» - вряд ли... Но нужно отметить, что еще и во времена Геродота большой кожаный фаллос был непременным атрибутом костюмов участников комических танцев и шествий - это говорит о природе карнавалов и танцев komos, связанной с природой обрядов плодородия и брака. Невозможно отрицать и то, что присутствие сатиров в древних представлениях tragos было связано с культами плодородия: сатиры считались демонами плодородия, а символом их плодородной силы являлся фалл, их характерные качества - похотливость и влюбчивость, основное их занятие - любовные преследования нимф и менад... Вторым воплощением сатиров были силены - те и другие любят нимф и вино, не отличаются и внешне: сатиры и силены изображались покрытыми шерстью, на козлиных или лошадиных копытах - их изображали в буйных танцах с непристойными движениями... Это едва ли не самый популярный образ, связанный с идеей Плодородия: даже великий Зевс воплощался в сатира - в образе сатира Зевс оплодотворил деву Антиопу... Соз - Зеус!

Сатир-Зевс-Соз-(рук) и Вепрь-Gamauas во главе брачных шествий: Жеребцы и Кобылки нартов и сиртов, лошадинокопытные и козлокопытные Сатиры и Силены, козлоногие Лани Нартиады... Все типические признаки общности карнавалов плодородия от Средиземноморья до «горы асов» Kauk-As с кобано-тлийско-скифской пластикой «звериного стиля» как-будто вполне различимы - это карнавалы эпохи «До» гераклов в шкурах Львов - «витязей в шкурах» Вепрей, Медведей, Быков... Вряд ли случайно и то, что Геракл-Гиракола - это сын Соз-Зевса, как «витязи в шкурах» - сыны Xussau, а до времен цивилизации uasamongæ доблестные Ахсар и Ахсартаг были «воспитанниками» Сослана-Неба - того же Зевса. У Зевса семь сыновей, один из них уже известен - это Геракл с его «тягой к Скифии», но имена еще двух тоже «тяготеют» к Скифии - Сарпедон и Радаманф... Знаменитый мудрец Радаманф был «царем» и имя это производно от статусного для иерархии Gamauas «высшего офицерского звания» Radam, или Radamana, к которому восходит статус radam скифских царей, а sarpedon - на фоне «посейдона» - мог бы сойти за «асскую глубокую реку» as-arpa-dan (днепр-Борисфен).

А.Р. ЧОЧИЕВ "НАРТЫ - АРИИ И АРИЙСКАЯ ИДЕОЛОГИЯ 2", Москва 2000
при использовании материалов сайта, гиперссылка обязательна
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
  Информация

Идея герба производна из идеологии Нартиады: высшая сфера УÆЛÆ представляет мировой разум МОН самой чашей уацамонгæ. Сама чаша и есть воплощение идеи перехода от разума МОН к его информационному выражению – к вести УАЦ. Далее...

  Опрос
Отдельный сайт
В разделе на этом сайте
В разделе на этом сайте с другим дизайном
На поддомене с другим дизайном


  Популярное
  • Русский театр собирается на гастроли в Петрозаводск и готовится к премьере
  • Спектакль про непридуманное
  • Спектакли ТЮЗа "Саби" увидели Карелия и Калмыкия
  • Виолончель Александра Рамма
  • Россия" – в гостях у Осетии
  • Прощание по-итальянски
  • Сияние "Солнечного павлина"
  • Мариинская "Иоланта"
  • Художественный фильм "Коста"
  • Из Веймара – с любовью
  •   Архив
    Ноябрь 2017 (20)
    Октябрь 2017 (48)
    Сентябрь 2017 (55)
    Август 2017 (33)
    Июль 2017 (29)
    Июнь 2017 (44)
      Друзья

    Патриоты Осетии

    Осетия и Осетины

    ИА ОСинформ

    Ирон Фæндаг

    Ирон Адæм

    Ацæтæ

    Осетинский язык

    Список партнеров

      Реклама
     liex
     
      © 2006—2017 iratta.com — история и культура Осетии
    все права защищены
    Рейтинг@Mail.ru